Тайна России
Шрифт:
Весьма показателен тут пример с Березовским, который в конце октября 1996 г. был назначен заместителем секретаря Совета безопасности России. После этого выяснилось, что у него, помимо российского гражданства, имелось и израильское, которое он в 1993 г. тайно получил вместе со всей семьей. Тем самым произошло нарушение ст. 21 гл. IV "Федерального закона об основах государственной службы РФ", запрещающее прием на госслужбу лиц с иностранным гражданством. Сначала Березовский назвал это сообщение прессы ложью, а его авторов «антисемитами», но после официального подтверждения его гражданства израильскими властями дал задний ход, и 20
Кроме того, если это не первоапрельская шутка, то согласно информации ИТАР-ТАСС от 2.4.98 из Тель-Авива (со ссылкой на израильскую газету «Вести» и израильское министерство внутренних дел) гражданство Израиля также имели и, подобно Березовскому, отказались от него первые вице-премьеры Чубайс и Немцов, министры Уринсон, Ясин, Лившиц, а также премьер-министр с. Кириенко (преемник Черномырдина). Как бы то ни было, "Вестник еврейского агентства в России" (№ 9/14, май-июнь 1998) подчеркивает об упомянутых деятелях (включая Явлинского, Жириновского и др.), что хотя у многих из них еврей только отец, "однако, согласно закону о возвращении, они все-таки потенциальные граждане Израиля". В любом случае, это вряд ли что-либо меняет в самосознании и целях "государственной деятельности" таких лиц.
Это касается и соратника Чубайса в Госкомимуществе М. Бойко: "он правнук Лозовского, начальника Совинформбюро, расстрелянного по делу Еврейского антифашистского комитета". Родители Бойко эмигрировали в США, где его отец, В. Шамберг, "преподает в спецшколе ЦРУ. Сам Бойко прошел стажировку в Национальном бюро экономических исследований США" и имел вид на жительство в США ("Московский комсомолец", 8.10.97). В чьих интересах проводили приватизацию Чубайс и Бойко, тем более, если учесть их полученные с Запада «гонорары» в сотни тысяч долларов за ненаписанную книгу об истории российской приватизации?..
И тут дело не только в злоупотреблении государственными должностями. Например, по сообщению ЛДПР, сотрудников одной из секретнейших спецслужб (ФАПСИ) обязали заключить договоры о страховании с фирмой из группы «Мост». Тем самым в распоряжение владельца «Моста», президента "Российского еврейского конгресса", попадают секретные данные и адреса сотрудников ФАПСИ. Какой патриотизм возобладает у Гусинского, российский или еврейский, если «Моссад» попросит его предоставить эти данные?.. [Прим. 1998 г.]
Они были бы вправе рассматривать свою «двойственность» как особую субкультуру национального меньшинства в России. Все такие культуры равноправны перед законом, однако не в смысле одинакового влияния на судьбу государства. Нравится это кому-то или нет, но культура русского державообразующего народа (в ее религиозном, а не только филологическом и географическом смысле) имеет особое значение: без нее не было бы России. У тех же носителей «двойственности», которые считают нашу культуру «первобытной», ее "обожание до боли в сердце" заметить трудно. Скорее "до едва ли не истерических всхлипов" они пытаются отменить право русских на восстановление разрушенной русской культуры.
На телевидении это нередко выходит за рамки элементарного приличия, превращаясь в развязный междусобойчик. В числе всевозможных экспертов, членов жюри, комментаторов, писателей и прочих представителей "совести нации" — люди с "двойным подданством" почему-то представлены в такой пропорции и ведут себя так, будто не они, а русские составляют в России жалкое меньшинство. При этом — вольно или невольно — они делают все возможное,
Даже О. Попцов, бывший начальник государственной телекомпании, во многом способствовавшей установлению нынешнего режима, спохватился: "Будем откровенны, это больше чем предвыборный маневр, это еще и мировоззрение тех, кто ныне диктует телевидению свою волю, путая интересы обывателя с мироощущением нации… Принцип — все можно купить, были бы только деньги — поставил и нравственность, и мораль страны на колени" ("Московские новости", 21–28.7.96).
Президент НТВ И. Малашенко признал: "В первую очередь телевидение управляется деньгами" (радио «Свобода», 23.6.96). Так, контролируя средства информации, «двухподданные» банкиры создали себе совершенно особые властные структуры, обеспечивающие им неприкосновенность, а их соперникам — клеймо "красных ретроградов", а то и "подонков".
Именно этим способом, подсматривая камерами каждый депутатский чих, эта "четвертая власть" уже в 1993 г. помогла Ельцину создать в народе образ «глупого», а потом и «мятежного» Верховного Совета — для расправы над ним. Но как тогда, так и на последних выборах, она более всего защищала свои позиции, а вовсе не Ельцина. Он нужен этой власти как гарант ее статуса: "На этот раз мы избрали Ельцина не по влюбленности, а по расчету", — цинично признал Н. Сванидзе (программа «Зеркало», 7.07.96). Хотя делали они это не бесплатно — о фантастических заработках асов телевизионной политрекламы поведала «Экспресс-газета» (№ 17, июль 1996) Эти доходы тысячекратно перекрывают суммы, заплаченные этой "четвертой властью" за покрытую туманом приватизацию государственной телевизионной сети. Причем именно Чубайс как глава Госкомимущества решал, кому передавать в собственность имущество телевидения, газет, журналов, издательств, обеспечив себе их поддержку.
Сила же этой никем не избранной "четвертой власти", которая без спроса входит с телеэкрана в каждый дом, превосходит возможности и бесправной «законодательной», и ручной «судебной», и даже бесконтрольной исполнительной власти, включая службу госбезопасности. [90] С помощью СМИ можно распространить компромат на любого соперника — нанеся ему убийственный удар. Как выразилась газета Гусинского: в нашем информационном обществе "СМИ не просто влияют на реальность, они и есть чаще всего сама реальность. То, чего нет в СМИ. не существует… Один из законов политики в информационном обществе — не надо ссориться со СМИ, чего бы это не стоило" ("Сегодня", 7.08.96).
90
О том, кому принадлежат российские СМИ — см. данные службы радио «Свобода» в газете «Радонеж» (1997, с. 19) и "Русский Вестник" (1997, с. 23–26). [Прим. 1998 г.]
Таким образом, еврейский вопрос в сегодняшней России — не расовый (как они хотят это представить, клея антисемитские ярлыки), а политический, нравственный и духовный. Речь идет о национальной безопасности и выживании России как альтернативной духовной цивилизации, завещанной нам нашими православными предками — для утверждения в мире истинных критериев добра и зла.
Можно объявлять антисемитами всех, кто не желает закрывать на это глаза (в чем упрекнули даже бывшего министра печати Полторанина, который как-то посетовал на засилье в СМИ "лагерного иврита"), но этим невозможно отменить саму проблему. Несмотря на подавление, она существует во всех демократических странах, даже в Германии, уже полвека кающейся за преступления Гитлера.