Танцы с волками
Шрифт:
— Хватит, крошка, а то тебя может укачать, — сказал Леший, выдернув ее на ходу за волосы из ковбойского стремени. — Оставь своего «быка» нам, мы его быстренько укротим...
— Может, мне его сразу пристрелить? — спросил Дорохов. — Или гнать его к остальным, до кучи?
— Волоки его к тем баранам, что собраны на первом этаже, — сказал Подомацкий, по-прежнему удерживая голую девицу за космы. — А если рыпнется или проблеет хоть слово — пускай его в расход!
Затем, легонько шлепнув свою добычу чуть пониже крупа, Леший бодрым голосом произнес:
— Ну-ка,
Заварзин вынужден был на короткое время отвлечься от допроса охранников фирмы «Локус» во главе с Григорием Сагалаевым, потому что предстояло решить и судьбу четырех девушек, которых они застигали в столь неблаговидном обществе.
Девицы из бандитского гарема были препровождены на кухню, причем все были так напуганы, что от их замешенной на хмелю бравады скоро не осталось и следа.
— Поступим с ними так, — полушепотом сказал Заварзин, адресуясь к двум своим сотрудникам. — Первое: чтоб как в учебке — на раз-два! — оделись и привели себя в порядок. Дальше... Выводить отсюда по одной, делать инъекцию сонапакса, и потом грузить в «Вэн»!
— Какую дозу им вколоть?
— Хватит и одного кубика! Они уже под кайфом, и такой дозы будет достаточно...
— Куда их потом отвезти?
— Когда пошабашим здесь, нужно будет доставить их на один из наших объектов — в Петрово-Дальнее. Утром или днем, это уже не наша забота, их отвезут в Москву и где-нибудь высадят...
— Командир, а можно, я займусь девочками? — высунулся из-за его плеча Подомацкий. — Помогу им одеться, то-се...
— Знаю я эти твои дела, — хмыкнул Заварзин. — Пойдем-ка, Леший, я отведу тебя в мужское общество, а то у тебя, вижу, уже слюнки потекли...
Большой, овальной формы стол, заваленный остатками недавнего пиршества, передвинули в самый угол гостиной. Расчистив таким образом необходимое пространство, уложили в рядок на пол всех шестерых захваченных здесь сотрудников частной охраны, включая хозяина коттеджа. Один из них в чем мать родила лежал ближе всех ко входу. Заварзин пнул его носком ботинка под ребра, чтобы убрал ноги с прохода, затем объявил всей компании:
— Я не спрашиваю, что делала ваша бригада в два пополудни сегодня у Курского вокзала! Я это и без вас знаю! Меня интересует другое... Первое. Я хочу знать, кто убил нашего коллегу, кто из вас ткнул его, подло, из-за спины, прямо в сердце? Второе. Кто вам приказал похитить журналистку Бельскую и где в данный момент находятся обе девушки? И третье. Мой коллега только что показал вам фотографию еще одной девушки, которую похитили примерно три недели назад. Мне важно знать, кто это сделал и в каком месте сейчас удерживают эту девушку?
Заварзин требовательно протянул руку, затянутую в тонкую кожаную перчатку, и Леший тут же вложил в нее «беретту» с навернутым на дуло глушаком.
— Тому из вас, кто первым ответит мне на эти вопросы, я, возможно, сохраню жизнь.
Он посмотрел
— Не гони подливу, начальник, — прохрипел «бык». — Я твоих давалок в глаза не видел...
Заварзин сделал пару шагов назад, чтобы не забрызгало кровью, потом дважды нажал на курок: одна пуля пробила стриженый череп, другая угодила в татуировку на груди, изображающую голову тигра с оскаленной пастью.
— Ну?! Кто тут еще будет со мной по фене ботать?! — Он мрачно посмотрел на следующую намеченную им жертву. — У тебя есть что мне сказать? Да-да, у тебя! Не крути башкой, я с тобой разговариваю!!
Сагалаев и его дружок Червонец пока помалкивали, но на остальных эта сцена произвела крайне тягостное и в то же время отрезвляющее впечатление.
— Гражданин начальник... — сиплым голосом сказал тот, на кого был сейчас направлен ствол. — Зачем же так... резко? Отвезите нас в ментовку и...
Раскаленный кусочек свинца, вошедший ему в переносицу, оборвал его на полуслове, и тут же раздался чей-то всхлип.
— Следующий, — сказал Заварзин. — Да, ты! Говори...
— Ч-ч-че... Ч-червонец пришил вашего! Шильцем, со спины! Телок приказано было не мочить...
С правого фланга, где дожидались своей очереди Червонец и Сагалаев, донеслось злобное шипение:
— Заткни пасть, козел! Что ты несешь?!
Это сказал Червоненко. Леший за это наступил кованым ботинком на его стриженный «ежиком» череп и нажал почти всем своим весом, будто это была не человеческая голова, а футбольный мяч.
— Сам заткнись! — сказал он. — Говорить будешь, когда тебе дадут слово...
Заварзин тем временем подозвал к себе Дорохова, который находился здесь же, в пропитанной парами алкоголя и резким запахом пота гостиной, молча наблюдая за происходящим.
— Александр, иди смени Технаря на посту. Пришлешь его ко мне, а сам останешься караулить на улице...
...Дорохов занял наблюдательный пост у хозпостройки, поблизости от которой были припаркованы в один ряд четыре бандитские тачки. Ворота были заперты, жалюзи на первом этаже особняка Сагалаева опущены, во всей округе царила ночная тишина. С того места, которое он выбрал себе в качестве НП, был также виден верхний этаж резиденции Землянкина, чей особняк находился метрах в двухстах отсюда. Два окна были освещены мерцающим голубоватым сиянием, но затем и эти огни погасли...
Заварзин и еще трое сотрудников, находившиеся при нем, пошабашили за несколько минут до полуночи. Судя по тому, что в компании, покинувшей особняк Сагалаева, не было ни одного из допрошенных ими людей, никто из охранников фирмы «Локус», этих подручных Землянкина и Караева, не смог правильно ответить на поставленные им вопросы.
— Александр, к похищению твоей сестры бригада Сагалаева никакого отношения не имела, — проинформировал его Заварзин. — Соответственно, о судьбе Елены им тоже ничего не известно. Но ты особо не переживай, это только начало...