Сын Палача 3

Оришин Вадим Александрович

В другом месте слаженная работа паладинов и имперских магов позволила сделать невозможное — захватить солдата противника. Пока паладины, нещадно тратя зачарованные патроны, отбивались от атаки, а имперские маги воздушными волнами и бросками камня не повреждали, но отбрасывали противника, маг воды схватил жгутом солдата. Заклинание всё норовило рассеяться, требуя полной концентрации, но жгут спеленал противника и дотащил до дворика, закрытого каменными стенами. Северяне ужесточили атаку, пытаясь отбить своего, поэтому паладины, сковав пленника, потащили его в штаб. Мужчина молчал, сохраняя отрешённый вид, постоянно пытался вырваться из оков. Удары по голове ничего не давали, из сломанного носа не текла кровь,

на коже не оставалось синяков.

Паладины, понимая, что могут и не донести, решили зайти в одну из сотен, где был маг жизни, чтобы тот отрубил пленного. Маг не был занят: противник оставлял мало раненых, чаще надёжно убивая. Поэтому к идее спеленать пленника целитель подошёл с энтузиазмом. И, стоило коснуться пленника своей силой, маг впал в ступор.

— Не может быть!

На вопросы паладинов он попытался пояснить:

— У него нет пола! И жизнь в нём неправильная… Всё неправильно! Не хватает органов! И есть новообразования из… Да это же магические кристаллы!

Закончить экспертную оценку целитель не успел, до них добралась атакующая группа северян. В бою погибли и паладины, и маг, а пленный без затруднений вернулся в строй.

Через два часа боёв порт, что должен был стать штабов, был заполнен паникующими солдатами, лишившимися командования. Офицеры, что ещё пытались как-то собрать информацию и перегруппировать войска, пришли к выводу: северян мало. Несколько сотен, не более. С остальной информацией были проблемы, только паладины приносили какие-то достоверные данные. Противник игнорирует обычные пули, имеет сопротивление магии и не погибает, даже получив смертельные, казалось бы, ранения, вроде дырок в области сердца или даже в голове. А ещё северяне неприятно метко стреляют, и очень эффективно находят и убивают магов вообще и офицеров в первую очередь.

Сделать что-либо с этими выводами имперцы не успели. Пара тяжёлых миномётов северян атаковала порт. Обстрел не был плотным, не был метким, многие мины падали в воду. Но из-за уже начавшейся паники и большого количества солдат даже слабый обстрел имел чудовищную эффективность. Солдаты бросились на корабли, прыгали прямо в воду, не потому что на что-то надеялись, а потому что были напуганы и мало соображали. Маги ставили защиту, но подошедшие неуязвимые солдаты, вооружённые, как и паладины, зачарованными пулями, подавляли остатки сопротивления.

Крейсеры не сразу решились открыть огонь, из-за суматохи было совершенно непонятно, что творится на берегу. Затем, когда уже стало ясно, что надо спасать отступающих солдат и офицеров, начали аккуратный обстрел городской черты. Эффект, однако, был обратный от ожидаемого. Солдатам, и без того паникующим, показалось, что обстреливают их, и паника вышла на пик, остатки людей бросились, кто куда, некоторые даже спешили умереть, лишь бы больше не боятся. На одном из транспортных судов начался пожар, неизвестно кем устроенный. Второй получил пробитие, неопасное, но паника погружённых на борт солдат докончила то, что не смогла сделать мина северян.

Орлан, круживший над городом, ждал, пока люди успокоятся, утихнут. Он видел много свежего мяса, но спустившись к крышам, испугался запаха пороха. И всё равно не улетал, слишком много мяса лежало на улицах, много свежего мяса. Требовалось лишь подождать, и другие хищники и падальщики, стягивающиеся на запах крови, орлана не беспокоили. Пир был такой, что хватит всем.

