Сыграем
Шрифт:
— Поверить не могу, что ты предпочла его сторону, вместо моей. Это очень задевает, Энн. Уж тебе, как никому другому, стоило бы знать, что моя сперма высшего качества.
— Блин, ты не поверишь, как долго я не слышал, чтобы ты трепался о своей сперме, — Бен покачал головой.
— Не расстраивайся, дружище. Вполне естественно, что из-за моей альфа-спермы ты станешь чувствовать себя неадекватно жалким.
Протяжно простонав, Джимми закрыл лицо ладонями.
— Нужно было просто дать мне его ударить. Если кому-нибудь когда-нибудь нужно будет,
— Я подержу его, — предложил Бен.
— Так, успокоились, — сказал Дэвид.
Мал открыл рот, глаза светились весельем. Так что я закрыла его рот своей ладошкой, что было мудрым решением.
— Мал, почему бы тебе не обсудить свою сперму позже? — предложила я. Он поцеловал мою ладонь, и я медленно опустила руку. — Спасибо. И мы не собираемся заводить малыша.
— Хорошо, Энн. Как скажешь, Энн.
Бен засмеялся.
— Что, теперь тобою помыкает киска?
Безо всякого комментария Дэвид потянулся и заехал здоровяку по затылку.
— Эй!
— Спасибо, Дэйви, — Мал вернул меня в свои объятия.
— Это было за Энн, — сказал Дэвид. — Хватит нести всякое постыдное дерьмо, когда рядом находятся девушки. Чуваки, ведите себя, как гребаные взрослые люди.
— Лопата, Малкольм. Старая ржавая лопата. Эта участь постигнет тебя, если ты обидишь мою подругу. Имей в виду, — Эв подошла ко мне, чтобы поцеловать в щеку. — Желаю тебе всей удачи на земле, чтобы ужиться с ним. Ты храбрая женщина.
— Да, я тоже начинаю так думать.
— Мне нравится то, как он смотрит на тебя, — тихо сказала она. — Это что-то новенькое.
— Твоя вторая свадьбы была прекрасной, — я улыбнулась ей своей самой широкой и яркой улыбкой, тем самым улизнув от темы о моем новом ненастоящем парне.
Эв обвила своего мужа рукой за шею, чмокнув его в щеку.
— Да, это так. Она была потрясающей.
— Люблю тебя, детка, — Дэвид поцеловал ее в ответ.
— Я тоже тебя люблю.
Он что-то прошептал ей на ухо. Что-то, от чего она захихикала.
— Мы не можем — здесь мои родители. Позже.
Уголки губ Дэвида поползли вниз.
— Энн, значит ли это, что ты поедешь с нами в тур? — спросила Эв. — Пожалуйста, скажи «да».
— Разумеется! — Мал притянул меня к себе, сжав достаточно сильно, чтобы выбить из меня воздух. Мои ноги даже ненадолго оторвались от земли.
— Насчет этого не знаю. У меня еще не выдалось шанса отпроситься с работы, — я повертелась из стороны в сторону, чтобы освободить место для вдоха. Однако он не позволил мне долгой передышки. Ничего страшного, я могла устоять против него и тех безумных чувств, на которые он вдохновляет. Хотя было бы круто узнать, что такое жизнь на колесах, но на самом деле меня не приглашали. Добавим к этому работу, Лиззи, реальную жизнь и прочее. — А когда, кстати, начинается тур?
— Первый концерт будет в Портленде через пять дней.
— Через пять дней?
Я не могла позволить себе купить билеты, когда они появились в продаже несколько месяцев назад.
Времени, отведенного нам с Малом, оставалось так мало. Земля ушла у меня из-под ног, а сердце екнуло. Осознание причиняло боль. Не важно, какой пугающе глупой делали меня его поцелуи, я не хотела, чтобы он уходил. Он делал жизнь лучше, ярче. Какой же идиоткой нужно быть, чтобы привязаться к нему. Я не собиралась привязываться, но доказательства на лицо.
— Не грусти, Тыковка, — он нежно обхватил ладонями мой подбородок, глаза были серьезными. — Мы что-нибудь придумаем.
— Ребята, они готовы фотографироваться, — в дверном проеме стояла Лорен, держа в руке полный бокал шампанского. Немного побурчав, Джимми направился внутрь. Дэвид с Эв, рука об руку, последовали за ним.
— Отлично сыграно, — прошептал Мал, оставляя легкий поцелуй на моей шее. — Если честно, я сам подумал, что ты вот-вот зальешься слезами.
Забавно, я подумала о том же. Я выдавила смешок и улыбнулась ему своей самой лучшей фальшивой улыбкой.
— В средней школе я играла одну из злых ведьм в постановке «Волшебника из страны Оз».
— Это объясняет качество твоей игры.
— Вообще-то, все сводилось к тому, что я просто лежала мертвой и издавала хлюпающий звук, пока на мне надеты крутые красные туфельки.
— Готов поспорить, что ты была самой лучшей хлюпающей девчонкой во все времена.
— Спасибо. И беременность? Серьезно?
Он закатил глаза и поцеловал меня в щеку.
— Прости, прости. Просто вырвалось. Ты меня простишь?
Я выждала две секунды.
— Да.
— Спасибо. Это очень мило с твоей стороны. Я, в самом деле, не собирался заставлять тебя нервничать в твоем-то деликатном положении.
Я зарычала.
Он засмеялся.
— Идете? — спросил Дэвид, оглядываясь на нас из-за плеча.
— Я просто подожду здесь, — сказала я, отступая от Мала, пока была такая возможность. Сразу же налетел холодный вечерний воздух, остужая меня.
Дэвид покачал головой.
— Нет, Энн. Ты тоже идешь. Если ты с ним, значит ты часть семьи. Давайте с этим покончим, чтобы мы смогли закончить и отдохнуть.
— Ты слышала жениха, — Мал схватил мою руку, снова потянув меня. — Только сперва одна вещь.
— Какая?
Мне стоило догадаться по блеску в его глазах. Он нагнулся, и его губы прижались к моим. Его руки обхватили меня, придвинув ближе. Мой удивленный вздох был как раз тем, чего он добивался. Как оказалось, он знал, как злобно смеяться и безумно целовать меня в одно и то же время. Хотя мне не стоило этому удивляться. Несмотря на это, поцелуй выдался душераздирающе нежным. Он целовал меня сладко и приятно, пока не закружилась голова, и не затрепетало сердце. У меня подогнулись коленки, а женские прелести молили о пощаде.