Танго втроем
Шрифт:
Если бы она обнаружила пропажу, находясь на объекте, то можно было бы ещё предъявить претензии, а так чем она могла доказать, что линзы попёрли в доме, а не где-то ещё? Именно это ей и заявил клиент, когда она ему позвонила.
Теперь Настя руководствовалась правилом ' все своё ношу с собой', вернее сказать, на себе во избежание дальнейших проблем и воровства.
Внимание Насти привлёк стоящий в стороне от общих построек флигель. Вроде бы ничего особенного, обычное здание, но Настю, будто магнитом туда тянуло, и она, повинуясь этому зову, пошла. Остановившись на пороге, девушка воровато оглянулась по сторонам, а потом, взявшись за круглую полированную ручку в виде шара, повернув, нажала, думая, что, скорее всего дверь закрыта на замок, и она ее
Она сощурилась, стараясь рассмотреть то, что находится внутри, так как после яркого дня улицы она попала в тёмное помещение. Шторы на окнах были плотно задёрнуты тяжёлой, не пропускающей солнечный свет тканью и давали минимум света, от чего в помещении стоял полумрак.
— Нужно ли тебе идти туда? — спросил девушку ее внутренний голос.
Стоит ли пробираться через расставленные и задёрнутые чехлами столы и стулья? И другие предметы, которые девушка даже не могла распознать под накинутыми на них кусками ткани и по причине все того же мрака, царившего в комнате. Несмотря на внутренний голос и его предупреждения о том, что она запросто может наткнуться на что-то торчащее или острое, или просто подвернуть ногу, наступив на то, что, возможно, валяется в темноте на полу, девушка сделала пару шагов вперёд и тут же остановилась, упираясь в какой-то предмет интерьера, который не был закрыт чехлом. Похоже, сюда редко кто заходит.
Натяпровела рукой по твёрдой деревянной поверхности — судя по очертаниям, секретер или тумба. Поднесла ладонь к лицу, на которой тут же образовался чёткий пыльный след. Настя брезгливо тряхнула рукой и уже хотела, было, вытереть руку о штаны, но вовремя одёрнула ладонь, понимая, что если кто-то увидит отпечаток на ее одежде, то сразу поймут, где она была. И это вполне может вызвать ненужные вопросы, а так же, как следствие, обвинения в том, что она без разрешения ходит по чужому дому и вполне возможно, что что-то украла. За этим обвинением может последовать постыдный досмотр личных вещей ее и подруги, и вполне возможно, что их даже выгонят, не заплатив за работу. Последняя мысль обожгла мозг, и Настя развернулась, чтобы как можно быстрее добраться до выхода и выйти из флигеля ни кем незамеченной. Она вполне может придумать байку, если ее отсутствие заметили, о том, что решила полюбоваться розами.
Скажет, что она их видела, когда шла к флигелю, в дальнем конце участка. Просто пошла туда, чтобы обдумать выгодную композицию для съёмки. Но тут случилось нечто, от чего все мысли из головы Насти выветрились самым чудесным образом. Пробираясь к выходу, девушка бедром задела какой-то шаткий столик, и с него прямо ей на ногу, больно ударив по ней, упал Olympus OM-D E-M1X. У Насти даже глаза на лоб полезли от увиденного. Новёхонький фотоаппарат выглядел так, будто его только что из коробки достали, и он ни минуты не находился в комнате, полной всякого пыльного хлама.
Настя взяла его в руки, не обратив внимание на боль в ушибленной ступне, поднесла к лицу, чтобы как следует рассмотреть и окончательно убедиться в том, что на самом деле держит в руках Olympus, и это не оптический обман зрения.
«Странно, что тут делает эта вещица?» — возникла в голове девушки и тут же бесследно исчезла мысль. Настя смотрела на фотоаппарат, и голова, будто сама собой очищалась от всякого рода посторонних мыслей. Сейчас девушка была больше похожа на зомби или загипнотизированного человека. Она держала фотоаппарат и просто не могла оторвать от него взгляда, не думая о том, что делает, Настя расстегнула сумку и положила в неё фотоаппарат. Затем так же на автомате закрыла змейку сумки и с вполне довольным выражением на лице вышла из флигеля, напрочь забыв о том, что только что совершила кражу,
Ее отсутствия, как ни странно, никто не заметил, видимо, все так были увлечены фотосессией, что не обратили внимания на одиноко гуляющую по территории девушку.
