Тайна понтифичи

Недогонов Вячеслав

– Ну как проверила. Это он больше проверял. Облапал меня всю как всегда. Что то бормотал про свой этот дресс код.. Ну а потом я отбилась, пошла в свою комнату, включила галогенератор, настроила таймер на 35 минут и ушла. Все. Поверьте, ничего кроме соли там не было. Я ведь училась в медучилище, знаю, что кристаллы цианида похожи на крупный сахар, а наша соль мелкодисперсная, ну как зубной порошок. Они бы выделялись. Ничего такого не было.

– Постарайтесь вспомнить – ничего особенного не заметили?

Девушка задумалась.

– Вроде ничего. Ну разве что он был в этот раз поддатым больше обычного. Поднимался

по лестнице, так его аж пошатывало. Бормотал что то. Я его в комнату буквально на себе втащила.

– И что от него сильно несло алкоголем?

– Не помню. Понимаете, у нас сильная вентиляция. Я могла и не почувствовать.

– А что потом.?

– По таймеру вернулась. А он уже синий весь. Я подумала сначала сердечный приступ. Но когда подбежала, увидела что все. Не дышит. Вызвала начальство. Приехала полиция, все оцепили. А потом эксперты криминалисты обнаружили в бункере загрузки цианид. Но как он туда попал, ведь за эти полчаса никто в отсек не входил.

– Вы это точно знаете?

– В соляную комнату ведет одна только лестница. Я сидела напротив у девочек минеральщиц – так мы называем тех, кто на минеральных ваннах работает. Я бы увидела. Наверное… – вот тут любая собака почувствовала бы , что девушка не очень уверена. – Но вы поймите, в нашем отеле нет никого, кто хотел бы смерти дяде Вове. Так что мне особо и наблюдать за лестницей не надо было. Ну, там кофе попить всегда минутка найдется.

Итак, в разговоре с медсестрой мы выяснили что

1 До сеанса дядя Вова был жив.

2. Живой, но поддатый

3.Машинку включила медсестра

4. Включила и ушла

5. Поднимался ли кто нибудь во время сеанса в отсек, она точно не знает.

А ведь если кто то и поднимался, то повел себя очень странно. Зачем то насыпал яд в бункер с минеральной солью и ушел.

– Но раз он насыпал соль, а она не проникла в соляную комнату, значит, к тому времени генератор уже закончил работать. Он ведь автоматически отключается, когда концентрация соли в комнате достигает рабочей.– рассуждал Борис. – А если кто то что то подсыпал туда, то он, очевидно, знал, что его манипуляции не увидит главный пациент. Тот наверняка стал бы задавать вопросы. А если он не стал задавать вопросы, значит что?

– Значит, к этому времени он уже был мертв, – охнул Павелас.

…Щуплый юноша скукожился на краю огромной квадратной кровати президентского номера. Линас. Помошник дяди Вовы. И как парень с таким тщедушным телосложением таскал его тяжелые чемоданы?

Линас чуть ли не плакал. Хотелось подойти к нему, дать лапу и сказать «выше нос, дружище».

Однако мои следаки не были настроены с ним миндальничать.

–Ваш шеф, кажется, был не очень ангелом, чтобы так убиваться – рявкнул Борис

– Не ангелом, но он платил. Обещал оплатить мое обучение в университете. Мама у меня в Алитусе тут недалеко. Он оплачивал ее лечение. Теперь без всего этого мы пропадем.

– А когда приходил на эту работу, знал ведь, что рискуешь. Чего теперь ныть. Лучше скажи, чем твой шеф занимался?

– Да всем понемногу. Вообще то это большая коммерческая тайна. Я знаю только, потому, что составлял некоторые документы. Он ведь был не единственным , там работает правление, а его выбрали председателем. Уже много лет назад. Так он председателем и оставался. Только вам

могу сказать, что у их компании было много направлений бизнеса: поставляли продукты питания, одежду, даже похоронным делом занимались. Ритуальными так сказать услугами. Вот еще воду в местные санатории подводили минеральную со скважин, бюветы строили. Про него даже шутили, что он один и за здравие, и за упокой,

– А кто еще в правлении?

Линас поднял испуганные глаза.

–Я не знаю! Это большая тайна. Они не светятся. Меня не брали на их заседания, я ждал в машине.

– А еще чем ты занимался кроме ожидания в машине?

– Всем: ну там документы составлял, на телефон отвечал, сопровождал… – как то неуверенно ответил юноша, и я стал подозревать, что он действительно с дядей Вовой занимался всем.

–То есть ты не только мальчик на побегушках был, но и просто мальчик – с плохо скрываемым сарказмом криво улыбнулся Павелас. – форму теннисистки тебе не предлагали?

–А вот это уже не ваше дело – взорвался наш бедный Линас и отвернулся к стене.

Стало ясно, что этот мальчик, хоть уже и не совсем мальчик, но не стал бы убивать своего обожаемого во всех смыслах шефа.

Вечером мой хозяин и Павелас выпивали в номере того же самого спа отеля. Но понятно, не в президентском, а гораздо скромнее.

Допрос хозяина отеля тоже ни к чему не привел: да, дядя Вова любил поразвлечься с персоналом. Но был щедрым, мебель не ломал, всем оставлял чаевые. Да и черт возьми, всю эту минеральную воду в отель это же он провел по трубам, скважину построил. Никто здесь на него не обижался и убивать бы не стал. Тупик.

Вскоре «Джеймсон» был прикончен, грустный Павелас ушел в ночь, а сидеть в крохотном номере ни мне, ни хозяину не хотелось.

– А пойдем-ка, друг мой Джеки, погуляем – пробормотал Борис, и мы выползли в осенний бодрящий холодок.

Крохотный курортный городок посреди дремучего северного леса – это все равно, что домик лесника в чаще. Только очень большой домик. Все его комнаты – улицы можно обойти неспешным шагом за час. А если со мной с собакой, которая все время рвется с поводка, то и за полчаса. Да и на что смотреть то? Вот шпицы с таксами, вот смешные чихуа хуа, напрочь забывшие о том. что они собаки, а не мохнатые куклы. Вот скучающие группки отдыхающих. Вот городской бювет, вокруг которого на лавочках народ потягивает воняющую железом гадость из специальных поильников. Вот красивая река. Пара супермаркетов ( а то где мой покупал бы себе вискаря) Все. Мы на окраине городка. Вот дорога в большой мир, а на той стороне уже ночной темный молчаливый лес. Притаился и ждет, когда можно будет сожрать этот дурацкий городишко со всеми потрохами.

Как и прошлой ночью в машине, я почувствовал его недоброе дыхание и снова в темноте зажглись злые огоньки звериных глаз.

Уже засыпая на своем матрасике, я все пытался представить как, наверное, страшно быть маленьким городком посреди злого леса. Хорошо, городские дорожки освещены и по улицам кто то ходит. А уже через дорогу только деревья, только холодный ветер, только чьи то жуткие тени…

Среди ночи я вдруг проснулся и отчетливо услышал как в лесу что то стонало и ухало. Конечно, это сова, подумал я. Но как то неуверенно подумал.