Связанные
Шрифт:
– Когда отправимся в Общество Душ? – перевёл он тему.
– Понимаешь, – смутилась Хинамори, слегка покраснев, – тут есть одна загвоздка. Ты ведь человек, не синигами? – уточнила она и, дождавшись кивка, продолжила: – ты не сможешь воспользоваться стандартными вратами миров. А единственного владельца "нестандартных" я найти не смогла. Возможно, его нет в городе.
– И что теперь? – как-то даже расстроился Акиши. Ситуация в голове не укладывалась. То есть сенкаймоны бывают разные, но весной он спокойно пользовался первым попавшимся, и всё было замечательно.
– Ну, мы подождём.
В задумчивом рассуждении шатенка не заметила, как прямо по курсу растворились врата сенкаймона, и оттуда вывалился ещё один синигами, буквально сбив её с ног. Хицугая остановился, засунув руки в карманы брюк, и с буддистским спокойствием принялся дожидаться, когда синигами распутают конечности и поднимутся на ноги.
Куросаки-младший стандартный готеевский сенкаймон не очень-то жаловал. Причин особых не было, скорее что-то из разряда "в гостях хорошо, а дома лучше". Да, семейное приспособление для перехода между мирами ему нравилось намного больше, но сейчас он вошёл в дангай именно через стандартные ворота и, пробежавшись по коридору, выпрыгнул уже в генсее, со всего разбега въехав кому-то в живот. Пробурчав нечто извинительное, Иссай дёрнулся было обратно, но саданулся макушкой, и, судя по звуку клацнущих зубов, это был подбородок.
– Простите, – пробормотал Куросаки, растирая пальцами ушибленную макушку, но потом заметил пострадавшую. – О, простите ещё раз, лейтенант, я… – он рассеяно обернулся на закрывающиеся сёдзи, зависшие в пяти сантиметрах над землёй, и проскрипел сквозь зубы: – Вот же ж! Так и знал, что эти врата неоткалиброваны.
Иссай поднялся и как бы между делом помог подняться заметно порозовевшей Хинамори. Та пробормотала, дескать, ничего страшного, а, впрочем, сам он на состояние девушки внимания не заострил, поскольку его отвлекли.
– Значит, этот сэнкаймон – стандартный? – деловито уточнил смутно знакомый паренёк, внимательно рассматривая растворившиеся в воздухе сёдзи. – Ё, кстати, – и он поднял два пальца в приветственном жесте.
Иссай подозрительно уставился на беловолосого, и чем ближе съезжались его брови, тем откровеннее и зубастее становилась улыбка блондина, в котором Иссай наконец-то признал своего земного учителя по кидо. К счастью, ляпнуть "Аки, чё за хрень с тобой стряслась?!" Куросаки не успел, так как лейтенант пятого отряда поспешила напомнить о себе. Ну да, если бы кто-то из старших офицеров узнал, кого Иссай таскал через клановые врата миров, проблемы бы у Куросаки-младшего были бы не детские.
Хинамори между тем, признавшая в свалившемся на неё синигами отпрыска Куросаки, прикидывала дальнейшие действия. Куросаки, как одна из самых почётных семей Сейретея, конечно имела свой клановый сенкаймон. И несомненно, что к нему приложил руку бывший капитан двенадцатого отряда, а значит, ей таки удастся протащить Акиши в Общество Душ. Осталось уговорить Иссайя.
Момо с какой-то безнадёжностью вспомнила уроки Рангику-сан, которые, как считала, никогда ей не пригодятся, потому что шатенка всегда придерживалась правил и законов, но нынешняя ситуация требовала радикальных мер. Хинамори тяжко вздохнула, оглядев свои скромные достоинства,
– Куросаки-кун, а ты можешь проводить нас с Хицугаей Акиширо, – она нежно положила ручку на плечо беловолосого, – через свой клановый сенкаймон в Общество Душ?
Рыжий обалдело уставился на облизывающую губы лейтенанта, затем смерил скептическим взглядом Хицугаю. Заметил, как тот вздрогнул при первых словах, но не придал особого значения. Акиширо же с самым серьёзным видом утвердительно моргнул, подтверждая, что, мол, да, жизненно необходимо.
На самом деле, Куросаки вряд ли бы решился так скоро повторить свой весенний подвиг, но, во-первых, в этот раз инициатива исходила от лейтенанта, а во-вторых, у него было задание. И первым в его собственном списке значился именно Аки.
– Ладно, – как-то рассеянно кивнул рыжий, – только… у меня ещё задание не выполнено. Мне на него пять дней дали, хотя, если не успею, запросто продлят.
– Ну-у, – протянула Хинамори и всё равно довольно улыбнулась, – тогда держи нас в курсе! А мы пока тренировками займёмся!
– Кстати, – вскинулся Куросаки, увидев безопасную возможность выполнить первый пункт задания, – раз Акиши собрался в Общество Душ на Великую битву, – мальчишки синхронно изобразили кривые ухмылки, – ему ведь понадобиться меч.
С этими словами Иссай вручил ему чехол с асаучи.
– Но у него уже есть меч, – возразила было Хинамори.
– Тем более, – думая о чём-то своём кивнул Куросаки и отправился восвояси.
– Что это? – с недоверием и долей страха спросила синигами, оглядывая большое сооружение складского типа, от которого остались стены, крыша и ровно половина перекрытий.
– Тренировочная площадка, – ответил Хицугая, открывая дверь в подвал. – Ты же не думала, что я буду размахивать катаной и швырять огненные шары посреди улицы или, тем паче, центрального стадиона?!
Хинамори сморгнула. Живость Акиши настолько не соответствовала воспоминаниям о Тоширо, что Момо начала раздражаться, но потом её челюсть отвисла, когда она обозрела габариты "площадки для тренировок".
– Ни фига себе, площадочка! – синигами запрокинула голову, глядя в бескрайнее небо на месте потолка.
– Есть немного. Урахара разрешил пользоваться.
– Ты знаешь Урахару? – поразилась лейтенант.
– Ты – в Каракуре, детка! – оскалился Хицугая, явно кому-то подражая. – Здесь ни один призрак не моргнёт без величайшего разрешения господина Безумного Шляпника!
– Угу. Значит, так! – бодро кивнула синигами и стукнула кулаком по ладони. – Кидо… – она перевела взгляд на ладонь, на которой дрожала энергетическая сфера, – мы трогать не будем!
И Хицугая, затаивший, было, дыхание, облегчённо выдохнул. Он и так не вписывается в образ среднестатистического медиума. Более того, он даже не влезает в рамки исполняющего обязанности синигами (хотя бы потому, что, не являясь синигами в принципе, способен на гораздо большее). Поэтому было бы довольно странно, если бы он начал швыряться каким-нибудь хадо тридцать первого уровня, которое любил больше других.