Сыновья для бывшего
Шрифт:
Глава 7
Юля
– Надо же, чего он возомнил о себе! Что будет за меня решать, с кем дружить, а с кем нет?
Я знаю себе цену, но Макар всё время пытается её занизить. Приходится с этим бороться всеми доступными способами.
А ещё я вынуждена защищаться от самой себя, потому что чувство, возникшее к Маку, лишает покоя.
Весь вечер жду, когда он явится домой. Желаю поговорить с ним начистоту. Глупые недомолвки и подколы становятся невыносимыми.
К моему огорчению, сосед
Вспоминаю Никиту, и внутри меня ничего не щёлкает, не переключается. Когда я с Ником всегда думаю о Макаре. Это меня настораживает.
Открываю окно, тёплый ветерок дует в лицо. Смотрю на верхушки белоснежных шатров, молюсь, чтобы завтра всё прошло удачно. Ложусь спать, так и не дождавшись, когда вернётся сводный. Где его носит? Что с ним? Да какая мне разница? В конце концов, я ему никто, чтобы заботиться о нём. У него есть отец, пусть он ломает голову, думая, где двадцатилетний сын проводит ночью время.
Утром просыпаюсь рано, впрочем, как и весь дом. Долго выбираю туфли.
Если раньше у меня было две пары, одна на выход, вторая на каждый день, то теперь десятки пар обуви модных брендов теснятся на полках в отдельной комнате.
Такая роскошь меня немного нервирует. Не даёт поверить в настоящее. Каждый день я боюсь, что проснусь снова в старой двушке на окраине маленького провинциального города… вдали от Макара.
После душа приходит Алиса, чтобы помочь с приготовлениями.
Наряжаюсь в платье небесного оттенка. Горничная укладывает мне красиво волосы, когда в дверь настойчиво стучат.
– Войдите!
Входит Макар.
Едва сдерживаюсь от возгласа. Он выглядит сегодня на все сто. В светло-сером костюме-тройке и синей рубашке под цвет глаз. Гладко выбритый, с уложенной причёской.
Алиса тут же удаляется, оставляя меня растерянную один на один с монстром.
– Привет, у меня для тебя подарок, – протягивает бархатную коробочку.
Недоверчиво кружу по красивому правильному лицу Макара, затем открываю сюрприз и обнаруживаю кольцо с огромным бриллиантом.
– Что это?!
– Заключаю с тобой мировую!
Кручу в руках дорогую вещицу.
– Ты уверен, что такое кольцо дарят сестре? – в глубине души точно знаю, что нет, но ломаю дурочку.
–Уверен, – смотрит исподлобья, скользит взглядом по моей фигуре.
Надеваю кольцо на палец, и красуюсь перед зеркалом. Чувство собственной значимости растёт на глазах.
Вздрагиваю, ощущая крепкие руки Макара у себя на талии.
В упор смотрю на наше отражение в зеркале – мы такая красивая пара. Загляденье! Очень жаль, что не можем быть вместе!
Чувствую горячее дыхание мужчины, дёргаюсь, упираюсь спиной в твёрдую грудь. Поворачиваю голову, натыкаюсь на влюблённый взгляд.
Не могу сдержать злости.
– Не надо, – делаю резкий разворот, роняю шкатулку на основание зеркала. Слышу неприятный треск стекла.
Недовольно хмурю брови, безучастно наблюдая, как трещина ползёт от основания к вершине огромного зеркала.
– Что ты натворил?!
Макар разглядывает чёткую трещину в зеркале, ухмыляется.
– Отец закажет в Италии новое. Не переживай.
– Ты не понимаешь, это плохой знак! – плачу, уткнувшись в мужскую жилетку.
– Пойдём, – сводный тащит меня из комнаты. – Там пришёл Яшин, ты должна сказать ему, что ставишь отношения на паузу.
– С чего это?
– Не могу мириться с тем, что ты состоишь в отношениях с моим другом. Мне муторно видеть, как он за тобой ухаживает, а ты не можешь перед ним устоять. Ни в чём ему не отказываешь! Я боюсь, что это доведёт тебя до беды. Понимаешь, Ник он совсем не такой, каким кажется. Как мужик он крутой, наша с ним дружба непоколебима. А вот в плане женщин он…
– Какой?
– Ненадёжный!
– Макар, ты ревнуешь, поэтому очерняешь Ника. Ты мне нравишься, но я не могу переступить красную линию. Мама против, Макс её поддерживает. Мы не можем быть вместе! Это прямой конфликт с родителями. Я не готова расстраивать маму, потому что она ждёт малыша.
– Разве им обязательно знать о нас? – шепчет Мак, теряя терпение.
***
Замираю, хлопаю глазами.
Вот оно! Я ведь по наивности ни разу не подумала о том, что можно любить того кого хочешь и скрывать эту запретную любовь, чтобы не расстраивать близких.
Мак подталкивает меня к непростому решению.
– У Вас уже был интим? – шепчет, нежно касаясь моей хрупкой руки.
– Нет. Ник намекал, что хочет больше, чем поцелуи и объятия. Но я считаю, что слишком рано, – опускаю глаза в пол. Мне стыдно говорить о таком с Маком, но сердцем чувствую, он должен знать, что я чиста.
– Юля, поверь! Ты мне дорога, я плохого не пожелаю. Ник тебе не подходит, он – мажор, золотой мальчик. Ты для него лишь трофей!
– А кто я для тебя?.. – шепчу, готовая сдаться. В глубине души знаю, что Мак такой же мажор как Ник, но не готова списывать его со счетов так легко как списала Яшина.
– Пока не знаю, честно. Но у меня из-за тебя головные боли и бессонница!
Не успеваем договорить, как перед нами вырастает внушительная фигура Яшина.
Никита улыбается нам открыто, кладёт руку на плечо Макару, хлопает по-приятельски.
– Привет, братан. Ну как ты? Мачеха больше не третирует?
– О чём он? – удивляюсь.
– Не знаю, – Мак пожимает плечами. Осматривается, убеждается, что поблизости нет свидетелей.
– Никита, прости, ты не можешь дружить с Юлей! – выдаёт властным голосом, не терпящим возражений.