Тайная девушка
Шрифт:
— Лучше бы так и было, — раздаётся весёлый голос как раз перед тем, как входная дверь распахивается и комната наполняется светом. Обернувшись, я вижу Черча, залитого ярким солнечным светом, и мои глаза расширяются. Я не думаю, что он может разглядеть меня в полумраке закусочной, но это всего лишь вопрос секунд…
Тобиас перемахивает через стойку и отпихивает Черча назад, рывком закрывая дверь так, что с одной стороны остаётся лишь тонкая полоска света.
— Мы здесь с девушкой, — рычит он, мышцы на его плечах и спине напрягаются. С тех пор как он отдал мне свою куртку, я точно вижу, какое у него худощавое и подтянутое тело.
— Тебе лучше оставить Меринде деньги за этот пирог. И приберитесь там, ладно? Если вы этого не сделаете, я буду вынужден надрать вам обоим задницы. — Черч звучит так жизнерадостно, что это практически настораживает.
— Он мог бы попытаться, — растягивают слова близнецы, одновременно закатывая глаза. Тобиас неторопливо возвращается и садится на табурет рядом со мной, готовясь наброситься на своё угощение. Поразительно, но Мика, похоже, уже доел своё, оставив на тарелке лишь колечко корочки. Пока я наблюдаю, он поднимает его и кладёт целиком в рот, всё это время ухмыляясь мне.
— Ты думаешь, Черч сейчас просто уйдёт? — спрашиваю я, и Тобиас пожимает плечами, отрезая добрую треть своего пирога и отправляя его в свой большой, глупый рот.
«Его большой, глупый рот с полными, сочными губами и блестящим кусочком вишнёвой начинки, которую он только что слизнул с нижней губы…»
Тьфу. Нет. Отвратительно. Я не влюблюсь в парня, который месяцами обращался со мной как с полным дерьмом. Ни за что.
— Не думаю, я знаю, — говорит Тобиас, пока Мика достаёт из-под прилавка три стакана и наполняет их колой, капает гренадиновый сироп и кладёт гроздь вишни мараскино. Он втыкает металлическую соломинку в напиток и передаёт его мне. — Я не лгал: мы делимся только друг с другом.
— Фу, — выпаливаю я, сама того не желая. Близнецы оба поворачиваются и смотрят на меня. — Что? Я просто… вам не следует так говорить о девушках. — Я делаю глоток своего напитка, и мои щёки вспыхивают. Ням.
— Что ж, это правда, — говорит Мика, засовывая металлическую соломинку в рот способом, который можно охарактеризовать только как соблазнительный. Он встречается со мной взглядом в упор, обводя языком его кончик. — Тебя это беспокоит?
— Вы двое можете делать всё, что захотите, — бормочу я, сосредоточившись на огромном куске пирога, на то, чтобы его съесть, у меня ушла бы неделя. — Но не говорите о женщинах так, словно они — предметы, находясь прямо перед ними. Это отталкивает.
— О, но ты не женщина, — говорит Тобиас, сверкая острой усмешкой. Он бросает взгляд на своего брата, и у Мики такое же выражение лица. Они оба поворачиваются ко мне, и у меня по спине пробегает лёгкий холодок, как будто вот-вот произойдёт что-то плохое.
— Нет, не смейте! — выпаливаю я, вскакивая со стула, хотя понятия не имею, что они планируют.
— Чак просто ещё один парень, верно, Мика?
— О, определённо, Тобиас. Мы бы не хотели относиться к нему по-другому только из-за того, что у него есть вагина. — Мои щёки вспыхивают от смущения, когда я слышу, как это слово слетает с его губ. — Для нас ты всё тот же старый засранец Чак.
Мика
— Эй, что, чёрт возьми, с вами не так?! — я со стоном вваливаюсь в уборную, стены которой обклеены старыми постерами из далёких мест. Намочив немного бумажного полотенца, я тру лицо изо всех сил, но моя кожа становится ярко-розовой ещё до того, как я добиваюсь заметного прогресса.
— Маркер для раскрашивания тела, — замечает Тобиас, придерживая дверь спиной, в то время как Мика просовывает голову внутрь и ухмыляется. — Чтобы смыть его, требуется спирт и усилия. Развлекайся.
— Вы оба можете просто пойти отсосать друг у друга! — кричу я, и близнецы смеются, когда я протискиваюсь мимо них обратно в закусочную.
— Мы просто хотели, чтобы ты знала, что мы не собираемся пренебрегать тобой, вот и всё, — кричит Мика, когда я хватаю свою сумочку и бросаюсь к боковой двери, через которую мы вошли, выглядываю, чтобы убедиться, что на горизонте никого нет, прежде чем уйти и захлопнуть её за собой.
Их смех преследует меня всю обратную дорогу до машины.
Глава 13
В понедельник, после того как мы возвращаемся с каникул, я опускаю голову и занимаюсь своим обычным делом, изо всех сил стараясь слиться с тенью. Близнецы не обращают на меня никакого особого внимания, кроме как спрашивают, что случилось с членом у меня на лице.
После этого меня оставляют в покое. Даже вторник в Кулинарном клубе не очень насыщен событиями. Спенсер смотрит на меня прищуренными бирюзовыми глазами, Рейнджер часто хмурится, но Черч просто сидит в углу, потягивая кофе и игнорируя всех, уткнувшись в телефон. Близнецы высыпают мне на голову мешок с мукой, но это ничто по сравнению с пауками или неделями задержания и работы дежурной. Я стерплю это.
— Как долго ты ждал, прежде чем вернулся, чтобы вытащить меня из того багажника? — я спрашиваю Черча в четверг, теперь немного свыкшись с мыслью, что близнецы действительно собираются сохранить мой секрет. Очевидно, до тех пор, пока они могут продолжать издеваться надо мной, они совершенно не против держать всё при себе.
— Я? — спрашивает он, глядя на меня красивыми медовыми глазами и улыбаясь. И снова эта улыбка не доходит до его взгляда. Даже близко нет. — О, я тебя не выпускал. Я вроде как надеялся, что ты застрянешь там на всю ночь. — Он пожимает плечами. — О, и твой отец очень настаивает на том, чтобы я обучал тебя. Встретимся завтра после занятий в библиотеке. Не опаздывай, я терпеть не могу опозданий.
Он начинает уходить, и я протягиваю руку, чтобы схватить его за край блейзера. Взгляд, который он бросает на меня через плечо, чертовски холоден. Мои глаза расширяются, но я не отпускаю его.
— Ты не выпускал меня из багажника? — спрашиваю я, и он приподнимает светлую бровь, глядя на меня.
— Нет. У меня ведь не было ключей, не так ли? — Черч вежливо забирает кусочек ткани из моих пальцев, освобождаясь прежде, чем повернуться и пойти по коридору. Я остаюсь стоять там с ледяной ямой в животе, в которой я не могу разобраться.