Танат 2
Шрифт:
И тут появился тот, кто ведёт себя нетипично для этого мира. Не знаю, что она увидела в моём взгляде, что прочла на лице, но одно она поняла чётко: я не лгу. Может, она и хотела выслушать меня, но испугалась. Даргул и остальные — вот причина её ужаса. Ранее она держалась Знающих потому, что спасалась от Творцов и их охотников. Кто знает, может быть, она могла штурмовать в прошлом один из шпилей. В этом здании, например, погибли все её друзья и близкие. Погибли окончательной и страшной смертью. Потому она и кричала, что не вернётся обратно. Рабство у Творцов, которым служили димортулы, против служения делу безумного лидера озлобленных фанатиков. Тшир, который поймал Стрелка
Я интуитивно понимаю, что Майра, которая жила так долго, поняла меня, прочитала, как открытую книгу. И испугалась, что есть альтернатива её нынешнему существованию. Пусть и призрачная. Только теперь служить Даргулу она спокойно уже не смогла бы. Тому, кто распял Стрелка и насильно влил ему в глотку некий эликсир, заставил смотреть на гибель товарища и просто ломал охотника за головами.
Может, я ошибаюсь, но мне кажется, что я прав. И тут меня пронзает мысль: а как Майра могла гарантировать, что её эотул не пересадят? Бросаюсь обратно к её телу, переворачиваю и буквально разрываю когтями загривок, вырывая кожаное яйцо. И вовремя, так как полость стала заполняться какой-то густой и шипящей жидкостью. Похоже, что это некая кислота. Конечно, а что ещё? Ведь, как мне уже известно, мозг лишь «процессор», который помогает вместилищу души взаимодействовать с оболочкой раза и окружающим миром, но никак не носитель сознания.
Тут с просветом ситуации помог не только мой опыт аналитика, который перед проведением операции по зачистке очередного реликта Последней войны проводит кучу времени в архивах. Знания Дима, которые он получил, работая карателем Творцов, сыграли немалую роль в понимании мотивов действий Майры. Удивительная вещь — нам теперь доступен не только боевой, но и по сути аналитический транс, что происходит незаметно. Однако результаты такого совместного мозгового штурма налицо.
Например, сейчас я закончил паковать эотулы погибших в кефлы, которые они несли с собой, и наблюдаю за тем, кто всегда появляется так неожиданно. Будто не мимо проходил и обнаружил меня, а целенаправленно и осмысленно следил. Нет, это не тот, чей незримый взгляд я периодически ловлю затылком, а кое-кто другой.
— Так, приятель, печень кого-то из этих ребят я тебе не дам. И не проси, так как это другое. Да ты ещё и прошлую не сожрал.
Натыкаюсь на полный укора взгляд прожорливого ушастика — зверька пого. Да, зверёк, как я уже понял, он не простой. Прозорливый. Даже слишком.
— Зато могу поделиться вот этим. Это то, что ты у Дриса из-под морды стащил. Нравится ведь, да?
На моей вытянутой ладони лежит несколько серых драже. В реальности, с отключённым монохромным фильтром, этот местный аналог сладостей имеет зеленоватый оттенок. По мне так они приторно-сладкие, но пого, как я сейчас припоминаю, ел их с таким довольным выражением морды, что у меня нет сомнений — он пробовал этот вид рациона разов и раньше. Вкусняшки ему были не в новинку.
Пого протянул лапку, но только он взял одну горошинку, как я резко сжимаю кулак, ловя поганца в ловушку. Ушастик смотрит на меня, пытается вырваться, но я молчу. Потом, когда поднимаю его воздух на вытянутой руке, в этих глазах появляется страх.
— Поговорим, засранец прожорливый? Только не изображай из себя тупую скотину. Та бы не поняла, что я хочу лишить одного Жруна самой нужной вещи.
