Тайна профессора Бураго. Том 2
Шрифт:
— Алло… алло… С чем вас поздравить?
— Теперь бензина будет по уши! — послышалось в наушниках. — Только что благополучно провели танкер. Он в двух десятках миль от базы, — можно считать, что дома.
— Поздравляю с успехом, — и Найденов выключил шлемофон.
Штурман с жадным вниманием следил за каждым его движением. Но Найденов отлично владел собой. Молча вгляделся он в карту, сверился с компасом и положил машину в пологий вираж.
Самолет повернулся носом прямо к немецкому порту. Сдерживая охватившее его чувство злорадного торжества,
— Ведите машину этим курсом.
Переключив управление на штурмана, Найденов протиснулся к ящику с надписью: «подрывное вещество». Там он нашел аккуратно уложенные шашки подрывных зарядов разной силы, бунты бикфордова шнура — арсенал профессиональных пиратов, готовых пустить ко дну застигнутое врасплох судно. Из этой коллекции он переложил себе в карманы четыре больших заряда аммонала с короткими хвостиками бикфордова шнура и терочными приспособлениями. Сунул заряды за пазуху и вернулся на пилотское место.
Взяв штурвал, сбавил высоту. Машина шла теперь на каких-нибудь двухстах метрах. Найденов внимательно вглядывался в поверхность моря. Вдали показалась серая полоска берега. Штурман с беспокойством отметил, что машина снова пошла на снижение. Найденов уверенно вел ее к какой-то цели, которую видел пока он один. Из темноты вынырнул силуэт корабля. Штурман тоже увидел его — это был танкер, полным ходом следовавший к берегу. Без приказания Найденова, боясь, что с корабля откроют огонь, штурман сам подал условный сигнал, означавший, что идет немецкий самолет.
— Просигнализируйте ему: пусть сообщит свою волну, — приказал Найденов.
Штурман беспрекословно исполнил приказание, бросив нужный вымпел, и настроил радио. Найденов включил наушники и сказал в микрофон:
— Мне необходимо переговорить с капитаном.
Радист танкера ответил:
— Сейчас вызову его в радиорубку.
— Нет, — повелительно сказал Найденов, — я сам прибуду на судно. Застопорьте машину. Спустите шлюпку. Пусть она подойдет ко мне, когда я сяду.
— Будет доложено капитану, — повторил радист.
Найденов видел, как бурун за кормой танкера постепенно уменьшался и наконец исчез совсем. Танкер остановился. Найденов посадил самолет на воду, подрулил насколько можно к судну и приказал штурману забросить водяной якорь.
Немец выполнял его приказания уже не столь прилежно, как прежде, и исподлобья, подозрительно поглядывал на Найденова.
Найденов вынул из передатчика одну из ламп и сунул себе в карман. Выйдя на крыло, стал ждать приближения шлюпки с танкера.
— Имейте в виду, — сказал он штурману, — попытка произнести хотя бы одно слово будет стоить вам жизни.
— Вы… хотите взорвать судно?
— До тех пор пока вы будете вести себя хорошо, вам ничто не угрожает. Вы отправитесь со мною на судно. Задача сводится к тому, чтобы получить бензин.
— О, это мы сделаем!.. — обрадовался было немец, но тут же спохватился: — Но… ведь тогда вы полетите к себе?
— Непременно.
— Меня вы, может быть, оставите тут? — умоляюще проговорил
Найденов ничего не ответил. Шлюпка приближалась к самолету. Найденов пропустил штурмана вперед и спрыгнул в лодку.
Капитан танкера — пожилой крепыш с окурком черной сигары в зубах — не слишком любезно встретил летчика. Он был недоволен задержкой.
— Мне необходимо с вами поговорить! — крикнул Найденов, стараясь перекричать сильный гул каких-то механизмов, заполняющих судно. — Нельзя ли прекратить этот шум?
— Нет, нельзя! — недовольно прокричал капитан. — По расписанию идет вентиляция помещений. Я вас слушаю.
— Я бы предпочел сделать это в вашем салоне.
Капитан нехотя спустился в каюту, где царил такой же шум. По приказанию Найденова штурман сопутствовал им.
— Мне нужно восемьсот литров бензина, — сказал Найденов.
— У меня не раздаточная колонка, — сердито ответил капитан. — Выкладывайте дело, ради которого вы меня остановили, да поскорей. У меня нет времени на пустую болтовню.
— Мне нужен бензин. Это все.
Немец побагровел:
— И из-за этого вы задержали танкер?!
— Тсс!.. Меньше шума, капитан.
— Я буду жаловаться командованию!
— Хотя бы господу-богу. Но сначала дадите мне бензин. — Найденов посмотрел на часы. — На размышления у вас осталось три с половиной минуты.
— Мне довольно десятой доли. Я сейчас даю радио, что задержал сумасшедшего…
Он не договорил, увидев перед самым носом дуло пистолета.
Найденов приказал штурману:
— Возьмите полотенце, завяжите ему рот… Ну! Или вы думаете, что я буду стесняться с вами?! — прикрикнул он, видя, что штурман колеблется.
— Капитан! Это — русский! — крикнул штурман.
Оба немца бросились на Найденова. Он понимал, что выстрел погубил бы его, — в каюту сбегутся люди, — и, отбиваясь кулаками, старался рукоятью пистолета наносить удары противникам. Первый же его удар пришелся по голове штурмана. Немец свалился как подкошенный. Найденов решил, что теперь без труда справится с пожилым капитаном. Но тот оказался сильней и проворней, чем думалось. Одним прыжком он подскочил к постели, сдернул с нее одеяло и, размахивая им, как римский гладиатор сетью, бросился на Найденова. Найденов метнулся на пол и сбил немца с ног. В следующий миг он уже сидел на капитане верхом, скрутил ему руки, лицо обмотал полотенцем. Потом схватив со стола графин с водой, вылил его на голову штурмана. Тот очнулся.
— Встать! — приказал Найденов.
Немец поднялся, держась за голову.
— Развяжите ему руки! — сказал Найденов, показывая на капитана. — Посадите его за стол, дайте ему перо, бумагу. — И обращаясь к капитану: — Пишите распоряжение об отпуске мне тонны бензина. Да поживей!
Когда это было выполнено, Найденов велел штурману накрепко связать капитану руки и хорошенько заткнуть рот.
— Теперь возьмите вон тот шнурок и свяжите ноги самому себе, — сказал он штурману.
— Господин офицер! — умоляюще воскликнул немец.