Подобный разгром случился не только в малоизвестном рыбацком городке, что даже не на всех картах был отмечен. Отряды новых солдат новой северной Империи уничтожали подобные маленькие плацдармы, пока основная армия боролась с основными войсками Империи Ларианской. Новые солдаты лишь проходили проверку боем, требовалось выяснить их боевые возможности, прежде чем бросать в мясорубку больших сражений. На своей территории

в некрупных столкновениях была возможность сохранить новых солдат, и речь шла не о потерях. Командирам давался чёткий приказ: не допустить попадания безмолвных в руки имперцев. Любой ценой. И офицеры приказу следовали неукоснительно, с этим пока не было затруднений. Имперцы ещё не понимали, с чем столкнулись. Преимущество первого удара новыми подразделениями сохранялось за северянами.

Маховик войны продолжал набирать обороты.

Глава 37

Меня неплохо покормили, даже выдали сносную одежду. Конечно, с оглядкой на оковы, но сносную. Приходил паладин, из еретиков, проверял оковы и очень многозначительно на меня смотрел. Мы оба знали, что это меня не удержит на долго. Паладин делал вид, что не замечает, как я ломаю наручники. Я делал вид, что не понимаю, что он понимает. Так и расстались, довольные друг другом.

Мне дали время подумать. На первый взгляд — совершенно безумная затея. Превращать людей в гомункулов, чтобы построить новый лучший мир. Звучит отвратительно. Вот только Цепная знала, что мне показывать, знала, как вселить сомнения.

У них получилось. Если гомункул будет стабилен и управляем, это будет… Будет. Что-то. Не знаю, не могу оценить. Я этих тварей в бою не видел, а по той, что видел, сложно судить. Одно точно — безмолвные посильнее людей. Насколько живучи? Насколько сопротивляются магии? И действительно ли их можно создавать в настолько больших количествах? По всему выходило, что можно. Снисхождение, продемонстрированное Цепной, могло быть обманом? Могло.

Допустим, она хочет меня одурачить. Всё, что они делают — конвульсии умирающего. Что логичнее всего сделать в такой ситуации? Убить меня. Потому что сдерживать меня долго всё равно не выйдет. И показывать, как они создают гомункулов, тоже не стоило, потому что теперь я попытаюсь доставить это знание… Да хоть империи, хоть отцу, а через него принцессе и принцу.

Нет, не сходится. Если бы я должен был сделать что-то прямо сейчас, чтобы получить моё сотрудничество именно на короткой дистанции, это надо было делать не так. Или я чего-то категорически не понимаю.

Или простое объяснение оказалось настоящим. Цепная не соврала. Да я и сам видел весь процесс, видел полученный результат. Был человек «бесполезный для общества», стал гомункул, послушный и удобный. Не имеет значения пол, возраст, состояние здоровья, по большому счёту.

Это не первый случай в истории. Когда магия смерти маленькую прибавку в виде некромантии, тоже хватало безумцев, пытавшихся строить империи, стоящие на мёртвых рабах. Не вышло. Однако есть нюанс. Не вышло не потому, что сама идея была нерабочая. Не вышло, потому что армия скелетов требовала соответствующего количества энергии. Города были переполнены силой смерти, и потому попросту вымирали. Только вот на пике достигали таких результатов, таких высот во всём…

Гомункулы, безмолвные, не были созданиями, принадлежавшими к какой-то одной сфере. Они вообще не носили такого яркого магического следа, после создания становясь вполне нейтральными. И для управления нежитью требуется некромант, а этими безмолвными может рулить любой маг.

Я всё размышлял и размышлял на тему этих гомункулов, но не находил никаких преград, делавших план Цепной принципиально невыполнимым.

А затем ко мне пришли. Обычный сотрудник, сотрудница, девушка жестом показала идти за ней. Никакой охраны, только эта смешная сопровождающая. Привела она меня в нечто, что можно было назвать кабинетом. Разве что работал здесь не один человек, а множество, всего скорее. Много рабочих столов, бумаги, несколько чертёжных столов, где видны наброски заклинаний. Понятно. Похоже, именно здесь создавалась магия, ковалось новое оружие северян.