Танго теней
Шрифт:
Он посмотрел отсутствующим взглядом по сторонам, и произнес едва слышно:
– А еще я знаю, что я ее люблю… Только ее!.. И когда-нибудь я либо сам вернусь к кочевником, либо заберу ее сюда!..
Катран и Ананьев переглянулись.
– Ты хоть понимаешь, лейтенант, что ФСБ от тебя никогда не отстанет?
– Почему?
Ананьев, наконец, собрался с духом:
– Потому, что то твое, последнее задание было не совсем обычным… Ты вез не только диппочту, но и еще что-то, что тебе поручили перевезти «фээсбэшники»…
– Ну и что? Мне-то до этого пакета какое дело?
– А такое, Александр, что это какая-то государственная тайна… Тебя прямо сейчас могут арестовать, привезти в посольство, дать французским властям доказательства того, что ты - это ты, и вывезти в Россию!..
– А там, за утерянную «гостайну» влепят лет 15-20 зоны особого режима… - Продолжил мысль Ананьева Катран.
– И не посмотрят на то, что ты ничего не помнишь - у нас это умеют…
Жак внимательно посмотрел на Ананьева и спросил:
– Значит, та слежка за мной была совершенно не случайной?
– Случайностей у них не бывает, сынок… К сожалению… - Проговорил Ананьев.
– И твой арест может быть делом даже не дней, а считанных часов…
– И что мне теперь делать со всем этим дерьмом?
– Этот пакет надо вернуть в Россию, лейтенант… - Ответил Дед.
– И тогда они тебя отпустят… На все четыре стороны…
– Но я не знаю, где он, я не помню какой он!
– Туарег нервно заходил по палубе старенького буксира.
– Я ничего не помню!
– Придется вспомнить, Александр! Для твоего же блага…
– А если не получится?
– Спросил Катран.
– Тогда надо искать того, кто может хоть что-то знать…
– Амаль? Туареги?
– Спросил Жак.
– Все может быть, лейтенант… Все может быть.
– Проговорил Ананьев задумчиво.
– Может быть они что-то и знают про этот пакет… Ведь нашли же они тебя!.. Так может и не только тебя, а еще и то, что было при тебе…
– Я не знаю, где племя Али сейчас, и где они могут быть… Пустыня большая… - Проговорил, Жак с сожалением.
– Я их уже искал, Анатолий Иванович… И не нашел… А если бы нашел, то давно уже вернулся бы в племя…
Они замолчали, на какое-то время, и эту тишину нарушали только небольшие волны, бившиеся о борт буксира, клекот чаек, и отдаленные звуки города…
– Дед… - Проговорил, наконец, Катран.
– Откуда все это знает твой полковник?
В ответ Ананьев только улыбнулся:
– Что, каплей? Заподозрил, что меня вербанули?
Катран спрятал глаза, отвернувшись к морю:
– Прости, Дед!.. Просто… Ну очень уж много информации…
– Много! Согласен!.. Только… Этот пакет ищут уже 10 лет, Володя! Что в нем я не знаю, да и не хочу знать! Но! Ты же сам знаешь, что такое «госсекреты»! И сколько раз мы из-за них рисковали!
– Ананьев в упор смотрел на своего ученика.
– Мы рисковали, а кто-то ордена на грудь вешал, а на плечи внеочередные звания!
–
– И такое бывало… - Согласился Ананьев, и стал чеканить каждое слово.
– Только… Я тебе так скажу, каплей… Ты уже 9 лет, как во Францию уехал, поэтому, возможно, и подзабыл немного… А я еще очень хорошо помню, где моя Родина! И если ей может что-то повредить, то… Знаешь… Мне плевать, кто и какие погоны потом наденет, но я, если только это от меня будет зависеть, свою работу сделаю!..
– Я ничего не забыл, товарищ капитан третьего ранга!
– Катран вскочил со стула и, набычившись, посмотрел на Ананьева.
– Капитан-лейтенант Ечин давал Присягу всего один раз! Только не оценила каплея Родина… Выплюнула за ненадобностью!..
– А те не ищи благодарностей, Катран… Тогда они тебя сами найдут!..
Они опять уселись на пластиковые стулья, и задумались каждый о своем…
И это тяжелое молчание прервал Жак Рано:
– Так что же вы посоветуете, Анатолий Иванович?
Дед взглянул на Туарега, и ответил без обиняков:
– Ехать надо, Саша… Ехать в Египет… И искать этого твоего Али… Или девчонку эту, Амаль… - Он закурил сигарету, и посмотрел куда-то в сторону морского горизонта.
– Думаю, что только они и помогут нам до конца разобраться во всей этой темной истории…
– А если пакет найдется? Что тогда с ним делать?
Дед задумался на долгую минуту:
– Ну… Не знаю, лейтенант… Может быть просто передать его в местное консульство… А я потом просто перезвоню моему полковнику, и расскажу где он, и у кого, а дальше он уже пусть сам разбирается… - И тут Ананьев встал, потянулся всем телом, и бросил несмешливый взгляд, и проговорил с вызовом.
– Ну что, товарищи офицеры? Поможем Родине вернуть свои секреты? Тряхнем стариной?
В ответ Катран только улыбнулся грустно, и ответил по-русски:
– Помочь можно… Да и тряхнуть стариной тоже можно… Только бы старина от этой тряски не отвалился!..
Жак вопросительно посмотрел на своего друга, и Владимир ответил на его немой вопрос:
– Ну, что, Саня? Полетим искать твою восточную красавицу? Или ты передумал уже?
Туарег перепрыгнул через низкий борт буксира, и, оказавшись на причале, бодро зашагал в сторону прогулочной набережной, бросив через плечо:
– Мне нужно кое-какие вещи собрать, и в «Караван-сарае» распоряжения сделать!
– Он посмотрел на часы на запястье.
– Сейчас 7.10… Я вернусь сюда в 15.00! Все! Я побежал! До встречи!
Ананьев смотрел ему вслед и думал:
«…Эх! Мать моя женщина! Если бы все было так просто, лейтенант!.. Поехал, вспомнил, нашел, отдал, и свободен… Ладно! Прикрою я тебя, мальчик, если что… Не сожрут тебя «супера» - подавятся!..»
А над Марселем уже вовсю разыгралось солнечное, июньское утро, и марсельцы уже начинали торопиться по своим делам…