Танцорка
Шрифт:
– А-а-а, в комнате они еще, а мы вас, между прочим, в баре ждем, – я уверена, что он в этот момент закатил глаза. Как он понял, что я о комнате? Она просто у меня сделана наподобие кружки с какао, если вы вдруг забыли.
– Виталюсик, Кексичек ты мой глазированный, мы одной ногой тут, другой там уже, – тараторю и отключаюсь, начиная тискать зеленоглазого в ответ.
Со дня нашей победы прошло чуть больше месяца.
Мы еще на Новый год с Виталиком решили, что поедем к моей маме в Египет после конкурса, получилось, правда, позже, чем хотелось, но в итоге мы здесь.
– Кисуль, меня Виталя на флаг британский порвет, если мы сию минуту не выйдем, – пытаюсь выпутаться из крепких объятий.
– А я его порву, – смеется в ответ, даже не думая отпускать меня.
– А тебя следом Стас, и останусь я одна… – надулась, как морской еж.
– Вредина, – целует меня в нос, лизнув следом, и встает.
Добираемся до бара мы в рекордное время, хоть и как дети бесимся всю дорогу, а наши красавцы сюсюкаются, не заметив нас. Присаживаемся напротив них.
– Явились, – ехидно выдает Кексик.
– Стас, скажи ему, чтобы не бурчал, взрослый дядька, 27 лет, а обижается, как ребенок, – вздыхаю, еле сдерживая улыбку.
– А по-моему, он ворчит, как старый дед, а еще лучше – бабка, – отметил Илья, глянув на меня.
Они, кстати, нашли общий язык, только вот оба с острыми языками, поддевают регулярно друг друга, порой совершенно безбожно. Первый их разговор почти потерпел фиаско, ибо Виталик, как дикая болонка, напал на Илью и стал предъявлять тому за все: и за мои расстроенные чувства, и за игнор с его стороны, даже за то, что у него фамилия Фетисов… Орали они так, что едва не оглушили меня, намеревались даже попинать друг друга, и у них бы вышло, не будь меня рядом.
– Ты, между прочим, младше его всего на год, – заступаюсь за друга.
– Зато я не ворчу, – парирует, ухмыляясь. В словесные баталии с ним вступать иногда себе дороже, но таким я его и люблю.
Моя зеленоглазая язва, мой ласковый котенок, мой потрясающий мужчина и страстный любовник.
Сижу, обнимаю его, положив голову на его плечо. И я не слышу уже, о чем говорят они, у меня нет желания разговаривать. Я тихо наслаждаюсь теплом его тела. Я не строю грандиозных планов на будущее, не жду невозможного, не мечтаю. Ведь, по-моему, мечтают лишь те, кому чего-то не хватает. А у меня теперь есть все. Илья и танец – это моя страсть, моя любовь, мое жизнь, большего мне не нужно.
Я безумно люблю засыпать в его объятиях после работы, кайфовать, когда он делает массаж ноющим стопам, когда будит, целуя, а после мы вместе принимать душ… долго, ведь при одном лишь взгляде на его тело я загораюсь, как свечка, когда вместе готовим кушать, измазывая друг друга ингредиентами. И я не устану повторять, что он лучший, идеальный и МОЙ.
Мы не кричим громких фраз, не даем обещаний, мы просто есть друг у друга. Мы живем настоящим, текущим днем, крепко держа друг
Я буду целовать твои руки,
Я буду целовать твои губы.
Всё что есть у меня – это ТЫ.
Я буду целовать твоё тело
И делать всё, что раньше не смела.
Всё что есть у меня – это ТЫ!
Без ума от счастья и боли,
Без ума от жизни с тобою,
Без ума от мысли, что я люблю тебя.
Мы с тобой как розы с шипами
Любим телом, раним губами.
Без ума от смелых желаний
Ты и Я!
Я буду обнимать тебя нежно
И растворятся в страсти, как прежде.
Целый мир для меня – это ТЫ.
В глазах твоих бескрайнее небо,
Я верю им так глупо и слепо.
Целый мир для меня – это ТЫ!
Ну вот и подошла история к концу, как ни печально, но тянуть рассказ дальше нет смысла.
Хочу поблагодарить тех, кто читал, тех, кто оставлял отзывы, подгоняя мою ленивую задницу)))
На данный момент, могу сказать точно, что начну писать о Малике и, возможно, Виталике. Впереди еще будет пара драбблов от Ромины и Ильи.
Я настолько к ним прикипела, что не смогу я без них, это стопроцентно)))
=***
====== Полоса моей жизни не белая, она – перламутровая. Полоса абсолютного счастья… ======
От автора: Эта зарисовка насиловала мой мозг, требуя оказаться на бумаге) Прошу...)))
Я боюсь однажды проснуться и понять, что это сон. Боюсь открыть глаза и узнать, что ничего и не было, что это плод безумного воображения, всего лишь фантазия. Но уже на протяжении года, даже больше, я просыпаюсь, видя его, его золотистые локоны, что разметались по простыням, легкую щетину, пухлые соблазнительные губы, видя своего невероятной красоты мужчину. И улыбаюсь, понимая, что мое счастье реальное.
– Кисуль, просыпайся, – целую его грудь, на которой спала всю ночь.
– Ром… я тебя люблю, но отвали, – хриплый шепот с улыбкой. И вот так постоянно. Разбудить его – это что-то на грани фантастики. И как его с работы не поперли? Ах да, я забыла, он же сам себе начальник.
– Легко, – картинно фыркаю и спрыгиваю с кровати. Поверили? В прыжке меня рванули за руку, и вот теперь я влипшая всем телом в наглого блондина и, прищурившись, пытаюсь убить его взглядом. Не выходит…
– Далеко собралась? – ухмылка, и кошачьи зеленые глаза лукаво поблескивают, осматривая меня. До сих пор не понимаю, как он может в мгновение ока становится свежим, как огурчик, хотя вроде минуту назад был сонной мухой.
– Очень, – пытаюсь крайне правдиво изобразить недовольство, но в его объятиях не выходит, увы.
– Мы сегодня ужинаем в «Кромешной тьме», не забыла?
– Не-а… и название меня пугает, – улыбаюсь и игриво трусь носом о его ключицу.
– Фу, трусиха, – поморщился и куснул меня за ушко, засранец. За что получил щелбана, и я все-таки сбежала от него.
Одной принимать душ скучно, но зато быстро. Тем более, что надо вести на прогулку подросшего Феликса. И к слову… он стал еще более вредный, по-моему, это так Илья на него влияет, не иначе.