Талисман

Страуб Питер

— Нет. Мы только голосовали…

— Мне кажется, ты — крепкий орешек, — сказал преподобный Гарднер. — Тебе нужно будет уделить особое внимание.

Он убрал руку с головы Джека.

— Я думаю, что у тебя есть и фамилия.

— Паркер.

— М-да… — Гарднер снял очки и перевёл взгляд на Волка. Было неясно, поверил он Джеку, или нет.

— Ну, внешне ты производишь впечатление здорового парня. Нам нужны большие крепкие ребята вроде тебя, чтобы работать на хозяина. Могу я попросить тебя последовать

примеру мистера Джека Паркера и представиться?

Джек исподтишка покосился на Волка. Тот тяжело дышал. Майка его вся была в пятнах. Волк покачал головой, и сделал жест рукой, могущий означать только одно: ему хотелось бы улететь отсюда.

— Имя, сынок! Имя! Тебя зовут Вилл? Поль? Арт? Сэмми? Или, может быть, Джордж?

— Волк, — ответил Волк.

— Отлично. — Гарднер взглянул на обоих. — Мистер Паркер и мистер Волк. Вы проведёте их вовнутрь, лейтенант Уильямс? И разве не прекрасно, что мистер Баст уже на месте? Потому что присутствие мистера Гектора Баста

— одного из наших служащих — означает, что мы можем выдать обмундирование мистеру Волку. Одно из наших правил гласит, что солдаты Господина маршируют лучше, когда на них надета форма. Гек Баст почти такой же большой, как и твой друг Волк, юный Джек Паркер. Поэтому вам очень повезло с точки зрения как одежды, так и дисциплины.

— Джек, — тихо позвал Волк.

— Что?

— У меня очень болит голова!

— Вас беспокоит ваша голова, мистер Волк? — преподобный Солнечный Гарднер обнял Волка за плечи. Волк стряхнул руку, поморщившись.

«Он тоже учуял одеколон», — понял Джек. Для Волка этот запах был подобен аммиаку для человека.

— Ничего, сынок, — Гарднер никак не отреагировал на выходку Волка. — Мистер Баст или мистер Певец наши служащие — мы их увидим внутри. Фрэнк, мне кажется, я просил ввести гостей в Дом…

Офицер Уильямс взял под козырёк и пошёл впереди мальчиков по коридору. На мгновение задержавшись, Джек взглянул в глаза Гарднера — и узнал этот взгляд.

Гарднер был двойником Осмонда.

— Прошу вас, друзья мои, — бросил Гарднер, открывая перед ними дверь.

— Кстати, мистер Паркер, — сказал Гарднер, когда они проходили мимо него, — мы не могли встречаться с вами раньше? Почему-то ваше лицо мне чрезвычайно знакомо.

— Не знаю, — буркнул Джек, внимательно глядя себе под ноги.

Пол был покрыт дорожкой, а у стены лежал зелёный ковёр. На нем стояли два стола. Сидящий за одним из них подросток взглянул на вошедших и вновь уставился в экран телевизора. Находившийся за другим столом паренёк недоброжелательно смерил Джека взглядом. Он был худой и темноволосый; лицо его выглядело умным, но злым. На кармане белого с воротником «под горло» свитера была табличка «ПЕВЕЦ».

Гарднер колебался.

— Мне все же кажется, что мы встречались раньше… Я

уверен в этом; я никогда не забываю лицо мальчика, если видел его когда-то. Тебя это беспокоит, Джек?

— Я никогда не видел вас раньше, — твёрдо сказал Джек.

— Ну, позже я, наверняка, вспомню, — уверил Джека Солнечный Гарднер.

— Гек, иди сюда и помоги нашим гостям.

Массивный юноша протянул Джеку белый свитер и табличку, потом обыскал его карманы. Это, конечно, был Баст. На его круглом лице моргали неправдоподобно маленькие поросячьи глазки.

— Зарегистрируй их и выдай одежду, — вяло добавил Гарднер. Он загадочно улыбнулся Джеку.

— Джек Паркер, — раздельно произнёс он. — Интересно, кто же ты на самом деле, Джек Паркер…

Баст вытряхнул все из карманов и кивнул.

Солнечный Гарднер направился через комнату к абсолютно безучастному Фрэнки Уильямсу, на ходу доставая из кармана кошелёк. Джек увидел, что он начал отсчитывать деньги.

— Не отвлекайся, придурок, — сказал мальчик за столом, и Джек повернулся к нему. Мальчик поигрывал карандашом, злым колючим взглядом ощупывая Джека. — Твой дружок умеет писать?

— Не думаю, — ответил Джек.

— Тогда распишись за него, — Певец показал ему два корешка бумаги. — Внизу, там, где крестик. — Он откинулся на стуле, грызя кончик карандаша.

Джек решил, что он, очевидно, копирует преподобного Солнечного Гарднера.

«ДЖЕК ПАРКЕР», — написал Джек, и почувствовал, как в груди его поднимается тяжёлая волна, «ФИЛИПП ДЖЕК ВОЛК». Он вздохнул.

— Сейчас вы находитесь под опекой штата Индиана, и пробудете здесь тридцать дней, если сами не решите задержаться подольше. — Певец пододвинул к себе бумаги. — Вы будете…

— Решим? — переспросил Джек. — Что ты имеешь в виду?

Щеки Певца порозовели; он, казалось, улыбался.

— Я думаю, тебе неизвестно, что шестьдесят процентов наших воспитанников пребывают здесь добровольно. Возможно, вы также решите остаться здесь.

Джек постарался не выдать своих чувств.

Губы певца дрогнули.

— Это отличное место, и если я услышу, что вы ругаете его, то очень удивляюсь, потому что лучше этого места нет на свете. Скажу тебе ещё кое-что; у вас нет выбора. Вас прислали в Солнечный Дом. Понял?

Джек кивнул.

— А он? Он понял?

Джек посмотрел на Волка, все ещё вдыхающего воздух через рот.

— Думаю, что да.

— Отлично. Вы двое будете угольщиками. День здесь начинается в пять часов утра, когда мы молимся. До семи — работа в поле, потом завтрак в столовой. Опять работаем в поле до обеда. Затем — ленч и чтение Библии. Здесь все помешаны на этом, поэтому подумайте сразу, что именно вы будете читать. Никаких извращений из «Песни Песен», если не хотите, чтобы вас наказали. После ленча — опять работа.