Связанные

Tinory

– Он ведь жил у нас дома какое-то время, – тихо пояснила она на ошарашенный вид капитана. – Немного, но… Кажется, это была его последняя миссия.

Воцарилось молчание, как дань памяти ушедшим, хотя мысли Хисаги были далеки от воспоминаний о ледяном капитане. Юдзу также быстро переключилась на сестру, прошлась по остальной семье и, наконец, вернулась к Хисаги.

– А готовите вы лучше, чем пишете, капитан, – с тёплой улыбкой произнесла девушка, глядя на тарелку и решая, съесть ещё кусочек, или уже хватит.

– Э, а как вы догадались, что я сам готовил? – зарделся капитан.

– Так на вкус – лучше, чем на вид, – невинно пояснила Куросаки.

Хисаги

подавился.

– Вообще, в генсее есть специальные инструменты и приспособления. С ними суши получаются как из ресторана, – продолжала Юдзу, облизывая пальцы. – О, кстати, – встрепенулась девушка, – а давайте я вам мастер-класс проведу. Например, завтра вечером, здесь, в отряде?

Хисаги кивнул, ещё не представляя, на что подписался.

На дворе уже давно стемнело, когда Юдзу вышла из кабинета капитана. Отказавшись от провожатого, она долгое время смотрела на ворота, ведущие с территории отряда в Сейрейтей, но, в конце концов, повернулась к ним спиной и отправилась в свою комнату в офицерских бараках – комнату, которую уже долгое время считала своим домом. Сердце царапнуло чувство одиночества.

Так странно. Здесь, в Обществе Душ живёт почти вся семья, не считая Карин, а ей одиноко. Особняк Куросаки так и не стал её новым домом – это был дом Ичиго и его семьи. Наведение порядка в доме и готовку взяли на себя слуги, заниматься этим сестре хозяина не разрешалось. Поместье Сиба также служило лишь временным пристанищем, Юдзу не любила появляться там в отсутствие отца, и также чувствовала себя неуютно. И только в небольшой комнате в отряде она могла отдохнуть и расслабиться, заняться тем, чем хочется заниматься и приглашать тех, кого захочет сама.

Правда, капитан собственного отряда – это другой разговор, тем не менее, приглашать его в дом Ичиго – ещё более дурная идея. Тем более, в отсутствие брата.

Зайдя в комнату, Юдзу сняла форму, приняла душ и надела ночную юкату. Укладываясь спать, она обернулась к окну, в которое проникал свет луны. Луна была покровителем Иссина и Ичиго, возможно, и Карин тоже, но Юдзу, как и мама, была солнцем.

"И, кстати, о Карин, – русоволосая мысленно потянулась к ночному светилу, передавая привет сестре. – Она ведь говорила, что у неё есть семья. Своя семья. С чего я решила, что она всё бросит и придёт в Общество Душ? Но даже если и так, слишком много времени прошло, и Карин-тян повзрослела значительно больше, чем я. Надеюсь, это не станет пропастью".

После первой же серьёзной тренировки Карин поняла, что отец был прав – она слишком расслабилась. Даже лечебные источники не спасали: мышцы ныли, да и морально она чувствовала себя выжатой, как лимон – Урахара знатно постарался, параллельно критикуя всё, что можно и что нельзя. Фигуру, например.

Какое ему дело до её фигуры?! Не растолстела ведь!

Брюнетка выдохнула сквозь зубы и несильно приложилась затылком о бортик ванны.

Достал, паршивец!

Для успокоения Карин включила душ, достав гель с экстрактом зелёного чая. Расслабляет и позволяет выбросить из головы посторонние мысли о посторонних мужиках, нечего им делать в её постели.

Завёрнутая в полотенце, женщина вышла из душа, попав прямиком в спальню, и нырнула под одеяло. Хорошо.

Но вместо прохлады простыней кожа ощутила мягкое покалывание травы. Карин отрыла глаза и застонала, увидав бескрайнее фиолетовое "море". Как-то не была она готова к столь скорой встрече с дзампакто лицом к лицу.

