Сын Китиары
Шрифт:
– Этот молодой человек слишком упрям, леди Эльхана. – Рашас был хладнокровен. – Он отказывается давать обет. Я подумал, может быть, ты убедишь его в том, что он поступает в ущерб своим и твоим интересам.
Эльхана наградила Гила теплой и одобрительной улыбкой, и эта улыбка успокоила его страх, наполнила юношу новой силой и новой надеждой.
– Довольно своенравно. Думаю, для своих лет он необычайно мудрый и мужественный. Несомненно, ты недооценил его, Рашас. Я и не мечтала услышать о таком.
– Надеюсь, ты пересмотришь
Рашас сказал несколько слов на языке каганести. Один из диковатых эльфов прислонил свое копье к стене и достал лук, который был у него за спиной. Рашас указал на Эльхану. Диковатый эльф кивнул, достал из колчана стрелу и положил ее на тетиву.
Эльхана побледнела, но не от страха. Ее взгляд, обращенный на Рашаса, был полон жалости.
– Тебя обольстила Тьма, Рашас. Остановись, или она погубит тебя!
Ее слова развеселили сенатора.
– Альянс с Темной Королевой – не для меня, и ты, ее слуга, должна знать это. Я делаю все, что в моих силах, чтобы не допустить тени ее зла до моего народа. На мне священный свет Паладайна!
– Нет, Рашас, – тихо сказала Эльхана. – Свет Паладайна светит, но не ослепляет.
Рашас смерил ее жестоким и презрительным взглядом и отвернулся. Сенатор посмотрел на Гила, который только–только начал понимать, что происходит.
– Ты не можешь сделать… такое! – воскликнул юноша. Не веря своим глазам, он в ужасе смотрел на Рашаса. – Ты не можешь…
Сенатор протянул ему желтые одежды Беседующего:
– Пора облачаться для церемонии, принц.
Глава 12
Последний раз Танис был в Башне Солнца в дни Тьмы перед Войной Копья. Драконы Зла вернулись на Кринн. Новый и страшный враг – дракониды – соединились вместе с другими слугами Темной Королевы, чтобы сформировать огромные армии под предводительством Повелителя Драконов. Тогда победа над таким врагом казалась чем–то абсолютно нереальным. И в этой Башне все эльфы Квалинести собрались, быть может, в последний раз, чтобы обсудить план отступления из своих любимых земель.
В ту темную ночь непоколебимо светились крошечные огоньки надежды: надеждой стал голубой хрустальный посох в руках мудрой и сильной женщины; надеждой явился веселый кендер, решивший помочь «своими маленькими силами»; надеждой был рыцарь, чье мужество – словно яркий маяк для охваченных ужасом перед страшными крыльями Темной Королевы.
Золотая Луна, Тассельхоф, Стурм – они и другие друзья собрались вместе с Танисом в этой Башне, в этой комнате. И сейчас Прлуэльф ощущал их присутствие рядом с собой. Скользя взглядом по обстановке палаты Беседующего–с–Солнцами, он приободрился. Все будет хорошо. Он залюбовался куполом из сверкающей мозаики: сверху на него с одной стороны смотрели голубое небо и солнце, с другой – серебристая и
– Помогите, боги, – тихо молился Танис. – Я заберу тебя домой, сынок, и мы все начнем сначала. На этот раз все будет лучше. Обещаю.
Даламар стоял рядом с Танисом и тоже смотрел вверх.
– Интересно, знают ли они, что на их потолке сейчас видна черная луна? – усмехнулся темный эльф.
Такие в ужасе вгляделся в купол. Потом покачал головой:
– Это лишь выпало несколько кусочков мозаики. Только и всего. Даламар косо посмотрел на Таниса. Темный эльф улыбался.
Танису стало неуютно, он оторвал взгляд от купола.
В лучах рассвета белые мраморные стены Башни светились красным огнем В огромной круглой комнате не было ничего, кроме кафедры, находящейся прямо под куполом. Эльфы еще не собрались, они подождут, пока солнце целиком поднимется над горизонтом. Танис и Даламар прибыли рано, путешествуя магическими коридорами – недолгий, но страшный путь, который запутал и сбил Таниса с толку.
Перед тем как покинуть Башню Высшего Волшебства, Даламар дал Танису кольцо, сработанное из кристально–чистого кварца.
– Надень его, друг, и никто тебя не увидит, – сказал он.
– Ты имеешь в виду, что я стану невидимкой? – спросил Танис, недоверчиво рассматривая кольцо и не трогая его.
Даламар надел кольцо Танису на указательный палец.
– Я имею в виду, что никто тебя не увидит, – повторил темный эльф.
– Кроме меня.
Танис не понял, а потом решил, что он и не хочет понимать. Неловко обращаясь со своей собственной рукой, не смея дотронуться до кольца из страха нарушить заклинание, Танис нетерпеливо ждал начала церемонии. Чем раньше начнется, тем раньше кончится, и они с Гилом будут дома, в безопасности.
Через маленькие окна лился яркий солнечный свет, отражаясь в настенных зеркалах. В Башне начали собираться Главы Семей. Несколько эльфов подошли почти вплотную к Танису и встали прямо перед ним. Танис ждал, что его заметят, но хотя эльфы проходили совсем близко от него, никто его не заметил. Расслабившись, Полуэльф взглянул на Даламара. Танис видел его, и темный эльф видел Таниса, но никто из собравшихся их не видел: магия действовала.
Танис рассматривал сходившийся народ. К нему наклонился Даламар и тихо спросил:
– Здесь ли твой сын?
Танис покачал головой. Он старался внушить себе, что все хорошо, что еще слишком рано и Гил, вероятно, войдет вместе с Талас–Энтией.
– Вспомни наш план, – неизвестно зачем сказал Даламар, ведь Танис и так думал только об этом плане во время долгой бессонной ночи. – Чтобы перенести его с помощью магии, я должен установить с ним физический контакт. Это значит, что мы должны стать видимыми. Он будет встревожен и может попытаться вырваться. И ты должен успокоить его. Действовать надо быстро. Если нас заметят эльфийские Белые Мантии…