Связанные
Шрифт:
– Кроме того, – продолжает "докладчик", демонстрируя диаграммы в воздухе, – в неё понапихали кучу датчиков. Собственно датчик целевой рейрёку: подаёт периодический оранжевый световой сигнал, когда та самая попадает в её поле действия. Датчик наполненности – подаёт зелёный сигнал, когда ёмкость заполнена достаточным объёмом целевой рейрёку. Это соответствует полному объёму данного духа.
– Короче, – встрял второй молодой человек, похожий на первого, как две капли воды, с учётом того, что одна вода – солнечная, а другая – лунная, – когда Хёринмару рядом – мигает рыжий огонёк. Нажимаешь кнопку – ловушка срабатывает,
– К счастью, дальше новости только хорошие, – "солнечный", как ни в чем не бывало, перехватывает инициативу. – На входе стоит фильтр, он отсекает рейрёку, несоответствующую указанному спектру, так что для других дзампакто она абсолютно безвредна, даже несмотря на то, что границы спектра указанны весьма размытые.
– В смысле? – вскидывается брюнет.
– В смысле, под данное описание подходит несколько рейацу. Кроме Хёринмару-доно, это Ренсаномару-сан, Каташи-сан и Акиширо-сан. Забавно, но Сорами оказалась в пролёте, – хмыкает блондин, рассеяно глядя перед собой.
– Насколько это опасно для других? – низкий рокочущий голос второго обладателя ледяных глаз заставляет всех присутствующих вздрогнуть.
– Нисколечко! – легкомысленно отмахивается блондин. – Даже Ренсаномару-сан в безопасности: материальная форма позволяет ей продуцировать и восстанавливать рейацу, как обычно это делают синигами. Кроме того, радиус действия – всего пять десятков метров. Это не весь Сейрейтей, будет легко скрыться.
– А почему именно Хёринмару? – подаёт голос женщина с серебристо-сиреневыми волосами. – В Готее полно снежных и ледяных дзампакто, пусть и не таких мощных.
– Возможно, в этом всё и дело. Холод снижает физическую скорость демонов, препятствует переходу в другие измерения. А Хёринмару способен за считанные минуты проморозить весь Сейрейтей до основания. Ведь так?
Тайное собрание дружно уставилось на ключевую персону, отрешённо сидевшую рядом с сиреневоволосой, позволяя той облокотиться на себя.
– Семь минут, – мужчина мелено покачал головой, прикрыв глаза, и локоны цвета морской волны мягко скользнули по ледяным рукам и лицу его женщины. – Слишком долго. Если они поймут, что происходит, а они поймут это довольно быстро, – успеют уйти.
– Когда демоны ворвутся в город, по периметру Сейрейтея опустятся стены, – деловито произнёс брюнет. Они из камня секи, так что, думаю, в их близости переход в иное измерение также затруднён или невозможен.
– Значит, надо будет поднять тревогу, – кивнула женщина. – У нас три приманки, – на последнем слове она поморщилась, – и осталось две ловушки.
– Не нравится мне этот подсчёт, – протянул солнечный блондин. Обсуждение пошло по кругу.
– Думаешь, у них будет заначка?
– Они потеряли одну ловушку. На их месте, я бы озаботился этим, вплоть до экспериментального образца.
– Акиши и Мару нельзя разделять.
– Мы сами займёмся этим, – хлопнул в ладоши, привлекая внимание, "солнечный". – Как и координацией операции.
– Отлично! Кто поставит в известность Готей? – лукаво поинтересовался "лунный". Присутствующие переглянулись, однозначно остановив взгляды на сиреневоволосой женщине.
– Хорошо, –
– Так! – пространство разрезал звонкий вскрик, и все повернулись в сторону только что появившейся встрёпанной молодой брюнетки. – Я, конечно, всё понимаю, и очень рада за вас, что вы пришли к единому мнению… Но почему это сборище проводится в моём мире?! – взвизгнула под конец она.
Когда Исида Рюуки проснулся поутру и открыл глаза, Сора уже встала. Вот прямо совсем встала: она была уже одета, умыта и сейчас занималась тем, что называла "рисовать глаза". То есть, уставившись в небольшое зеркальце и почти скрывшись за ним, выводила что-то на лице, смешно растягивая губы и высунув кончик языка, как будто это помогало. На самом деле, Исида не мог жаловаться на макияж своей девушки. Губы она красила исключительно гигиенической помадой, которая практически не ощущалась на вкус. Что же касается глаз, то тут он мог только гадать.
У Соры были большие глаза непривычной формы, их разрез говорил больше о китайских корнях, чем о японских, и девушка умело это подчеркивала, рисуя подводкой стрелки в уголках и оттеняя карандашом. А вот с определением цвета радужки у окружающих были проблемы. Тут хулиганка пускалась во все тяжкие, напропалую используя цветные линзы всех оттенков и различных эффектов. Волосы тоже страдали. Правда, последний месяц Сора радовала своего парня чёрным цветом волос с синеватым отливом, в чём Исида подозревал оттеночный шампунь, и невинными голубыми глазками. Кажется, всё-таки, родными, поскольку дотошный студент-медик линзы заметил бы наверняка.
Напомню, что "чудесное исцеление" произошло вовсе не потому, что девушка одумалась или прислушалась к мольбам молодого человека, а потому, что этот молодой человек решил взять дело в свои руки и сам выкрасил волосы в три цвета странного сочетания: чёрный, белый, тёмно-голубой, и как самый выразительный пункт, тоже надел цветные линзы. Было тяжело, но оно того стоило. Сора несколько раз вздрогнула и сдалась, вернувшись к естественным цветам. Впрочем, перед отбытием в Общество Душ Исида и сам перекрасился и снял линзы, справедливо полагая, что на острие атаки нужно быть в максимальной боевой готовности, а не отвлекаться непривычные разводы перед глазами.
Закончив краситься, Сора убрала зеркальце и подводку в косметичку и приветственно улыбнулась Рюуки, чуть наклонив голову и захлопав ресничками. Это следовало переводить: "Ну как тебе? Сделай девушке комплимент". Исида же обречённо выдохнул и от души приложился головой об пол, правда, не сильно, так как продолжал лежать на футоне, только чуть привстал, когда наблюдал за девушкой. Безобразница вновь надела линзы. На этот раз, для разнообразия, лиловые.
С утра у Каташи болела голова, как будто он накануне бессовестно пил. По сути дела, парень был пьян из-за передозировки информацией. Вчера, когда Сора разогнала всех по домам, Тока влил остатки недоговорённого напрямую в мозг, не сильно заморачиваясь последствиями, так что состояние Хицугаи действительно было близко к похмельному синдрому. И хотя капитанский кабинет оказался закрыт, в соседнем всё-таки нашёлся аспирин, который ему вручил сочувствующий Сарики – старший офицер аналитической группы десятого отряда.