Продолжая лежать, Карин вытянула руки над головой и

потянулась. Поморщилась, когда пальцы угодили в ледяные воды озера. Карин знала, что внутренние миры синигами рекурсивно-замкнуты. То есть их бесконечность – обман зрения, на самом деле это одинаковые фрагменты, повторяющиеся множество раз, и по большому счёту нет разницы, в какой точке мира ты появляешься. С другой стороны, чем синигами сильнее, тем больше и разнообразнее базовый фрагмент. Но три озера её мира были уникальными. Они не повторялись, а точкой входа всегда было побережье того, чьи воды были холоднее Северного Ледовитого Океана. Карин также знала, что оно ведёт в обитель ледяного дракона, однако дверь это, через которую можно пройти, или всего лишь окно, ей могла ответить только Дэнко, но та молчала.

Карин огляделась и, встретившись взглядом с большими тёмно-синими глазами, в которых плескалась вселенская задумчивость, поёжилась. Не часто Дэнко принимала человеческий облик, всё больше дракон.

– Ну, здравствуй. Давно не виделись, – хмыкнула брюнетка, намекая, что расстались-то они буквально полчаса назад, если считать за встречу использование сикая.

– Угум, – как бы нехотя подтвердила дзампакто, сидя по-турецки. – Знаешь, Карин, мы тут посовещались, и пришли к выводу, что нам нужен твой банкай.

– Зашибись! – трезво оценила исполняющая обязанности синигами свои шансы. – Прям вот так нужен? А Хёринмару сам не сдюжит?

– Боюсь, что нет, – Дэнко вздохнула. – Суйётока изучил все доступные на данный момент отчёты. Демоны владеют огненной стихией. Это создаст проблемы.

– М, не пойми меня неправильно, я не отказываюсь, – потянула Карин, прикинув варианты, – но мне казалось, что близнецы лучше справятся с этой задачей, ведь они-то "водники".

– Не пойми меня неправильно, – передразнила её Дэнко, – но Суйётока и Суйёдоука – водные дзампакто. Как и Хёринмару, им нужен изначальный источник. И только мы сможем синтезировать воду во время грозы. Собственно, – драконица поднялась, обхватив себя за плечи, – из всего банкая нам нужна только одна эта техника. Впрочем, я думаю, близнецы тоже своё получат. Во всяком случае, лишним это точно не будет.

– Ладно, – подозрительно спокойно согласилась Карин, – скажу Урахаре, пусть готовит куклу Тенсинтай. Полагаю, это пройдёт легче, раз вы все согласны. Спокойной ночи, Дэнко.

– Я бы на твоём месте не сильно на это рассчитывала. Поблажек не будет, – Дэнко усмехнулась, видя, как нахмурилась хозяйка, а потом, взглянув ей куда-то за спину, добавила игривым тоном: – И, не пойми меня неправильно, но спокойной ночи я тебе желать не буду.

В первое мгновение бывшая Куросаки подозрительно нахмурилась, а потом её глаза широко распахнулись, когда женщина почувствовала, что кто-то перехватил её под грудью, с силой прижимая к себе. Носа коснулся любимый мужской запах с нотками жимолости, оставшимися от дневного парфюма, кожу на шее слегка прикусили, а потом слабо сопротивляющееся тело и вовсе подгребли под себя.

Сдержав стон вожделения, Карин пробубнила:

– Прости, солнце, я чертовски устала.

– Ка-рин, – раздельно произнёс мужчина, – я целую неделю проторчал хрен знает где на континенте.

– М-м.

– Я соскучился, – продолжил он тем же мурлыкающим тоном, – а когда приехал, то обнаружил, что тут демон знает что творится! – повысил он голос в конце.

– Ну так хватит мотаться по командировкам! Чай, не мальчик на побегушках!

– Да и не мальчик давно, – игриво хмыкнул он, целуя ключицы и параллельно пытаясь стащить с женщины полотенце.