Тайна под сердцем

Доронина Слава

– Ты чего так напряглась? – шепчет на ухо Крайнов, заметив мое состояние.

А я не могу назвать ему причину. Во-первых, Савчуки – мои пациенты, и обсуждать их я не имею права. Во-вторых, не только Тарас не хочет афишировать наш брак – я тоже. Даже паспорт сменила, чтобы не видеть на странице «Семейное положение» штампа о разводе. Будь моя воля, и из памяти бы стерла бывшего мужа. Савчук словно порчу навел на всю мою личную жизнь. После нашего расставания ни с кем не получается построить нормальные отношения, да хотя бы просто сексом заняться.

То не так тронули, то не так посмотрели, не так пошутили, не так улыбнулись – да все не так! Моментально исчезает возбуждение из-за, казалось бы, незначительных мелочей.

«Господи, как же я ненавижу тебя, Савчук», – почти произношу вслух, когда мы с Ваней подходим к компании и здороваемся. Он представляет меня как свою спутницу. Подавляю дешевый порыв повиснуть у него на шее, однако в улыбке себе не отказываю. Пусть я выгляжу не слишком свежей и отдохнувшей, с синяком на подбородке, но изобразить на лице счастье вполне в моих силах. Главное – не переусердствовать. У Тараса врожденное чутье, он словно видит людей насквозь, считывая их подлинные эмоции. Мои он раньше распознавал на раз-два. Раньше. Хватаюсь за эту мысль, как за спасательный круг, и перевожу взгляд на его жену, которая внимательно на меня смотрит.

Давыдов утром забрал у Ангелины деньги, и я надеялась, что не увижу ее еще несколько дней, чтобы не думать о чудовищном поступке, на который пошла ради погашения долга. Хотя почему же чудовищном? Бумеранг никто не отменял. Тарас это заслужил. В полной мере.

Наконец пытка заканчивается, и мы с Ваней идем к гостевому домику. Здесь таких аж десять.

– Постой… Точно, я все пытался вспомнить, где видел Савчука раньше! Это же твои пациенты, да?

– Врачебная этика, Ваня. Я не могу это обсуждать.

– Но это же он был тогда?

– Он. Вернее, они, – отвечаю нехотя.

– Надо же…

– Что в этом удивительного?

– Да ничего, просто круг сужается. Это друг Новикова. Тот мне все уши о нем прожужжал. Мол, Савчук появился внезапно, приехал откуда-то издалека со своей командой, быстро организовал какие-то проекты, вопросы порешал и в дамках оказался. А у нас к Новикову просто так не подойти… – Ваня задумчиво замолкает.

Не припомню у Тараса таких влиятельных друзей и своей команды. Впрочем, за пять лет многое могло измениться. Моя собственная жизнь – изменилась кардинально.

Говорят, то, что нас не убивает, делает нас сильнее. Может, с виду я и хрупкая, мне страшно что-то менять и принимать важные решения, но когда надо, я могу и не спать, и работать на износ. И находить нужные деньги. Да много чего могу, если прижмет. Хотя пусть лучше не прижимает больше… С Ваней так приятно чувствовать себя женщиной: слабой, нежной, нуждающейся в заботе. Я уже отвыкла от этого.

– Тебе правда нравится твоя работа? – вдруг спрашивает он.

– А тебе твоя?

– Конечно, нравится. И те суммы, что проходят через меня, и хорошая жизнь, и вообще, я не представляю себя в другой сфере.

–

У меня все то же самое, только вместо денег – эмоции людей. Когда у женщины получается забеременеть и родить ребенка, это самая большая моя награда. Деньги как приятный бонус.

– Блин, Эва. Мы отлично дополняем друг друга. Это же две основы – деньги и дети. Весь мир крутится вокруг этого. Ну и еще секс, удовольствия и здоровье…

– Разве дети – это проблема? – цепляюсь я за Ванины слова.

– Ну, в моем представлении, да. Чтобы их воспитать, нужны деньги. И нервы.

– С финансами, как я поняла, у тебя проблем нет. Тогда почему дети – проблема?

Затаив дыхание, жду ответа.

– Это ответственность. Я к ней не готов.

Я словно слышу Савчука несколько лет назад. Ну вот что за злой рок, а? Умеешь ты, Эва, выбирать мужчин.

– Надеюсь, здесь две раздельные комнаты? – киваю на домик, переводя разговор в нейтральное русло.

– Не знаю, сейчас посмотрим. А если одна? Мне спать на полу?

– Да, у моих ног.

Ваня усмехается и открывает дверь.

К счастью, комнат оказывается две.

– Не быть тебе сегодня госпожой, да?

Судя по насмешливому тону, Крайнов знал планировку домика заранее. И все же выдыхаю с облегчением. Мы ведь договорились, что сначала он будет ухаживать. Если страсть вдруг захватит с головой, я готова быть и госпожой, и рабыней в постели. Пока пусть Ваня просто будет рядом, а там разберемся.

– Какую выберешь?

– Вот эту, – показываю на комнату, окна которой выходят на лес.

Завтра утром буду слушать звуки природы и пение птиц.

Может, я не тем занимаюсь? С моей зарплатой дом в таком живописном месте не купить. Хотя можно было бы взять участок на окраине Москвы и постепенно его обустроить. Но при мысли о третьем кредите эта идея отпадает.

– Ты располагайся, а я пойду поздороваюсь с Новиковым. На ужине познакомлю тебя с остальными. Не исключено, что кто-нибудь для работы пригодится.

Хотелось бы оставить работу на работе. Однако из-за Савчуков это будет проблематично.

Ваня уходит, а я наслаждаюсь видом из окна. Мысли об Ангелине и Тарасе гоню. Кажется, теперь знаю, о чем буду мечтать после того, как закончу с ипотекой.

Переодевшись, я наношу легкий макияж и заново маскирую синяк, который стал заметнее, а потом иду прогуляться по территории.

Раньше я босса Вани не видела и понятия не имею, как ему достался такой лакомый кусочек земли посреди леса, но должна признать, дизайнеры постарались на славу. Дух захватывает от этой красоты.

Я стараюсь не думать, что Тарас где-то рядом, но за ужином мы с Ваней оказываемся сидящими напротив Савчуков. Снова хочется сбежать. Исчезнуть. Разве в прошлом я не настрадалась из-за него? За что мне это снова? Или это последнее испытание, проверка на прочность перед тем, как я перейду на новый уровень и наконец построю нормальные отношения с порядочным мужчиной?