Тарси
Шрифт:
Не зря я стремился именно сюда. Это плоскогорье и прилегающие к нему пески скрывали богатейшее на Толхе месторождение золота. Спутниковое сканирование и последующие пробы определили это со стопроцентной вероятностью. Сколько можно мне одному стараться насыщать рынок драгоценным металлом? Не пора ли рядовым лутсорцам хоть что-то сделать для падения культа золота, который пытается навязать всему миру лутсорский монарх?
Разумеется, они будут стараться для своего обогащения. Думаю, мне не надо будет никого подгонять, достаточно указать людям верное направление. Жажда обогащения сделает все за меня. Ну, не
Нелишними будут и те тонны золота, которые приготовили тарси, им суждено сыграть роль последнего удара. За тем золотым дождем, который вскоре польется в Лутсор, несложно будет замаскировать новые поставки золота с луны. Больше не понадобится придумывать причины появления у меня золота, прииски все оправдают.
Как только разразится "золотая лихорадка" на плоскогорье потянутся тысячи людей, наверняка найдутся желающие разбогатеть, не только в Лутсоре, но я уж прослежу за тем, чтобы большая часть золота оседала там, где мне надо. В считанные месяцы Лутсору суждено стать невиданно богатым и рухнуть под тяжестью этого богатства, не переварив такого притока драгоценного металла.
Актия на месте Лусора еще могла бы устоять. С трудом, но могла бы. Там верность рыцарства своему королю держится на долге и чести. Разумеется, и там не обходится без ренегатов, но слой истинных рыцарей широк. Они тоже не бессребреники, но честь и верность королю у них на первом месте. Распорядится король, спрятать золото в сундуки и не доставать его до поры, большинство рыцарей это распоряжение выполнит. Со скрипом и недовольством, но выполнит — долг рыцаря сильнее блеска золота. Учитывая то, что золотая лихорадка затронет Актию в меньшей степени, страна должна пережить ее без серьезных последствий. Иное дело Лутсор. Здесь верность монарху держится на возможности обогащения. Вряд ли такая верность выдержит, золотой удар.
Такой вот у меня план, если в общих чертах. Осталось лишь осуществить его последнюю часть. Спрашивается, зачем мне кроме старателей понадобилась еще и армия? Думаю, с этим тоже все понятно: Рыцари и наемники, занятые охраной плоскогорья, не смогут принять участие в подготовке войны с Актией, да и возможность вооруженного вмешательства того же Лутсора и попытки захватить прииски нельзя сбрасывать со счетов. Что в этом плохого, спросите вы, золото все равно попадет в Лутсор, получится то же самое.
То же, да не совсем. Если монарх сможет установить монополию на золотодобычу, то никакой золотой лавины не получится. Он сможет открывать и закрывать вентиль, регулируя плавность притока средств, а это никуда не годится. Нужен быстрый и неконтролируемый рост. Поощряемая в Лутсоре частная инициатива обеспечит его сама, если исключить вмешательство монарха. Поэтому армию будем увеличивать настолько, насколько это возможно. Золота для оплаты наемникам хватит. А чтобы армия не начала роптать, когда цены поползут вверх, необходимо обеспечить запас продовольствия на несколько месяцев вперед. Продовольственные обозы из Лутсора должны идти постоянно, на это средств тоже жалеть не будем. Все это в ближайших планах, а пока следовало найти это самое золото. Я точно знал, где оно, но надо было, чтобы находка выглядела случайной. Что для этого надо? Правильно, лучше
— Вот здесь мы и обоснуемся, — я спрыгнул на землю. — Здесь будет стоять моя палатка. Конечно, до тех пор, пока мы не построим что-нибудь более основательное. В центре разобьем небольшой лагерь для рыцарей, затем поставим палатки землекопов. Наемники пусть разобьют три лагеря чуть поодаль, чтобы не мешать проведению работ и обеспечить охрану территории. Вас, барон Тромиг, я попрошу составить план работ по укреплению застав.
— Будет сделано, Ваша Светлость, — обозвался Тромиг.
Работы по обустройству временного лагеря растянулись на полдня. Протекающий неподалеку ручей обещал обеспечить нас водой на первое время, но народа было много, и люди будут прибывать. Поэтому в дополнение решили копать несколько колодцев.
Остаток дня потратили на планировку: наметили, где копать траншеи под будущие фундаменты. На том день и закончился.
Я думал, что первым, что услышу следующим утром, будет стук мотыг и звяканье лопат, и сильно ошибся. Все это присутствовало (землекопы с утра пораньше принялись за работу), но звуки земляных работ и далекое ржание коней были лишь фоном, который перекрывали истошные крики.
Сначала я решил, что на лагерь напали. В суматохе я принялся искать меч, но вспомнил, что у меня есть оруженосец, даже два. На что я их брал, если меч приходится искать самому?
— Уклит, где мое оружие?! — выкрикнул я.
Парнишка появился сразу, должно быть ждал у входа, не хотел меня беспокоить.
— Так это, его Салин унес, — отозвался оруженосец.
— Как это унес? Куда?
— Он сказал, что меч необходимо наточить и почистить. Вы разве не давали такого распоряжения?
Ну Салина! Прибью, пусть только попадется мне под руку! Это ж надо такое придумать — точить мой меч! В лучшем случае у нее ничего не получится, а в худшем она испортит лазерную заточку, которая обеспечивает микронную толщину лезвия.
— Зови ее немедленно сюда! — гаркнул я.
— Кого ее? — удивился Уклит.
— Его. Салина.
— Сейчас, я мигом.
Оруженосец исчез, через полминуты они с Салиной появились вдвоем.
— Я его точу-точу, а он не точится, — виновато потупилась девушка. — А пыли на ножнах больше нет.
— Пыли?! — взревел я. — Кто тебе разрешил точить без разрешения мой меч?!
— И это вместо благодарности, — вздохнула Салина. — Разве оруженосцу необходимо специальное указание, чтобы привести в порядок оружие рыцаря? Это его первейший долг.
Я вздохнул и мысленно посчитал до десяти. Вот что ты ей скажешь.
— Уклиту почему-то не приходит в голову брать оружие без разрешения. Бери с него пример, — сказал я уже более спокойно.
— Вот потому-то он всего лишь младший оруженосец.
— Почему это я младший? — удивился парнишка.
— Тихо оба. В общем, так: мое оружие без разрешения больше не брать, не точить и пыль с него не сдувать.
— Ну вот, хочешь как лучше…, - насупившись пробурчала Салина. Но я не поддался на провокацию и ответил лишь грозным взглядом из-под нахмуренных бровей.