Таир
Шрифт:
— У меня что, - спросила она, — в трусах волшебная кнопка, нажатие на которую вызывает у людей неконтролируемые приступы доброты?
— Да, - со смехом согласился я и уткнулся лбом в её плечо.
Снова поймал её лицо, поцеловал крепко, настолько крепко, как мог, чтобы дышать становилось некогда и незачем. Руку я высвободил, теперь стоял между раздвинутых девичьих ног. И даже думать начал, может прав младший? И что если хочется здесь и сейчас, то похрен на условности и брезгливость? Потому что хотелось очень.
Решился, снова
— Стрелки будут!
– снова возмутилась Аська.
А я снова засмеялся. Я уже успел забыть, как легко и просто с Соловьевой, а теперь с удовольствием вспоминал. Телефон зазвонил, когда я уже расстегивал ремень. Натужно завибрировал, зажатый в моем кармане между нашими телами. Я почувствовал острое желание трахнуть им о стену.
— Таир?
– спросила Соловьева.
– Ты трубку возьмёшь или вибрация это часть наших сексуальных игрищ?
Я со вздохом отстранился, а Аська сразу начала приводить в порядок одежду - момент был явно упущен. Но посмотрев на входящий номер я сразу протрезвел, какой блядь, секс в огромном зале за тонкой стенкой!
— Да! — ответил резко, а сам при этом в глаза Аське смотрел. Зелёные, растерянные.
— Таир Ильдарович, бензовоз сгорел. С водителем…
По башке как обухом ударили. Выматерился, попытался мысли в кучу собрать.
— Где?
— На М-7, недалеко от города, в сторону нефтебазы. Тут пожарные, менты приехали.
— Сейчас буду, — взгляд на Соловьёву перевел, выдохнул сквозь зубы. Как некстати все, — мне ехать нужно, Сандугач. Номер свой диктуй.
Может, и не время сейчас для того было, но испытывать судьбу не стал, записал, дозвон сделал, велел сохранить. А сам уже был далеко отсюда мыслями. — Зинатулла тебя твой довезёт?
— Рахматулла, — поправила Ася, с подоконника спрыгивая, но не ответила на вопрос, — езжай, раз дела.
— Я наберу тебя, — пообещал скорее себе, чем ей и вышел из-за декораций.
Навстречу уже шел Руслан, выражение лица ровное, волнения не выдавает, но ясно, что в курсе всего расклада.
— Едем?
По дороге к машине успел выцепить Тимура, который все по одному взгляду моему понял.
— Забирай Зай и домой отправляйтесь, нечего больше тут делать, — распорядился ему, брат молча кивнул в ответ. Сестра смотрела обеспокоено, но с вопросами в мужские разговоры не лезла.
Ехали на трёх машинах, с охраной. Домчались быстро, только перед самым местом пожара пришлось скорость сбросить: каждый любопытный, проезжая мимо сгоревшего бензовоза притормаживал, чтобы лучше рассмотреть его остатки.
Когда из машины вышел, первое, что с ног сбило — запах гари. Сильный, пробирало аж до самых лёгких. От бензовоза остался только обугленный остов, пожарные сворачивались, закончив тушение. Под ногами хлюпала жижа из пены, пепла и снега, а на языке чувствовалась горечь.
—
— Говорят, резко загорелось и полыхнуло сразу. Записи с видеорегистратора собираем, — Руслан стоял по правую руку от меня, тоже вглядываясь в сгоревший бензовоз. Случайность или нет?
Только в совпадения с каждым разом всё труднее верить.
— Разберись с ментами. Смотри, чтобы к журналистам ничего лишнего не попало.
Больше делать здесь было нечего, помочь водителю я уже не смог. Сотрудники получали хорошо, отец научил на людях не скупиться, не жадничать со своими. Я распорядился выделить компенсацию семье погибшего, — деньги не заменят человека, но снимут часть забот.
Доехал с водителем до дома, и понял, что не хочу подниматься. Не хочу идти в пустую квартиру один. Нужно было с кем-нибудь поговорить, живым себя почувствовать. Хотелось человеческого тепла. Набрал Сандугач. Один гудок, второй, третий… Неужели не возьмёт? Но она ответила.
— Привет.
— Я приеду сейчас, диктуй адрес.
Глава 8. Ася
Не так я себе представляла этот вечер.
Таир уехал минут двадцать назад, а я все ещё торчала здесь, на приёме, пытаясь прийти в себя окончательно.
Ноги вот только перестали предательски дрожать, а я поверить не могла, что как последняя портовая девица, позволила Шакирову руку к себе в трусики засунуть. Прямо тут, за тонкой стенкой декораций, в двух шагах от всего честного народа.
— Совсем ты, Ася, уже, — что "уже", я ещё не придумала, зато поняла, что не худо бы выпить. И продолжить с того самого виски, которым меня Таир потчевал. Подхватила со стола еды, — после пережитых волнений у меня всегда аппетит разыгрывается жуткий, а сегодня я на год вперёд натерпелась. Закинула в рот пару виноградин, сделала глоток и к стене прислонилась.
Что он там мне говорил? "Я люблю ее, но это другое"?
Вот сейчас очень хотелось рассмотреть ту самую Заю получше, но как назло, подружка испарилась следом за Шакировым. С ним уехала, что ли? Малорослая, не в пример мне, худая, черноглазая. Симпатичная, и это тоже бесило! Каков наглец, если он меня чуть при ней не совратил… Чего удивляться, стоило только вспомнить, где мы с его братом встретились.
А ведь Таир меня к нему приревновал. Не сказал прямо — ещё бы! — но кровь вскипела. Хоть и голубая, а все равно восточная.
Восемь лет прошло, столько воды утекло с нашего расставания, а он меня все ещё волновал. На минуту я даже забыла, что здесь не просто так, и где-то далеко в столице меня ждёт Годзилла и заветная папочка.
Захотелось просто прижаться к Таиру, снова ощутить, каково это — целоваться с ним. У меня кроме него и мужчин не так много было, пальцев на одной руке хватит, чтобы всех пересчитать.