Танец огня

Головина Оксана Сергеевна

— Сейчас за тобой стоит лишь Смерть, — холодно зазвучал в тишине голос Рэйвана.

Чёрный туман заполонил двор, клубился, обволакивал ледяным холодом. Словно подыгрывая некроманту, где-то в ночи взвыла собака. Что-то тихо насвистывая, Брутус задумчиво продолжал окапывать вычерченный им же ранее круг на земле.

— Пожалуйста… — сипло зашептал мужчина, принимаясь читать некую молитву.

— Ты жалок, — прошёлся вокруг него Рэйван, сдерживая тьму, уже разрисовавшую его руки. — Прошлого урока было мало? Настолько глуп, что

вздумал повторить?

— Господин… — пытаясь играть, заныл валмирец. — Мне нужно кормить семью…

— Это не то, что я желаю слышать, — чёрным демоном возвышался над ним Кристиан.

— Боги покарают вас!

— Боги карают лживых.

— Готово, — провозгласил Хэйл, бросая дымившийся «алтарь» на перекопанную Брутусом землю. — Теперь только привязать покрепче. Чтоб сильно не дёргался.

— Послушайте… Послушайте, вы же это не серьёзно? Вы… Вы благородный ректор самой королевской академии! Вы тот, кто ответственен за детей… Не станете же вы…

— Быстро же я облагородился от жалкого пропойцы, — сухо проговорил Рэйван. — Я даю тебе последний шанс.

В ночном воздухе остро пахло свежей землёй, выкорчеванной травой да пролитым вином из разбитой бутылки.

— Ненавижу… Ненавижу всех вас! — выкрикнул валмирец, когда Хэйл толкнул его в плечо, вынуждая свалиться на алтарь.

— Вот это уже ближе к истине, — мрачно произнёс Рэйван, и чёрный туман принялся обретать чудовищные очертания, восставая за его спиной.

— Кто велел тебе писать эту чушь? — Хэйл вытащил из крепления на поясе нож, и тот сверкнул опасным серебром.

— Девка… Девка!.. — засипел валмирец, когда холодное лезвие коснулось его шеи.

— Какая девка? — зло осведомился маг.

— Улхара… Дочь его… — принялся бормотать мужчина. — Сама пришла ко мне. Сама! Целую пригоршню монет отсыпала, лишь бы написал, что велено…

— Зачем? — продолжил расспрашивать Хэйл.

— Всё змеёй шипела, что некроманта Рэйвана… — он кинул нервный взгляд на Кристиана. — Что его надо под суд отдать, за попытку убийства! Это весь город видел! А ему всё с рук сходит! Потому как под королевской защитой! А этот…

Теперь трясущимся пальцем ткнул в Брутуса.

— А этот отказался дело заводить… Сказала, что нужно капитана приписать… Что начальство его недолюбливает, вот и избавятся, как только газету в руки возьмут… Из-за неё всё! Всё она — психованная Макэль! Да и кто откажет дочери управляющего?

— Ты останешься жив только в одном случае — завтра же выйдет опровержение старой статьи. И она будет последним, что ты напишешь, — сдерживая гнев, проговорил Кристиан. — Приблизишься ещё раз к газете, и следующее, что в ней выйдет, будет твой некролог. Или нет — объявление о розыске пропавшего. Вот только тело никогда не найдут. Некроманты, знаешь ли, обладают удивительным свойством улик не оставлять. И прах твой жалкий втопчут в грязь на дороге…

Позже, бредя по опустевшей улице, Кристиан повёл нывшим плечом,

прижимая к нему ладонь. Рана вновь напомнила о себе. Замечая его действия, капитан с участием поинтересовался самочувствием. На что, конечно же, получил уверение в том, что всё отлично.

— Трус напишет статью, — отозвался рядом Хэйл. — И народец кинется обсуждать новую сплетню. Но это не отменяет взъевшейся на вас девицы. Что намерены делать с ней?

— Придётся всё же взыскать должок с Улхара, — пояснил Кристиан. — Он усмирит дочь, Проблемы ему не нужны. И иного выхода не останется. Особенно после выхода статьи и моего обещания написать письмо королю. Пусть управляющий поддержит новости о вашей доблести Брутус, и о том, как героически спасли пьяного ректора из лап убийц. Так что можете далеко не прятать форму.

— Я благодарен… — капитан попытался застегнуть пуговицу на воротнике мятой рубашки, огорчаясь тем, что та оказалась оторванной. Выпитое добавило сентиментальности, и он дружески хлопнул некроманта по плечу, забыв о ране. — Я правда благодарен…

Кристиан стиснул зубы, стараясь не показать боль.

— Я вам верю.

— Но почему вы не опровергли написанное о вас? — возмутился товарищ. — Неужели вас не волнует, что это прочитает весь город?

— Тут личный вопрос, — усмехнулся некромант.

К хаосу город. Главное, что эту чушь прочитает единственный человек. Скрежещи зубами, дорогая Вильят.

Глава 26

Гадать о возрасте каэли Деллы Орлаг было делом бесполезным. Она безусловно принадлежала к тому редкому числу счастливиц, чьи года останавливаются на рубеже спелой молодости, и замирают, будто боясь испортить идеальный картинный образ. Маг воздуха — она и вправду парила, казалось, едва касаясь ногами земли. Лёгкость и изящество ощущалось в каждом движении, каждом жесте.

Светло-голубые одежды гостьи чудесно сочетались с серебристыми волосами, уложенными своеобразной короной. Оставляя цветочный шлейф духов, Орлаг неспешно шла по одному из коридоров академии в сопровождении Кристиана. Слыша восторженный шёпот и чувствуя восхищённые взгляды на своей персоне, Делла удостоила счастливиц лишь лёгкой полуулыбкой. Она была богиней, которой поклонялись, словно великой Лейне. И наверняка сама не раз грешила тем, что сравнивала себя с божественной покровительницей любви и красоты.

Глядя на неё, Трин прекрасно понимала, чем эта женщина так привлекала Ламона. Они похожи. И, по её скромному мнению, одинаково самонадеянны. Кристиан был, как всегда сдержан, коротко отвечая на вопросы Орлаг. Поднимаясь по лестнице, гостья вздумала взять ректора под руку, свободной рукой придерживая подол платья. Обязательно хвататься за её жениха? Иначе никак? Послышался тихий предупреждающий рык, и честное слово, было мгновение, когда Трин решила, будто сама издала его. Но это лишь объявившийся Зиль поддержал хозяйку, устроившись у её ног.