Пилар была в ударе, щелкала затвором как ненормальная. Ее энергия передалась всем участникам фотосессии. И к тому времени, когда вернулась Настя, Пётр вовсю позировал вместе с женой, хотя ещё совсем недавно отказывался, и убеждал девушек, что не стоит этого делать.
Девушки закончили фотосъемку, подписали двустороннее соглашение о выполненных работах, своего рода подрядный контракт. Получив наличные из рук хозяев, девушки пообещали, что в ближайшие два дня они перешлют им отретушированные фотографии на указанный в договоре е-майл. С этим они и были как-то слишком поспешно выставлены за ворота особняка.
— Как ты думаешь, они его забрали? — спросила Варвара у мужа, когда ворота за девушками закрылись.
— Не думаю, уверен,— кивнул Пётр, глядя на жену, и они оба облегчённо выдохнув в унисон, обнялись и пошли по дорожке к особняку.
И если для хозяев особняка проблемы ушли с потерей одноименной вещицы, то у девушек они только начинались. С того самого момента, когда девушки, поделив деньги, разъехались по своим квартирам, и Настя, оставшись одна, вдруг обнаружила в своей сумке дорогую чужую вещь. О том, как эта вещь к ней попала, она точно не знала, от чего не на шутку встревожилась.
Девушка достала фотоаппарат из сумки, осторожно положила его на стол и потянулась за мобильным, чтобы позвонить заказчикам и поинтересоваться, не пропало ли у них что-то, но тут же отложила телефон в сторону. Странно как-то все это было и непонятно, да ещё и глупо: если она вдруг позвонит и спросит подобное, то люди встревожатся и, возможно, скажут, что нет, ничего не пропадало, потому что ещё не знают о том, что произошло. Но есть другой вариант: скажут, что пропал очень дорогой новый фотоаппарат и поскольку, кроме девушек, в доме на тот момент никого не было, то именно они его и украли. За этот факт говорит так же то, что сама Настя позвонила им с подобным вопросом. И не дай бог ещё, помимо обвинения, они позвонят в полицию и не станут слушать глупые россказни Насти о том, что она ничего не воровала и совершенно не знает, как эта вещь у неё оказалась. Тогда что же делать? Как все выяснить и понять, может позвонить Пилар?
Но это ещё хуже — та точно не станет слушать подругу и более того, обвинит ее не только в воровстве, а в чётко спланированной акции. Скажет, что Настя специально ее с собой позвала, чтобы иметь возможность обворовать хозяев, и ей совершенно не придёт в голову то, что Настя ничего не знала про фотоаппарат до того, как попала в этот дом. В полицию ее она, конечно же, не сдаст, так как не захочет возвращать полученные за фотосессию деньги, но и молчать не станет. Вполне возможно, что она просто начнёт шантажировать Настю и отберёт у неё вторую половину гонорара, а потом будет просить ещё. Фотоаппарат дорогая вещь, и если его продать, то можно выручить неплохие деньги, именно это Пилар, скорее всего и предложит. Плохо, конечно, так думать о подруге, но, к сожалению, именно этого от Пилар и ждала Настя, поэтому мысль о том, чтобы признаться подруге в содеянном, она отмела как ненужную.
Но что же тогда делать? Настя не знала ответа на этот вопрос, поэтому просто положила перед собой фотоаппарат и стала рассматривать его со всех сторон с целью обнаружить на нем какие-то дополнительные опознавательные знаки.
Через пару дней она, как и обещала, свяжется с заказчиками и отправит им снимки, и вот тогда видно будет, что и как, за это время они так или иначе обнаружат пропажу и, возможно, предъявят ей претензии. А если нет, то, что ж, Настя тоже будет молчать. Мерзко, конечно, но связываться с полицией и портить свою репутацию ей совсем не хотелось. Мучиться угрызениями совести куда проще, чем, например, получить срок за воровство.