Тайная девушка
Шрифт:
— Как насчёт того, чтобы прокатиться на «Ламбо» по побережью, прямо рядом с пляжем? Это был бы забавный подарок на день рождения? Потом мы можем поесть блинчиков, и я куплю тебе какую-нибудь уродливую мальчишескую одежду, чтобы скрыть твою красивую фигуру.
— Извращенец. — Я высовываю язык и ставлю ногу ему на грудь, отодвигая его на несколько дюймов, пока он смеётся. — Но ладно. Всё лучше, чем возвращаться к тому неловкому напряжению между Моникой и Коди.
Тобиас протягивает руку и помогает мне спуститься с лошади. И это хорошо, потому что в нашу сторону направляется охранник.
—
Я бы потеряла девственность в этой машине.
Эта мысль заставляет меня покраснеть, когда Тобиас протягивает ключи, глупо улыбаясь мне.
— Ладно, каковы правила этой маленькой вечеринки? Мика? — он бросает взгляд на близнеца, который прислонился к боку такого же жёлтого «Ламбо», скрестив руки на груди, его красно-оранжевые волосы падают ему на лоб. Его глаза всё ещё темные и задумчивые, когда он наблюдает за нами.
— Она едет, пока мы не выедем на подъездную дорогу, чтобы разогреться, но это всё. Затем мы выстраиваемся в очередь у ворот, и вы можете начинать. Побеждает тот, кто первым доберётся до вершины.
— Что получает победитель? — спрашиваю я, и моё сердце бешено колотится. Это серьёзно опасное занятие, то о котором мы говорим. Мне даже не следовало соглашаться на это, но моё сердце бешено колотится, и я внезапно обнаруживаю, что не могу думать ни о чём другом. Я чувствую себя живой так, как не чувствовала с тех пор, как мы переехали.
— Как насчёт того, если я выиграю… — Мика начинает, отталкиваясь от машины и направляясь ко мне. Он берёт меня за подбородок пальцами и ухмыляется, придавая ему эту жестокость, которой я никогда не замечала в его брате. — Я получаю поцелуй. — Мои щёки вспыхивают ярко-красным, и я шлёпаю его по руке, пока он смеётся. Тем временем Тобиас яростно переводит взгляд с меня на брата. — Чего ты хочешь со своей стороны?
— Ты не получишь поцелуя, — ворчу я, но потом, когда думаю об этом… о том, как Мика прижимает меня к боку своей желтой спортивной машины, запускает пальцы в мои волосы и притягивает меня ближе… звучит не так уж плохо. На самом деле, это звучит как рай. Он ухмыляется мне, явно не впечатлённый моими слабыми протестами. — Ладно, ладно, можешь поцеловать меня, если выиграешь, — когда ты выигрываешь, вероятнее всего, потому что я ни хрена не смыслю в гоночных автомобилях, — но, если я выиграю, то хочу знать о Дженике всё. Всё.
Мика и Тобиас переглядываются, но, думаю, они так же, как и я, осведомлены о моих шансах на победу, поэтому оба пожимают плечами, прежде чем повернуться ко мне.
— Договорились, — говорят они, а затем Мика с важным видом возвращается к своей машине, в то время как Тобиас открывает для меня дверцу со стороны водителя.
— Миледи, ваша колесница ждёт, — произносит он, когда я улыбаюсь и опускаюсь на роскошное сиденье из чёрной кожи. Перед тем, как закрыть дверь, он наклоняется, обдавая меня запахом сладкой и терпкой вишни и кедра, и прижимается губами к моему уху. — С днём рождения,
Тобиас встаёт, закрывает дверь и обходит машину со стороны пассажира, пока я пытаюсь — и безуспешно — снова взять под контроль своё бешено колотящееся сердце.
Это… лучший подарок на день рождения, который у меня когда-либо был.
Глава 15
Дорога, по которой мы мчимся — это старая подъездная дорога к государственному парку. Там запертые ворота, которые Мика без проблем открывает, позволяя им распахнуться со скрипом ржавых петель. Справа от нас раскинулся залив, сверкающий под почти полной луной. Слева — гора, усеянная деревьями и уходящая ввысь, в ночное небо.
Со стороны пляжа есть ограждение, и Тобиас пообещал мне, что мы будем единственным транспортным средством на этой дороге.
— Когда мы с Микой участвуем здесь в гонке, мы ограничиваем скорость до девяноста. Не быстрее, без исключений. — Тобиас прислоняется спиной к дверце со стороны водителя, наблюдая за мной из тени внутри машины. — У тебя есть какие-нибудь вопросы?
Я качаю головой.
— Ты дал мне довольно хороший урок по дороге сюда. К тому же, я умираю от желания просто расслабиться на минутку. — Папа, блядь, убил бы меня — и был бы прав — если бы узнал, что я делаю. Я снова перевожу взгляд на дорогу, когда Тобиас опускает стекло.
— Ты готов, братан? — спрашивает он, и его брат кивает, сжимая пальцами руль.
— Давай сделаем это, — рычит он, и напряжённость в его голосе заставляет мою кровь гореть, адреналин бурлит во мне. Мои собственные руки сжимаются на руле, и я провожу языком по нижней губе. О да. Я, по крайней мере, собираюсь дать ему побегать за его наградой.
— Готов, Чак? — спрашивает Тобиас, и я киваю. Он улыбается, и в свете приборной панели его зубы кажутся зелёными. — По моему счету. Раз… два… ВПЕРЁД!
Моя нога нажимает на газ, но я нажимаю слишком сильно, и машину заносит, в то время как Мика вырывается вперёд. Немного ослабив давление, я заставляю нас двигаться вперёд, но едва вижу красный свет его задних фар передо мной, когда он входит в первый поворот так резко, что чуть не царапает машину о камни.
Я слишком осторожна для этого — и, кроме того, это не моя машина — поэтому я разворачиваюсь пошире и ускоряюсь, ветер дует в открытое окно и треплет мои волосы. С океаном с одной стороны и лесом с другой, это волшебный момент.
— Здесь немного притормози, — кричит Тобиас, перекрывая шум ветра, и я киваю, увеличивая скорость ровно настолько, чтобы, когда из ниоткуда появится крутой поворот, я была готова к этому.
Мика всё ещё так далеко впереди меня, что я и мечтать не могу о том, чтобы догнать его, но смеюсь, и определённо не хочу умереть здесь сегодня вечером, поэтому делаю всё медленнее, чем если бы на самом деле пыталась победить его.
Дорога петляет вверх и вокруг, и, в конце концов, океан исчезает, и по обе стороны остаются только деревья. Грунт состоит из плотно утрамбованной грязи и гравия, но шины «Ламбо» цепляются за него, как сильные пальцы, и я не чувствую никакой опасности заноса.