Танец огня
Шрифт:
Вот и сейчас. Была зла, но к этому чувству примешивалось и нечто новое. Нечто тёплое, что будто расцветало в груди неким удивительным цветком. Вот он — расправил нежные золотистые лепестки, наполняя сознание трепетом. А затем растаял, оставляя ощущение сладкого послевкусия.
Что это? Талл использовал при поцелуе свою магию? Или это её воображение? Ну не спросить же, в самом деле? Нет. Никогда. Разве что проверить самой. Но для этого придётся повторить. Только ради эксперимента…
— Ты сошла с ума, Лейвр? Или точно под чарами?..
Ивон коснулась губ кончиками пальцев.
Прикидывая свои шансы не быть убитым во время предстоящего ужина, Шагрим пролетел над тренировочными площадками. Может просто не явиться? И на завтрак. И на обед. Сколько он выдержит без еды?
— А смерть будет мучительной… — вздохнул он, наблюдая за происходящим внизу.
Трин и её товарищи до сих пор находились во дворе перед главным входом в корпус. Талл слышал, как ворчали и спорили наказанные Брисом Хэйлом огнетворцы, толкая друг друга, мучаясь и пытаясь выполнить задание преподавателя. Форменными штанами собрали всю грязь, ища что-то на выложенном брусчаткой дворе.
— Серый ищи!
— Они все серые! — слышалось хриплое в ответ.
— Тот должен быть серее!..
Сам Брис прохлаждался на смотровой площадке, говоря о чём-то с одним из преподавателей. Вмешиваться и пытаться помочь подруге Талл не мог. Пришлось мысленно пожелать удачи и спешить к своим. Занятия скоро начнутся. Он сделал ещё один круг над зданиями, и спустился, оставляя кланкей среди других экипажей.
Трин проводила друга взглядом, затем стёрла испарину со лба рукавом рубашки и вновь вернулась к своему занятию. Точнее — к ненавистному исполнению наказания, объявленного Хэйлом. А всё мальчишки… И зачем только ввязались в ту драку, скажите на милость? Пришлось разнимать их, получить кулаком в глаз, а затем ещё и «награду» от преподавателя. Она ведь пыталась призвать всех к порядку! Где, спрашивается, справедливость? Нет её. И широкая ухмылка Хэйла только подтверждала это. Если и наказаны, то все без исключения. Чтоб при следующем разе неповадно было.
И теперь им велено отыскать среди совершенно одинаковых камней, которыми выложили двор перед корпусом, те, что зачарованы. И не просто отыскать, а ещё и коснуться в нужном порядке, чтоб в итоге активировалась старая защитная печать. Чудачество это было придумано ещё при строительстве боевого корпуса. И тем, кто явно ненавидел студентов. Никак иначе. Воспользоваться своим даром и ощутить магию, наложенную на камни, не удавалось, как ни старались. Ползали на коленях с утра, и всё без толку.
Скулу саднило, синяк под гладом к вечеру появится непременно. Кристиан будет в восторге… Трин в который раз вглядывалась в камни, пытаясь различить хоть какие-то оттенки в пыли.
— Да одинаковые они! — не выдерживая, психанул Раду. — Может и нет никакой печати. А? Вот издевается просто Брис и всё тут.
— Угу, — обтирая грязь с лица, кивнул Гай. — Ты пойди, скажи ему об этом!
— Ищем дальше, — хмуро велел Тео. — Кажется на тех, что нужны, есть небольшие щербинки. Проверяйте каждый камень.
— Я их не чувствую… — страдальчески отозвался Ян.
— Придётся
Не вступая с ними в спор, Трин прислушалась к словам Тео. Им действительно нужно заканчивать заниматься этой ерундой. Находя подходящий камень, она вытащила нож и пометила его царапиной, чтоб вновь не искать. То же стали делать и товарищи, не переставая подначивать друг друга.
Трин зевнула в кулак, и тряхнула головой, отгоняя сонливость. В прошлую ночь ей опять не спалось. Точнее сон приходил, но лишь растревожил, оставляя потом до утра в раздумьях. Повторялось это уже в который раз. А точнее — началось со следующего дня после принесённой с Кристианом клятвы в храме Бевана. Обряд, соединивший их души, имел огромнейшую силу. Мог ли он повлиять на ранее наведённый морок?
Кристиан считал это вполне возможным. И волновался за неё. Слишком много вмешательств на одну душу, на одно сознание. Нитям памяти свойственно переплетаться, создавая уникальный узор воспоминания. Но нарушая эту хрупкую структуру, можно создать и совершенно хаотичный узор, который лишь больше запутает. Где были сны, а где размытые границы собственных воспоминаний, Трин не могла понять.
Она слышала голоса, видела лица, но не узнавала их. Ощущала жар и запах дыма, вплоть до горечи во рту, словно находилась на пожарище. И просыпалась, буквально задыхаясь, чем пугала свою соседку по комнате. А находясь под впечатлением от сна, порой и днём продолжала слышать голоса. Будто кто-то звал её по имени, и голос был так тревожен.
Трин нахмурилась, чувствуя, как снова заболела скула. Интересно, что если она потихоньку сходит с ума? И в один «прекрасный» момент просто не осознает этого и потеряет себя навсегда?
— Ну уж нет…
— Есть другие варианты, Синхелм? — возмутился рядом Гай, вынуждая её отвлечься от мыслей.
— Что?
— Мы нашли двенадцать штук. Вроде бы все. Теперь нужно определить вид печати. Будем пробовать все варианты, которые нам известны. Так что хватит мечтать. На тебе вот эти две, — согруппник ткнул перепачканным пальцем в камни.
— Нужно коснуться их в определённой последовательности, — обратился ко всем Тео. — Сосредоточьтесь. Если повезёт, она активируется, и мы будем свободны.
— А если нет? — вяло отозвался Димер.
Тео придвинулся ближе к Трин, разглядывая площадку внимательным взглядом и прикидывая возможную последовательности для первой попытки.
— Попробуем ещё раз. И ещё, и ещё. Пока не получится, — проговорил он твёрдо, пресекая возражения товарищей. — Гай, это твой участок. Ян — ты следишь здесь и здесь…
Тео продолжил распределять камни между ними, вынуждая всех рассесться кругом. Со стороны могло показаться, что они решили призвать демона, ползая по дороге и бормоча нечто невразумительное.
Трин слушала внимательно, не желая подвести товарищей. Но то ли от недосыпания, то ли от усталости, голова шумела и не давала толком сосредоточиться на важных словах.
— Трин, — позвали её.
— Да?
— Трин…
Она повернула голову к Тео, с удивлением замечая, что старший их группы сейчас говорил с Димером.