Тайна XV
Шрифт:
Молчание.
— Алло! Ал!..
— Довольно, Макс!.. — нервно крикнул Сэнт-Клер. — Это адмирал… с Дервингом и Дюпоном…
И он подумал:
— Я приеду к Ксаверии, если только я приеду, с известием о смерти… Ее отец!..
Но не время было предаваться печали. Девять остальных радиопланеров уже знали о смерти адмирала, потому что переговоры по телефону начались в одно время на всех аппаратах.
Вдруг на одном радиоплане заметили приближение новой светящейся точки. Сейчас же это было передано
Но на этот раз появление не было так неожиданно, как раньше.
Сэнт-Клер сейчас же отдал приказание разойтись шире и уменьшить ход.
Макс хладнокровно передавал приказ Сэнт-Клера.
Четыре радиоплана рассеялись в разные стороны. И почти тотчас же с трехсот тысяч километров в час скорость была уменьшена до тридцати тысяч.
— Уменьшить еще! — кричал Сэнт-Клер.
Указатель отметил три тысячи километров…
— Еще!..
Наконец скорость доведена была только до тридцати километров.
А блестящая точка все увеличивалась. Но и она двигалась очень медленно и вскоре, как казалось, остановилась.
Сэнт-Клер посмотрел на хронометр. Прошло одиннадцать минут после катастрофы с адмиралом и двумя его компаньонами.
Вскоре стало ясно, что враждебный радиоплан перестал совсем двигаться.
— Чего он хочет, этот? — прошептал Сэнт-Клер.
Он не долго ждал.
Марсовский радиоплан медленно подвигался с минимальной скоростью тридцати километров в час. Сэнт-Клер мог вскоре заметить, что на нем находился всего лишь один человек, и Макс в ту же минуту узнал человека, лицо которого ясно было видно сквозь хрустальный колпак, который с той стороны не блестел.
— Это тот, которого на Жиронде называли маркизом де-Бриаж! — воскликнул молодой человек.
— Это Коинос! — сказал Сэнт-Клер с легким волнением.
В это время радиоплан Коиноса изменил направление и пошел рядом с радиопланом Сэнт-Клера.
С невыразимым волнением Никталоп сказал Максу:
— Дай мне телефон!
Потому что он увидел, что Коинос нагнулся к телефону.
Сейчас же начался разговор.
— Алло! Алл!.. Сэнт-Клер.
— Да! Коинос?
— Да!.. Видели вы радиоплан?
— Прежде всего кто вы, друг или враг?
— Друг… пока!.. — возразил Коинос.
— Хорошо… радиоплан в самом деле прошел от Марса; он исчез, уничтожив один из наших радиопланов с тремя людьми.
— Это был Алкеус и он шел на вас, Сэнт-Клер. В числе погибших был кто-нибудь кого я знаю?
— Да, — адмирал Сизэра!
— Отец Ксаверии?
Странно устроено человеческое сердце! При этом имени в устах Коиноса, Сэнт-Клер почувствовал ревность, как будто его кто-нибудь полоснул ножом.
Он отвечал почти грубо:
— Да, Ксаверии и Ивонны.
— Я здесь, — продолжал Коинос, — чтобы исполнить волю Ксаверии… И вот, нарушая
— Слушаю.
— Не приставайте на Марсе у острова Аржир. Там ждет вас неминуемая смерть… Оксус обладает разрушительными средствами, которые уничтожат вас… Верите вы мне?.. Я говорю от имени Ксаверии…
— Я вам верю, — сказал Никталоп.
— Хорошо!
— Где же мне пристать?
— Остров Аржир находится в южном полушарии, которое в настоящее время года обращено к земле… Приставайте у острова Нилиак, в северном полушарии, на озере того же имени. Там вы найдете обширные леса и покинутые мастерские армии Марсиан… Вы все хорошо слышали?..
— Слышал, — сказал Сэнт-Клер. — Но ваша помощь ограничится только этим?
— Пока этого достаточно… Я возвращаюсь на остров Аржир, где Ксаверия может быть в большей опасности, чем будете вы, сойдя на Марс…
— В какой опасности?
— Не знаю ничего определенного… Но я боюсь Оксуса!.. Прощайте, берегитесь XV-ти и Марсиан!.. Ваша авантюра — чистое безумие.
Сэнт-Клер хотел отвечать, но услышал стук повешенной телефонной трубки…
Коинос уже повернул свой радиоплан и мчался к Марсу…
Некоторое время Сэнт-Клер оставался в полном недоумении, как и Макс, но через минуту велел Максу передать свои приказания на остальные радиопланы.
— Повторяй! — сказал он Максу.
И он продиктовал следующее:
— За мной в одну линию, приблизительно на расстоянии пяти километров один от другого… Максимальная скорость… Повторять мои движения и следить за телефоном… Вперед!..
И четыре земные аэроплана возобновили свой чудесный бег в междупланетном пространстве…
Проходили часы… Мимо наших радиопланов проносились болиды и другие астральные тела; впереди виден был уже громадный шар Марса, к которому неслись жители земли, спокойные, холодные, невозмутимые, как сама судьба…
В конце седьмого дня Сэнт-Клер, спавший все это время только изредка, закричал, а Макс передал его возглас по телефону:
— Озеро Нилиак в виду! Уменьшайте ход по одному градусу в минуту… Постройтесь в фронтовую линию…
Озеро Нилиак, огромное, настоящее море, расстилалось под ними едва заметное в тумане… Ослепительное для земных людей солнце только что скрылось за озером Нилиак…
Вскоре посредине черных вод озера стал виден остров…
В такую грустную, зимнюю ночь четыре радиоплана легко и без толчков спустились на почву планеты Марс. Две луны Марса, его спутники, Деймос и Фабос, смягчали ночную темноту.
Тишина была полная; вода стояла неподвижно.
Четыре радиоплана быстро раскрылись и воздушные путешественники выскочили оттуда и бросились друг другу в объятия.