Татуировка
Шрифт:
Кажется, Кайзер немного опешил, так как шприц в его руке на минуту замер в неподвижности. Но он взял себя в руки, очаровательно улыбнулся и легко похлопал меня по плечу.
— Разберемся, — было его ответом и, туго затянув жгут на предплечье, он ввел иглу в мою несчастную вену.
Кровь сочилась в шприц мучительно медленно, нагнетая напряжение. Естественно, напрягалась я, так как окружающие меня люди и вампирша сохраняли полное спокойствие. Когда все закончилось, я чувствовала себя опустошенной и безумно хотела спать. Я уже давно потеряла счет времени и запуталась во времени
— Все готово, — удовлетворенно заключил Кайзер. — Сейчас за тобой придут и ты сможешь отдохнуть. А нам нужно будет сделать несколько анализов с твоей кровью и посмотреть, насколько она пригодна.
— Не обязательно ее об этом информировать, — вставил Деклан.
— Думаю, это очевидная информация и я ничего нового не сказал.
Шотландец проигнорировал его ответ и фыркнул, откидывая волосы. Совсем как Джерард. Мне стало ужасно грустно, представляя, что же сейчас могло происходить с ним. В какие передряги он мог попасть, пытаясь меня найти? Если, конечно, он стал меня искать. В глубине души я искренне на это надеялась, понимая, что он вовсе не обязан. Но, что–то мне подсказывало — у Джерри просто не возникнет и мысли оставить меня в беде.
Глава Тринадцатая
В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в помещение вошел высокий и крупный мужчина. Безмерно удивившись, я искренне пыталась сдержать возглас удивления, но ничего не вышло. Это был верлеопард, тот самый, что сопровождал Виктора на ту самую злополучную встречу. Тот самый, что сидел в лаборатории Марка, управляясь с компьютерами.
— Что это значит?!
— Джейн, не стоит удивляться, — с улыбкой повернулся ко мне Кайзер. — Держу пари, ты уже не раз произносила вслух эту фразу, — он хихикнул.
Это было чистой правдой. В последнее время я только и делаю, что удивляюсь и не верю своим глазам. Стоило бы уже привыкнуть… Может быть, они и Джерарда сюда доставят? Нет, вряд ли. Он с такими ребятами не общается. Хотя, что я знаю о его круге знакомств?
— Михаил отведет тебя наверх, — Кайзер кивнул в сторону верлеопарда и помог мне подняться.
Наверх? Мы все еще в подземке? Я решительно не понимала, где мы находимся.
Головокружение качнуло меня в сторону, но сильные руки Кайзера поддержали мое тело, не дав свалиться обратно на кушетку.
— Это только на вид я такой хрупкий, — немного смущенно пояснил он, догадавшись, о моем удивлении его скрытой силе.
Михаил принял меня из его рук, придерживая под локоть, чтобы я не упала. Ноги мои болели и ослабли, колени дрожали.
— Кайзер, — обернулась на выходе я. Оглядев обоих молодых мужчин и вампиршу, я просто заставила себя улыбнуться. Усилие потребовалось не из–за генетической неприязни к вампирам, а от усталости, что даже лицевые мышцы отказывались повиноваться. — Спасибо вам всем, — проговорила я.
— Сочтемся, — холодно заключил Деклан, усаживаясь рядом с Форгивен. Вампирша медленно повернула голову под странным углом в мою сторону. На рубиновых губах играла таинственная улыбка, оборванная алая челка упала на лицо, оставив открытым левый мерцающий изумрудный глаз.
По моей спине
Я испытала огромное облегчение, когда в палате, приготовленной для меня, оказались отдельный душ и туалет. Мыться сил не было, но смыть с тела кровь я, все–таки, смогла. Уже лежа в казенной кровати под свежими простынями, глядя в окно, где открывался довольно милый вид на залитую полуденным солнцем поляну и полноводную речушку, я прокручивала в мыслях недавние события и старалась составить план действий на ближайшее будущее.
В принципе, я предполагала, что убежище моей спасательной группы как–то связано с медицинским учреждением. И я просто обязана была догадаться, что им окажется Эсайлем, другими словами — «приют для душевнобольных», находившийся на северо–востоке Лондона, почти в пригороде, в спокойном местечке недалеко от станции Эппинг. Насколько я поняла из обрывчатых объяснений Михаила, мы добрались сюда по подземным тоннелям. Большего вытянуть из него не удалось. К тому же, я практически не понимала его жуткий акцент, а мне так хотелось узнать про планы Виктора. На помощь лорда Максимилиана я уже не надеялась.
Завтрак принесли в палату, горячий и ароматный — овсяная каша, сдобная булочка и кофе с молоком.
Комната была светлой и просторной. Интересно, все палаты здесь такие или только для меня? Миленькая занавеска в цветочек отдернута, открывая неприметную балконную дверь, и придерживается крупным бантом–завязкой. На стенах присутствовали обои, гармонировавшие с занавеской, обивкой кресла и покрывалом с моей кровати. Шкаф, тумба, телевизор. Что еще нужно для полного счастья?
Вещи Мизуки лежали сложенные аккуратной кучкой на стуле у окна. Я не собиралась одевать их когда–либо снова, но и собственной одежды у меня не было, кроме больничной пижамы в тартан бело–серо–черной гаммы и хлопчатобумажного халатика в тон. Ах, да. Еще были белые тапочки.
Я лежала прикрыв глаза и наслаждалась теплыми лучами солнца на лице. Они проникали сквозь веки, вызывая разноцветные круги и искры перед моим внутренним взором. Боль в теле притупилась, я практически забыла о ней.
Тишина и блаженное спокойствие одолели меня. Если бы возможно было остаться здесь надолго, без телефона, без всех этих злоключений. Вернуться к нормальной жизни, насколько это возможно в подобном учреждении, в окружении психов, буйных и не очень. Но для меня это было бы пределом мечтаний.
В дверь постучали. Странно, Михаил должен был распорядиться, как главврач, чтобы меня не беспокоили.
— Кто там? — не без труда я повысила голос, чтобы до незваного гостя за дверью долетела вся гамма неприветливых эмоций.
— К Вам посетитель! — послышался звонкий сопрано медсестры.
— Уже?! — возмутилась я.
Однако, мой возглас остался без ответа, и, вместо того, дверь отворилась, а на пороге показался знакомый воин из кинофильмов о Диком Западе. Правда, в современной одежде, но сути это не меняло.