Танец с тенью

Дегтярева Ирина Владимировна

– Похоже, продолжение твоей конструкции. – Женя просунула руку в аналогичную коробку и тут же наткнулась на руку Олега.

– Есть! – Радостный возглас раздался с двух сторон от разделительной стены. Олег бережно сжал Женину руку и скороговоркой произнес в трубку: – Ладно, красавица, я побегу поищу чего-нибудь поесть. Жди. – Он выключил телефон и умчался.

– Ну что тут у вас? – Наобщавшись вдоволь с родственниками, появилась Царева. – А где твои приятели?

– Пошли искать еду.

– Ага, а потом они будут ее телепортировать. Они у тебя фокусники?

– Они у меня

умные и находчивые. Как твой Мамаев?

– Тоска во взгляде, слеза в голосе. Знаешь, меня проняло. Я уже по нему скучаю. Наверно, я его все-таки люблю. – Она картинно закатила глаза. – Кстати, наш роковой мужчина не появлялся?

– Ваш?

– Вот! – Она демонстративно надулась. – Как никто им не интересуется – так чужой, а как подруге приглянулся – сразу и тебе понадобился!

– Ты видишь его где-нибудь поблизости, чтобы делать такие выводы? – Женя склонила набок голову и иронично рассматривала Цареву.

– Ладно, потом разберемся. Ой, смотри, один из твоих корешей идет.

И правда, к их углу с обратной стороны стеклянной стены приближался Олег с пакетом в руках. Приблизившись к стеклу, он присел и просунул руку в обнаруженный лаз. В Женину руку, протянутую ему навстречу, лег небольшой сверток. Она вынула руку и обнаружила в ней несколько пачек печенья и шоколад.

– Ну ни фига себе! – Царева ошеломленно захлопала глазами.

– Пойди раздай французам с детьми. – Женя протянула ей переданные продукты. – Олежка нам еще принесет.

Подруга согласно кивнула и отошла в сторону. Женя достала телефон и набрала номер Олега.

– Спасибо, кормилец.

– Женька, прости, ты же знаешь, наши буфеты – ничего более подходящего не нашлось. А до кафе долго добираться по этим переходам. Кстати, куда ушла еда?

– Там дети маленькие. Уже хнычут. Ты еще принесешь?

– Разумеется, не уходи далеко. Скоро буду. – Он шутливо козырнул ей и снова умчался.

Через несколько минут Олег вернулся с таким же свертком.

– Снова гуманитарная помощь. – Женя ласково улыбнулась ему через стекло и развернула шоколадку. – А куда подевался Никита?

– Его в отдел вызвали. Уехал, слава богу. – Он невесело усмехнулся.

– Будь к нему снисходительнее. У него…

– У него дикое самомнение, – перебил ее Олег, – которое странно сочетается с диким количеством комплексов. Когда-нибудь он нарвется…

– Что тебе сказал Алекс? – Поспешила сменить тему Женя. – Или это нужно хранить в тайне?

– Почти ничего. – Он посерьезнел. – Слушай, будь там поаккуратней, ладно? Эх, зря я с тобой не лечу!

– Прекрати. Ничего со мной не случится. – Она нахмурилась. – Правда, Олежка. Было бы опасно, думаешь, Алекс выпустил бы меня одну?

Олег в ответ лишь загадочно улыбнулся.

В этот момент в зал вошел человек в униформе, и все повернулись к нему. Он вежливо попросил прощения за вынужденную задержку и сообщил, что карантин может быть несколько нарушен: им разрешают посетить магазин беспошлинной торговли и скоро даже покормят. Взмахнув рукой, отметая беспорядочные вопросы оживившихся пассажиров, он также поведал о серьезной поломке одного из двигателей самолета. Особенно всем понравилось его обещание,

что сразу по прилете самолета из Рима он будет тут же отправлен в Париж. Через четыре часа.

Пока возмущенный народ обсуждал новости, Женя позвонила Олегу и тихонечко пересказала полученное сообщение. Потом с бурлящей толпой разгневанных попутчиков направилась в магазин за соком.

Через три с половиной часа, после шести часов ожидания, изрядно утомленных пассажиров пригласили вернуться в отремонтированный самолет. За пятнадцать минут до прибытия самолета из Рима. Женя подхватила рюкзачок и напоследок позвонила Олегу:

– Женька, мне не нравится, что вы все-таки летите этим самолетом. Лучше бы вам подождать тот, из Италии.

– Ты предлагаешь мне убедить в этом администрацию?

– Нет. Но если я сейчас позвоню шефу, он вполне может это устроить.

– Даже не думай! Оставь Алекса в покое, я прилечу, сама ему позвоню. Не скучай. Я привезу тебе подарок из Парижа.

– Ты лучше не забудь мне перезвонить из отеля, я буду волноваться, слышишь?

– Ладно, пока. – Она выключила телефон и, помахав ему рукой, двинулась вслед за остальными в переход.

В самолете у всех будто открылось второе дыхание. Народ веселился, шутил. Видно, вновь обретенная надежда все-таки увидеть сегодня Париж добавила энтузиазма уставшим от бездействия людям. Женя сидела в правом ряду у самого иллюминатора и скептически слушала восторженное повествование седевшей рядом Царевой о ее впечатлениях от работы в Америке прошедшим летом. Особенно возвышенными были дифирамбы в адрес генерального менеджера отеля, в котором она была временным администратором. Этот, кстати, француз обладал, по ее словам, всеми достоинствами, которые только бывают у простых смертных. И даже не очень простых. Через сорок минут перечисления этих достоинств и красочных примеров их проявления Женя не выдержала:

– По-моему, подруга, ты банально влюбилась.

– Что ты! – не на шутку встревожилась Царева. – Как ты можешь так говорить! У него жена, двое детей и дом в Париже.

– А жена и дети, надо полагать, в этом доме?

– Ну да…

– И что же, этот сгусток достоинств лишь изредка навещает семью, а так живет в Штатах и руководит величественным отелем, описанным ранее?

– Все ты, Женька, опошлишь! – Царева надулась и отвернулась.

– Да ладно тебе, – сбавила обороты Женя. – Я поняла: этот самый Франсуа замечательнейший мужик. Жаль, остался в Штатах…

– Возможно, ему удастся вырваться. – Не поворачивая головы, Царева скосила на нее глаза. – Мы же два дня в Париже. В Лион поедем только вечером в воскресенье. Может, мне придется с ним поужинать завтра вечером…

– Понимаю. – Женя вполне серьезно кивнула. – Ну что ж, такие знакомства, конечно, стоит поддерживать, тем более если это такой интересный человек….

– Очень интересный! – подхватила Царева. – Ты даже не представляешь, как я буду рада, если он сумеет со мной встретиться!

– Будем надеяться, что ему это удастся. – Женя успокаивающе дотронулась до ее руки. – Ой, смотри, какой-то город! – Она повернулась к иллюминатору и кивнула Царевой на огни внизу.