Танец мертвых
Шрифт:
Ларисса рассмеялась, впервые после гибели Лизы почувствовав себя счастливой. С преувеличенной галантностью он подал ей руку. Она приняла его игру.
Они направились в центр по мощеной улице. Лариссе не понравилась эта улица, на которой частные дома перемежались с развалинами. Внезапно Ларисса ощутила, что не слышит барабанной дроби.
– А что, если капитан Дюмон найдет нас?
Уилен покачал головой, сдерживая смех:
– Не сможет. Я послал его по улице, на которой расположены сплошь бордели.
Он взглянул на нее,
Войдя в помещение, Ларисса почувствовала, что ее доброе настроение улетучилось. Зал был темным, он освещался дымящими фонарями и огнем очага. Все разговоры стихли, музыканты нестройно замолчали. Посетителей было немного, они открыто изучали молодую танцовщицу. Ларисса вспомнила, что она одета в вызывающе открытое платье.
Она хотела предложить Уилену уйти, но тот уверенно прошел в середину прямо к толстому хозяину таверны, вытиравшему посуду и смотревшему черными злыми глазами.
– Жан? У тебя сегодня почетная гостья – одна из ведущих актрис плавучего театра. Она желает попробовать твоего изысканного угощения. Я сказал ей, что твое место – лучшее в Порт-д-Элуре.
Жан долго смотрел на Уилена, потом его борода раздвинулась, обнажив гнилые зубы:
– Лучшее в Порт-д-Элуре? Лучшее во всей Сурани. Итак, Леди с плавучего театра?
Лариссу поразила перемена обстановки. Едва Жан произнес свои слова, атмосфера вернулась к норме. Музыканты вновь заиграли. Посетители согнулись над своими кружками, прекратив рассматривание Лариссы.
Да, я с парохода.
– Узнаю – Морская Леди. Будьте добры, садитесь, я принесу вам нашего лучшего вина. – Он задвигался со скоростью, которую от него никак нельзя было ожидать. Он очистил небольшой стол у очага и указал гостям на стулья.
– Мужчинам вроде тебя подходит одно слово, – сказала Ларисса.
– Что? – Уилен насторожился.
– Очаровательный, – объявила Ларисса.
Уилен облегченно улыбнулся.
– Итак, что здесь едят? Молодой человек пожал плечами.
– Уилен, ведь ты же рекомендовал это место!
– Я сказал, что это уютное место, но не говорил, что я обедал здесь.
Жан принес вино. Он не слышал разговора.
– Наше специальное блюдо – заяц, тушеный в вине.
– Звучит аппетитно, – сказала Ларисса. Хозяин поклонился и оставил их вдвоем. Танцовщица критически рассматривала своего нового друга. Уилен был странным человеком. Начать с того, что он необъяснимым образом увидел ее, когда она была невидимой для всех. Удивительной была его реакция на просьбу назвать свое имя. Почему он скрывал его? Будь на его месте кто-либо другой, она была бы настороже, но Уилен уже доказал свою дружественность.
–
– Я уверен, что твоя жизнь гораздо интереснее моей.
– Не скажи. Человек, который увидел меня невидимкой, представляет для меня особый интерес, – сказала Ларисса, скрывая то, что вино ей не понравилось.
Уилен застенчиво потупился в ответ на ее слова
– Хорошо выбранная позиция. Дай мне подумать. – Он откинулся на стуле, сложив руки за головой. Ее поразил контраст между детским выражением его лица и сложением молодого мужчины.
– Я родился на этом острове и всю жизнь жил здесь. Моя мать происходит из Порт-д-Элура, но ей не понравилась городская жизнь и люди здесь. Она уехала в топи, когда я был ребенком.
Ларисса похолодела, но внешне осталась спокойной. Итак, его мать забрала его с собой в топи. Она представила стволы кипарисов, теряющие мох, мглистую темень и странное освещение, происходящее неизвестно откуда. Расстроившись, она запретила себе эти мысли.
– Не могу представить, как можно вырасти там, – сказала она, стремясь говорить безучастно.
Уилен пожал плечами:
– Не считаю, что это было так уж плохо.
– У тебя были товарищи по играм в детстве?
Он странно улыбнулся:
– Да, но они очень отличались от городских детей… Единственный недостаток то, что в городе мне приходится заниматься вещами, странными для большинства людей.
– А как ты смог видеть вопреки чарам моего кулона? – наставала Ларисса.
Уилен начал отвечать, но замолчал при подходе Жана. Ларисса одобрительно ухмыльнулась. К горячему блюду были отдельно поданы незнакомые для Лариссы овощи, которые ей весьма понравились. Уилен некоторое время посмотрел, как ест Ларисса, затем не спеша взял вилку и нож и принялся за еду.
Ларисса даже зажмурилась: заяц в винном соусе был удивительно вкусен. Однако она помнила:
– А магический кулон?
Юноша ответил на вопрос вопросом:
– А как ты сама достигаешь волшебства? Зная действие, узнаешь противодействие.
– Я училась этому. Я… – Ее пронзила догадка: его мать была изгнана городским населением… – Твоя мать была волшебница?
– Я слушал чары, как дети слушают сказки, – подтвердил он. – Иногда я забываюсь.
– Как сегодня?
В притворном покаянии он сказал:
– Как сегодня.
Некоторое время они ели в молчании, отдавая должное изысканной еде, приготовленной в таверне Жана. Ларисса успокаивалась. Прошлое Уилена многое объясняло. Оставалось выяснить, почему в его обществе было так спокойно.
Она раздумывала, как сформулировать вопрос, проясняющий это. Она взглянула на Уилена и почувствовала, что он смотрит на нее с обожанием. Это было нечто другое, чем с другими мужчинами, которые хотели только одного – уединиться с ней в укромном уголке. На его лице был написан восторг, он источал уважение и… чувство игры.