Танец с драконами
Шрифт:
— Выполнит свой долг, — слово холодом обожгло ей язык. — Вы видели, как женился мой брат Рейегар. Скажите, это был брак любви или долга?
Старый рыцарь замялся.
— Принцесса Элия была хорошим человеком, Ваше Величество. Она была доброй и умной, с нежным сердцем и чувством юмора. Я знаю, принц очень привязался к ней.
Привязанность, подумала Дени. Емкое слово. Я могла бы со временем привязаться к Хиздару зо Лораку. Возможно.
Сир Барристан продолжил:
— Я видел и свадьбу
— Почему же они поженились, если не любили друг друга?
— Так приказал ваш дед. Лесная ведьма сказала ему, что благодаря этому союзу родится обещанный принц.
— Лесная ведьма? — изумилась Дени.
— Она появилась при дворе с Дженни из Старых Камней. Крошечное, нелепо выглядящее создание. Многие считали ее карликом, но леди Дженни, которой та была очень дорога, всегда утверждала, что она одна из Детей Леса.
— Что с ней стало?
— Летний замок, — слова были полны обреченности.
Дени вздохнула:
— Теперь оставьте меня. Я очень устала.
— Как прикажете.
Сир Барристан поклонился и развернулся, чтобы уйти. Но возле двери он остановился.
— Простите меня. У Вашего Величества посетитель. Должен ли я сказать ему прийти завтра?
— Кто это?
— Нахарис. Вороны-Буревестники вернулись в город.
Даарио… Ее сердце забилось сильнее.
— Как долго?.. Когда он?.. — она не могла подобрать слова.
Сир Барристан, похоже, понял.
— Ваше Величество принимали жрицу, когда он прибыл. Я знал, вы не хотели, чтобы вас беспокоили. Новости капитана могут подождать до завтра.
— Нет.
Как я смогу заснуть, зная, что мой капитан так близко?
— Пришлите его ко мне немедленно. И… сегодня вечером вы мне больше не понадобитесь. Я буду в безопасности с Даарио. И, будьте добры, пришлите Ирри и Чхику. И Миссандею.
Мне надо переодеться, чтобы хорошо выглядеть.
Так она и сказала своим служанкам, когда они пришли.
— Что Ваше Величество желает надеть? — спросила Миссандея.
Звездный свет и морскую пену, подумала Дени, легкий шелк, который оставит мою левую грудь обнаженной, чтобы радовать взгляд Даарио. Да, и цветы в волосах. Когда они впервые встретились, капитан приносил ей цветы каждый день, всю дорогу от Юнкая до Миэрина.
— Принесите серое льняное платье с жемчугом на лифе. И шкуру белого льва, — она всегда чувствовала себя спокойнее, завернувшись в львиную шкуру Дрого.
Дейенерис приняла капитана на террасе, присев на резную каменную скамью под грушей. Полумесяц плыл над городом в сопровождении тысячи звезд. Даарио Нахарис вошел развязной походкой. Он умудряется быть развязным, даже когда неподвижен. Капитан надел полосатые шаровары, заправленные в высокие ботинки из пурпурной кожи, белую шелковую рубашку и жилет из золотых колец. Бороду в форме трезубца он выкрасил пурпуром, роскошные усы — золотом, а в его длинных завитых локонах пурпура и золота было поровну. На одном бедре
— Прекрасная королева, — сказал он, — вы стали еще красивее в мое отсутствие. Как такое возможно?
Королева привыкла к подобным восхвалениям, но почему-то из уст Даарио комплимент звучал иначе, нежели от Резнака, Ксаро или Хиздара.
— Капитан. Мне доложили, что ты сослужил хорошую службу в Лхазаре.
Я так скучала по тебе.
— Ваш капитан живет, чтобы служить своей жестокой королеве.
— Жестокой?
Лунный свет мерцал в его глазах.
— Он опередил всех своих людей, чтобы поскорее увидеть ее лицо, а его оставили томиться в ожидании, пока она отведает ягненка и инжир с этой сморщенной старухой.
Никто не сказал мне, что ты уже здесь, подумала Дени, иначе я могла бы совершить глупость и послать за тобой немедленно.
— Я ужинала с Зеленой Грацией, — казалось, лучше не упоминать Хиздара. — Мне был срочно необходим ее мудрый совет.
— А мне срочно необходимо только одно — Дейенерис.
— Я пошлю за едой? Ты, должно быть, голоден.
— Я не ел два дня, но теперь, когда я здесь, мне достаточно угоститься вашей красотой.
— Моя красота не наполнит твой желудок, — она сорвала с ветки грушу и кинула в него. — Съешь это.
— Как прикажет моя королева, — он откусил кусок груши, поблескивая золотым зубом. Сок стекал по пурпурной бороде.
Девушка в ней так сильно жаждала поцеловать его, что это причиняло боль. Он целовал бы меня грубо и жадно, сказала она себе, и не стал бы обращать внимания на мои крики или приказы прекратить. Но королева в ней понимала, что это безумие.
— Расскажи мне о своей поездке.
Он небрежно пожал плечами.
— Юнкайцы отправили каких-то наемников перекрыть Кхизайский проход. Длинные Копья, так они себя называют. Мы спустились к ним ночью и отправили нескольких в ад. В Лхазаре я убил двух своих сержантов, задумавших украсть драгоценные камни и золотую посуду, которые моя королева доверила мне вручить ягнятникам. В остальном все прошло, как я и обещал.
— Сколько людей ты потерял в сражении?
— Девять, — ответил Даарио, — но дюжина Длинных Копий предпочли стать Воронами-Буревестниками, а не мертвецами. Так что мы даже приобрели троих. Я сказал им, что они проживут дольше, сражаясь на стороне ваших драконов, а не против них, и они сочли мои слова мудрыми.
Это насторожило ее.
— Они могут оказаться шпионами Юнкая.
— Они слишком глупы для шпионов. Вы не знаете их.
— Как и ты. Ты доверяешь им?
— Я доверяю всем своим людям. Но не больше, чем плевку под ногами, — он сплюнул и улыбнулся ее подозрениям. — Принести вам их головы? Я сделаю это, если прикажете. Один лыс, у двоих косички, еще у одного борода выкрашена в четыре цвета. Какой шпион стал бы носить такую бороду, хотел бы я знать? Этот пращник может попасть камнем в комариный глаз с сорока шагов, а уродливый неплохо умеет обращаться с лошадьми… Но если моя королева говорит, что они должны умереть…