Говорю это, а из левой руки вылетает клинок, который целит монстрику в живот. Однако я забыл, что Жрун на языке Таната означает вовсе не обжору, а скорее неудержимого кобеля. Глаза пого расширились от ужаса, он крепко сжал ноги и прикрыл пах свободной лапкой.
— Только не пипу! Не
— Не враг? — возмущено кричу я, подбросив мутанта и перехватив его руками за пояс. — Тебе кто приказал кефл сгрызть, лишенец? Кто заказал Тэй и её ребят? На кого ты работаешь, скотина?
С каждым вопросом сильно встряхиваю поганца. Не со злобы, чтобы он в себя не пришёл и сориентировался в ситуации. Чёрт, вот только столкнувшись с изменёнными мобами, точнее, похожими на них как две капли мутами, я начал что-то понимать. Амфибии, шавки, химеры, те гориллоиды — внешне почти неотличимые от прототипов создания, но более умные и физически развитые боевые особи. Из Макса и его собратьев ведь хотели создать аналог сторожевых собак. Так почему, взяв за основу домашнего зверька, не создать особь для шпионажа?
Самое хреновое в том, что я сам провёл его и в Город Творцов, и показал скрытую транспортную сеть, и провёл в шпиль. Идиот. Вот на кого этот милый и беззащитный моб мог работать? Да на кого угодно. Может, поэтому Даргул был так спокоен, когда оставил осаду на Тшира? Знал, что у него здесь свой лазутчик.
Эх, как бы понять, когда мне отвечает мутант честно, а когда врёт. Раз я раньше этого обычно не делал, то сейчас спрошу Дима, есть ли у доспеха такая функция. Оказалось, что есть, но в зависимости от того, на ком её применять, потребуется время для подстройки сенсорики под конкретную расу и её представителя. Тут у нас вообще мут. Нужно какое-то чувство, которое у него истинное, чтобы осуществить подстройку.
Страх — вот это подойдёт. Потому я задаю в быстром темпе вопросы, ловлю подброшенного в воздух монстрика, а ещё Машу перед его мордой когтями. И это дало быстрый результат.
На кого Ури работает? На Даргула, Вальта? Нет, не на них. И это правда. Пленник судорожно рассказывает, что он связан с другой группой разов. Они стремятся к власти, но изучают этот мир. У них есть своё мнение о природе Таната. Они не афишируют себя, ходят среди других разов, но более терпимы. К Изломам, например. Точнее тем, кто при перерождении получил испорченную оболочку. Как я в начале.
Группа, которую Ури назвал Странниками, старалась вмешиваться в разборки групп и аланов Таната только в самом крайнем случае. Те могли их убить только за один факт общения с разумным мутом. Вспоминаю, как реагировали ребята Тэй, думая, а не мутом ли я был. Разумный мутант — кошмар обитателей этого мира. Сами разы по сути своей — биороботы, которые не эволюционируют, а все улучшения возможны лишь посредством смены оболочки и сложный набор кимбаров. И тут появляется существо, что может превзойти типичного раза. Этакий сверх-охотник.
Тут мы с Димом отмечаем, что у димортула с этим, эволюционным развитием и адаптацией, проблем нет. И я пока не знаю возможностей живого доспеха до конца. К нему само собой липнет новое определение: экспериментальный образец, отличающийся повышенной сложностью, силой, но имеющий изъяны. Возможности сохранения полного контроля не было, Творцы закрыли проект своих карателей. Плюс неуправляемое развитие и мутации. Тот же Даргул явно безумен, хотя невероятно силён и быстр.
Потом, как мы увидели, больше не было ничего столь сложного. Вместо этого эксперименты шли над разами и мобами. Всё для получения и более управляемых слуг, и для решения проблемы с мозгами, которые могли бы управлять всем этим хозяйством. Ведь проблема создания кертулов, бездушных и послушных копий разума, стояла острая. Неужели хозяева Таната пошли на этот шанс — дать разум местным монстрам. В каком же отчаянии они были?