Связанные
Шрифт:
Тоширо достал из стола фотографии, перебрал их. Вытащил одну и долго смотрел на неё, выпав из реальности. Странно, но почему на грунте он решил, что его чувства к Карин – искусственные, внешние? Ведь сейчас нет гигая с гормонами, нет Урахары, нет других отвлекающих факторов. Но по-прежнему осталась любовь, связывающая их души тонкой ниточкой.
– Прости, Карин, возможно, я долго не смогу появиться в Каракуре. Если вообще смогу. Успокаивает только, что мы расстались с тобой друзьями.
Он убрал фотокарточку за пазуху и взял новый лист бумаги.
–
– Да бросьте! Какой из меня капитан?
– Опытный! – отрезал командующий.
– Я не могу возглавлять отряд без дзампакто, – холодно повторил свой довод Хицугая.
– Во время войны с квинси вы были более уверены в своих силах.
– Вот именно. Это было во время войны, и покидать поле боя я не имел права. Сейчас есть время. Время, чтобы подготовить замену слабым и неудачникам, – Тоширо чувствует, как собственные слова хлещут пощёчиной, но он всё же уверен в том, что говорит. Если не будет "мессии", на которого все будут оборачиваться и надеяться, то они и сами смогут стать сильнее.
– И что вы намерены делать, уйдя в отставку, Хицугая-кун? – Кёраку устало протирает лицо ладонями.
Молодой капитан смотрит на закат, разливающийся за окном кабинета.
– Пойду искать себя. Буду странствующим синигами, – всё равно более внятного ответа у Хицугаи нет.
– Я надеюсь, вы не смерти идете искать.
– Специально подставляться под удар не стану.
– Давайте так, – преувеличенно бодро произносит Кёраку. – Я отпущу вас в отпуск, бессрочный. Вы только появляйтесь периодически в округе, чтобы быть в курсе, – Кёраку весьма быстро и неаккуратно строчит образец заявления и протягивает его Хицугае. – Хаори сдайте. А катану, – вздыхает, – заберите.
– Капита-а-ан, – Мацумото вваливается в кабинет, с трудом опираясь на косяк двери, – а куда это, ик, вы собрали-и-ись?
Не нужно быть гением, чтобы понять, что лейтенант пьяна в драбадан.
– Я ухожу, Мацумото. Отряд на тебе, – спокойно произносит бывший капитан десятого отряда, накидывая вещмешок на плечи. Это не очень удобно, поскольку катана тоже за спиной, но делать нечего. Заматывает на шее шарф и направляется к выходу. Рангику провожает его туманным взором, но замечает аккуратно сложенный хаори на столе, и точно, на Тоширо – дорожный плащ. Мацумото моментально трезвеет.
– Ка… капитан? – заикается она, но это уже нервное.
– Просто Тоширо, – юноша задерживается, заметив перемены в подчиненной. Бывшей. – Теперь ты – старшая.
– Вы… Ты ведь не навсегда? – Рангику запинается на каждом слове. И вообще, этого не может быть. Не может быть, чтобы капитан Хицугая ушёл вот так просто…
– Нет, – Тоширо улыбается. – Я вернусь. Обещаю.
Конец первой части.
Снежная крошка летит за плечами,
Пламя прощения, горечь прощания.
Милый мой мальчик, твои обещания
Горше несбывшихся грёз.
Тонкая сетка полна лепестками,
Синими вспышками,
Знаешь, мой мальчик, в минуты отчаяния
Ветру не знать твоих слёз.
JAM – Hitsugaya Toushirou
========== - Третье озеро ==========
Комментарий к - Третье озеро На кандзи имя Дэнко пишется [дэн'ко:] Перевод: электрическая вспышка; молния, блеск молнии; молниеносный. Имя банкая: [дэн'ко:сэкка] Перевод: электрическая искра.
Значение отдельных иероглифов
[дэн'] ==> в сочет.: электричество
[хикари]; в сочет. [ко:] ==> свет; сияние; блеск; слава
[сэкка] ==> искра (от удара камнем)
[иси] ==> камень
[хи] ==> огонь; пламя
Тучи сизые и низкие. Странно, что они не заполняют всё небо, как это обычно бывает во внутреннем мире Дождей. Впрочем, Дэнко – не дождевой дзампакто, и даже не водный. Поэтому у горизонта небо чистое и светлое, а на западе светит склоняющееся солнце. Здесь всегда ранний вечер, а солнце – частый гость, потому что хозяйка любит улыбаться. Или потому, что второе имя меча – Хикари
Дэнко лежит на траве, вытянувшись во весь рост, и смотрит, как клубятся тёмные облака, как мелькают между ними вспышки молний – крошечные разряды, которые даже грома не производят. Длинные волосы цвета сирени тонкими прядями разметались по земле, смешиваясь с травинками, чёлка съехала назад и теперь не скрывает высокий лоб и большие глаза, которые сейчас потеряли яркость, отражая серые тучи. Зато ромбовидные пайетки на лимонно-желтой кофте блестят золотинками. Ей нравится "перемигиваться" с небом, она – "Блеск молнии".
Дэнко проводит ладонью по траве, приминая и расчесывая травинки. Они – фиолетовые, а с обратной стороны покрыты белыми ворсинками, из-за чего кажутся серебристыми. Рука натыкается на препятствие, большое и тёплое, и губы девушки расползаются в коварной улыбке. Пальчики осторожно поднимаются на "возвышение", шаг, второй, Дэнко закусывает губу в предвкушении. А вот и маленький "холмик", который живо отзывается на её прикосновения неминуемым ростом. Глухой продолжительный рык, и рука женщины оказывается прижатой к земле в районе бедра.
– Нарываешься, – низкий голос спокоен, в серых глазах, нависающих сейчас над блондинкой – лёд, и только выдающийся орган объят таким жаром, что она чувствует это сквозь его кимоно и свои мешковатые штаны. Длинные волосы мужчины, имеющие странный сине-зелёный оттенок, который она без зазрения совести называет "аой", свисают и лезут ей в лицо.
Первый испуг от резкой смены положения прошёл, а вот желание пошалить никуда не делось. Дэнко соблазнительно облизнула губы, призывно улыбнулась, за что немедленно поплатилась. Хёринмару рухнул, выбивая из её лёгких воздух, припал к изгибу шеи подобно вампиру. Была бы живая – остался бы засос. Блондинка часто задышала, обвив руками шею любимого мужчины, прижимая его ближе и глядя в небо широко раскрытыми невидящими глазами. Когда Хёринмару оторвался, она издала разочарованный стон, но он тут же потонул в поцелуе, глубоком и страстном.