Тая
Шрифт:
– Дурак! – вырвалось у девочки. – Они все гадкие и голые!
– Тай, ну ты же вырастешь и тоже будешь такой же… с грудью! – захихикал Гриша.
– А вот и не буду! – замотала она головой в ответ. – Я буду как мама!
Они все еще стояли напротив плательного шкафа с зеркалом в спальне родителей мальчика.
– Ты будешь лучше, – тихо сказал он.
Из отражения в зеркале на них смотрели рослый мальчик с густой копной темных волос и белобрысая девочка, которая едва доставала до плеча мальчика. В широких плечах и узких бедрах мальчика улавливалась
– А ты знаешь, что у тебя французские ножки?
– Какие? – не поняла Тая.
– Французские! Это когда у тебя три дырки. Соедини ноги, – попросил Гриша Таю.
Девочка послушно соединила ноги и встала прямо.
– Считай! Первая прямо между внутренней поверхностью бедер, вторая – под коленками, а третья – над щиколотками.
Тая засмеялась.
– И кто тебя этому научил?
– Мама! У нее тоже французские.
– Вы с мамой друзья? – спросила его Тая.
– Конечно! И с папой тоже. Только с мамой по-другому. С мамой мы всегда лежим вместе перед сном и загадываем желания. А еще с мамой можно смотреть кино для взрослых и секретничать. А с папой мы ездим на рыбалку, стрелять из лука, а еще мы с ним ходим на самбо.
– Самбо?
– Самбо – это боевое искусство для самозащиты, – с гордостью объяснил Гриша. – Чтобы уметь дать отпор противнику без оружия. У меня папа тоже самбо занимается. Он считает, что это очень хорошо развивает волевые качества.
Тая слушала как завороженная про Гришиных родителей, представляя, как они с папой упражняются в самбо, или идут счастливые на рыбалку, или лежат все вместе в кровати, обнявшись, и рассказывают друг другу, как прошел их день. На секунду Тае захотелось, чтобы Гришины папа и мама были и ее родителями тоже.
– А давай смотреть «Бэмби»! – предложил мальчик, увидев, что его подружка загрустила. – Ты еще такой не видела. Мне папа кассету привез совсем недавно.
– Бэмби? Кто это?
– Олененок. Такой же маленький и худенький, как ты, – засмеялся мальчик. – И с такими же грустными глазами… – добавил он, посмотрев ей в лицо.
Тая потупила взгляд и почувствовала, как приятное тепло растекается волнами по ее телу.
– Пойдем, – крикнул мальчик, убегая в гостиную комнату. – Я еще сейчас сушек возьму.
Тая последовала за ним, не веря своему счастью: она будет смотреть мультфильм в понедельник днем на огромном кожаном диване, который пахнет совсем как мамина дубленка! Гриша принес маленькие розовые сушки, которых Тая никогда не видела в магазине по талонам, и плюхнулся на диван к Тае. Светясь от счастья, девочка тихонечко подвинулась к нему поближе, чтобы чувствовать плечом руку такого родного Гришки…
– Тай, а можно я тебя чмокну?
– С ума сошел? – возмутилась она. – Журналов своих дурацких насмотрелся?
Гриша засмеялся и стремительно поцеловал Таю в щечку.
Когда родители Гриши вернулись домой, дети спали, свернувшись калачиком, на диване. Таины белые, как лен, волосы растрепались, и смешались с темной шевелюрой их сына. Оба улыбались во сне, а рука мальчика слегка придерживала спину девочки, чтобы она не упала.
Их разбудили и накормили ужином, сразу после которого раздался громкий стук в дверь – за Таей пришла мама. По глубокой морщине на переносице Тая поняла, что мама опять не в духе, и дома ее ждет ремень. «Странно, что она его сразу с собой не взяла», – удивилась девочка.
– Ты вообще знаешь который час? – возмущенно спросила мама Таю.
– Прошу прощения, это наша вина, – вмешался папа Гриши. – Мы пригласили Таюшу на ужин…
– Она меня не предупредила, – сухо ответила Елена Львовна.
– Ну вы же знаете детей! – улыбнулась мама Гриши, пытаясь разрядить обстановку.
– Я знаю правила приличия, – бесстрастно ответила ей Лена. – Доброй ночи! Таисия, быстро догоняй.
И, развернувшись на своих каблуках, женщина стремительно начала спускаться. Тая судорожно пыталась застегнуть свои сандалии, чтобы успеть догнать маму.
– До свидания, – прошептала девочка ошарашенным родителям друга.
Дома ее действительно ждал ремень, расстроенная бабуля и усатый Борис Сергеевич.
Наспех умывшись, Тая легла на бочок и закрыла глаза. Несмотря на то, что ее попа все еще горела от маминых воспитательных мер, Тая засыпала абсолютно счастливым человеком, ведь когда у тебя есть такой друг, как Гришка, все остальное не имеет никакого значения. Как и то, что ты больше никогда не сможешь проглотить ни одной капли кефира…
Это вообще было самое счастливое лето в ее жизни! Почти всем детям с Таиного двора уже исполнилось семь лет, и они, как и Тая с Гришей, должны были осенью пойти в первый класс. В их районе было несколько школ и две гимназии. В обычную школу можно было попасть по прописке, а в гимназию – только после сдачи очень сложного вступительного экзамена, ну или при условии, что твой родитель занимает очень важный пост. В этом случае вступительный экзамен был несколько легче.
Тая прекрасно помнила, как в их доме разгорелся спор по поводу ее будущей школы. Обычно сдержанная Анна Аркадьевна проявила несвойственную ей решительность и твердость и однозначно заявила, что Тая пойдет только в гимназию и никуда больше!
– Мама, эта школа находится дальше всего от дома. Кто ее туда будет водить? Уроки начинаются в девять, а мне уже в восемь нужно быть на заводе.
– Я, – спокойно ответила пожилая женщина.
– Ты? Тебе семьдесят семь лет, ты вообще в своем уме? – возмутилась Лена.
– Ох, моя дорогая, в большей степени, чем некоторые особы, которые меня значительно моложе.
Лицо Елены вспыхнуло.
– Там очень сложный экзамен. Папы нет, и я вообще не представляю, кого можно просить, чтобы за Тайку замолвили словечко.