Связанные
Шрифт:
Урюу отпускает девушку, но этот жест, скорее, небрежно отталкивающий, и Сора виновато смотрит исподлобья то на старшего квинси, то на его сына.
Рюуки обнимает подругу, одновременно загораживая от отца, тем самым показывая своё отношение к данному факту. Не страшно, уже не страшно и всё обойдется, он в это верит. Ичиго устало вздыхает, опуская плечи:
– Карин убьёт меня.
Позади хмыкнули, и Ичиго только теперь обратил внимание на ещё двух синигами.
– А ты что тут делаешь?! – раздаётся возмущённый вопль отца семейства.
– Его
Сора со свойственным ей любопытством выглядывает из-за мужских спин. Капитан представляет их с какой-то обречённой необходимостью, но девушка не слушает. Она смотрит на мальчишку, неуловимо-знакомого, такого же беззастенчиво-рыжего, как его отец. С такими же тёплыми шоколадными глазами и лёгкой улыбкой. Одет он в стандартное чёрное сихакусё, хотя дядя Ичиго утверждает, что Иссай ещё студент.
Наконец, когда колготня стихает, капитан даёт указание продолжить тренировки: Урюу и Рюуки, Рукия и Иссай, Сору он оставил себе, чтобы посмотреть, на что она способна.
А девочка действительно способная. Хотя Ичиго, конечно, немного поддаётся. Нет, не так, он просто соизмеряет силу, чтобы не убить ребёнка, всё же это только тренировка, да и из пары использует только меч.
Сора припадает на ногу и сплёвывает густую слюну. Взгляд упрямый и немного злой. Она его даже не задела! Лезвие Зеле Шнайдера – единственного оружия квинси, которым она в состоянии пользоваться, пропадает. Её всё злит и выводит из себя: тёплый взгляд, ласковая улыбка, странные не то татуировки, не то рисунки в виде чёрных лент и костяной бандаж, на котором крепятся мечи, что не соответствует дружелюбному настрою, и это пугает. А это уже злит.
– Хватит! – капитан расслабляется и смотрит с беспокойством и… сочувствием? Бесит!
– Ты не выкладываешься, – продолжает Ичиго, – не до конца. Полумера не даст тебе силы, – Сора лишь шипит в ответ. Он – капитан, и он сильнее априори. Тогда чего он от неё добивается?
– Ты хочешь стать сильнее. И ты – Куросаки. Для чего тебе сила?
– Чтобы… защищать, – Сора почти спрашивает. И злится. Оказывается, неприятно, когда вопросы с подковыркой задают тебе.
– Что ты будешь защищать? – голос тихий и какой-то уставший, а игра в вопросы напоминает разговор с дзампакто.
– Семью, – Сора поднимает голову, глядя ему в глаза. Его глаза смеются, да и рот растягивается в улыбке.
– Твоя мать гораздо сильнее, чем кажется, – дядя смотрит куда-то вдаль, но снова возвращается к ней.
– Отец, – тихо произносит Сора, – он не переживёт этого.
– Отец? – Ичиго вздыхает и садится на валун, оказываясь ниже девушки. – А ты уверена…
– Я должна попасть туда! – срывается брюнетка. – В Обществе Душ – мои корни! Ведь так? И я должна знать их.
– Должна… – устало соглашается капитан, верно, вспоминая
– Пап! – к ним подходят Иссай с Рукией, закончившие тренировку. – Если она – синигами, то ей, наверное, нужен асаучи? Ведь без асаучи, – мальчишка потупился, рассуждая, – без асаучи её сила, сила её меча будет не полной, так?
– Ну,.. вообще-то так, – согласился отец, беззастенчиво почесав рыжую макушку и лучезарно улыбнулся. – И где нам взять свободный асаучи?
– У меня как раз завалялся один, – Иссай ехидно улыбается, протягивая кузине тубус, который подобрал из вещей, пока они подходили к капитану и Соре.
Сора удивлённо разглядывает меч. Катана, восемьдесят сантиметров клинка плюс тридцать рукоятки. Кожа рукоятки серо-голубая, без оплётки, цуба ровная, гладкая. Безликая. Безымянный меч. Асаучи.
– Сядь, как для медитации, положи меч на колени, – нравоучительным тоном говорит капитан, Иссай и Рукия кивают, подтверждая. Сора садится, без лишних движений сворачивая ноги по-турецки. Просто опустилась, и всё – она уже в канале, ей это легко даётся. Дальнейшие инструкция слышатся сквозь туман, да и не нужны они ей, не в первый раз она погружается в свой внутренний мир.
Шаг, чуть пружинящий, и вокруг разлита водная гладь, по которой время от времени пробегают крошечные разряды. Остров, на который брюнетка ступила – почти правильный квадрат, точнее – куб, но большая его часть скрыта водой, и вокруг такие же островки. Большие и маленькие, утопленные, возвышающиеся и даже парящие, но все голые, кроме одного.
Водопад из ниоткуда – зрелище странное, тем более для неё – той, кто своей рациональностью и обоснованностью может довести окружающих до зубовного скрежета. У водопада сидели двое эльфов. Точнее, один сидел, в такой же позе, в какой она сидела в реальности, а на его коленях лежал асаучи. Второй стоял, согнувшись, и точно также рассматривал меч.
– Привет,.. Тока, – Сора подняла руку в приветствии и открыто улыбнулась. Второму достался вежливый кивок: – Суйёдоука.
Сидящий эльф ответил ей такой же лучезарной улыбкой:
– С возвращением, хозяйка.
Она зовёт их эльфами только про себя. Нет, их уши обычной круглой формы, но всё остальное: утончённые черты лица, раскосые глаза, белые волосы и скользящая грация в движениях, – позволяло ей, воспитанной на фэнтези и многочисленных RPG, базировавшихся на этой фэнтези, считать этих двоих братьев эльфами. Причём, светлым и тёмным, вот так.
У светлого (или лесного, хотя Сора лес не любила) эльфа была светло-персиковая кожа, бархатистая даже на вид. Глаза серые, волосы, хоть и белые, но чуть тёплого солнечного оттенка. С боков и сверху они собраны в хвост, закреплённый на затылке заколкой в виде не то молнии, не то когтей дракона, а переросшая чёлка спускается до груди. Одет Светлый в свободные серо-голубые штаны и белую по сравнению со штанами тунику с рукавом в три четверти. Выглядит он юношей с мечтательным, почти мальчишеским взглядом, и тем резче контраст с братом.