Связанные
Шрифт:
Кёраку сел по центру, Куроцучи и Акон – вокруг него, и экран засветился. Схожесть с кинотеатром добавила лейтенант двенадцатого отряда, резко и безразлично всучившая главнокомандующему огромную картонную миску попкорна.
Экран сначала зашёлся "снежной крошкой", как телевизор при потере сигнала, зато потом стало понятно, что снежинки уже настоящие, во всяком случае, для тех, кто сражается на видео. Их лица были смазаны, порой до неузнаваемости, как и некоторые детали, другие детали, наоборот, были настолько чёткими, что наблюдателям не составляло труда их рассмотреть и запомнить, не прибегая к помощи институтской техники.
Это была боковая улочка первого
Парнишка лет восемнадцати или старше, высокий и какой-то хрупкий на вид, хотя, скорее тонкокостный… и крепкий – вон как держит удары. И беловолосый. Пепельная лохматая шевелюра топорщится острыми прядями. И можно рассмотреть даже голубые глаза, а вот выражение лица скорее безбашенное. Ну и для полного счастья – ледяные крылья за спиной.
Парень махнул мечом, с которого слетели ледяные лезвия, нападавший дёрнулся, и небольшой округлый предмет, который он до этого сжимал в левой руке, отлетел в сторону, выпав за кадр. Трое бросились туда, однако что там произошло – было неясно. Впрочем, беловолосый вскоре вернулся на экран, неспешно подходя к напарнице, которой был ощутимо выше, что-то произнёс – устройство не передавало звуков, – продемонстрировал ей тот самый медальон и убрал катану в поясные ножны. Кёраку хмыкнул, увидев на переднем плане цубу в виде четырёхконечной звезды. В это время ледяные крылья рассыпались голубоватыми искорками, как и окраска волос синигами. Парень провёл рукой по волосам, стряхивая остатки, как иней, и перед наблюдателями предстал чистейший брюнет.
– Конец! – бодро возвестил Маюри, картинка замерла. Включился свет, но Кёраку не спешил что либо делать, понимая, что Маюри ещё не закончил, даже если он сейчас молчит.
Тем временем лейтенант грохнула перед офицерами низенький столик и разложила перед командующим бумаги. Отчёт двенадцатого отряда был не то, чтобы неинтересным, просто Сюнсуй испытал острое чувство, что он это уже читал. Когда-то.
– По-моему, вы повторяетесь, капитан Куроцучи.
– Просто многие события цикличны, так что в этом нет ничего удивительного, – развёл руками Маюри.
– Считаете, что в этот раз демоны всё-таки нападут?
– Они вернулись мстить – в прошлый раз, когда они напали, – выделил Куросцучи, – Сюнъодан потеряли своего повелителя. Тогда они не дошли до Готея, ограничившись одним Хицугаей. Вероятнее всего, он и был их основной мишенью…
– С чего бы?
– Хёринмару – сильнейший ледяной дзампакто, а эти демоны крайне чувствительны к низким температурам, – подал голос Акон. – А это, – он указал на медальон в руках брюнета, – своеобразная ловушка, с помощью которой намеревались уничтожить дух меча. Такую они использовали в прошлый раз.
– Насколько это опасно для других дзампакто? И для Хёринмару? – прищурился на стоп-кадр командующий.
– Тот, что нашли на месте сражения, имел фильтр. Судя по всему, сила демонов имеет ту же структуру, поэтому для прочих
– "Намеревались" или "уничтожили"? – уточнил Кёраку, потирая подбородок. Учёные пожали плечами. – Допустим. Что дальше?
– Дальше наши расчёты показывают, что демоны крайне быстры. Большинство офицеров не смогут даже высвободить шикай, а те единицы, которые владеют банкаем, не успеют применить его. Демонов нужно замораживать – это снизит их скорость до приемлемой. Нам не обойтись без Хёринмару.
– А как же другие ледяные дзампакто? Неужели, малышка-Рукия не справится?
– Нет, ну какую-то территорию она, конечно, покроет, но этого явно недостаточно, – Маюри скосил хитрый глаз.
– Более того, – ровным голосом подхватил начальника Акон, – даже мощности Хёринмару не хватит, чтобы накрыть весь Сейрейтей за короткое время, чтобы демоны не успели сбежать. Нужен Хёринмару со связанным артефактом.
А вот этого главнокомандующий ожидал, вот только позволить опять ставить эксперименты над живыми душами – значит, в лучшем случае, навлечь на себя гнев нулевого отряда, к чему Сюнсуй, мягко говоря, был не готов. В худшем – вновь разорвать связи. Кстати, о живых…
– Вы так рассуждаете, – шатен небрежно хлопнул папочкой по столу, – будто Хицугая со своим дзампакто сидит у нас в бараках.
Учёные потупились.
– Что? В лаборатории?! – поразился Кёраку.
Акон закатил глаза, Маюри скрипнул зубами, и все почему-то посмотрели на Нему. Лейтенант отреагировала со свойственной ей пофигистичностью – то есть никак. Маюри вздохнул и сдался:
– Последние десять лет мы регулярно фиксируем в генсее короткие всплески рейацу, по спектру соответствующую рейацу Хёринмару. Так что есть все основания говорить, что, да – владелец самого сильного ледяного дзампакто переродился в мире живых…
– Только не произноси это слово! – вскинул ладонь главнокомандующий.
– … в Каракуре, – закончил Куроцучи.
– Я же проси-ил!
Главнокомандующий вернулся в свой кабинет крайне задумчивым. Члены нулевого отряда – Сютара и Нимайя упоминали, что связь восстановится после смерти одного из связанных. По всему выходит, что придётся обратиться к Карин – старшей из сестёр Куросаки, оставшейся жить в генсее. Несомненно, что она нужна, чтобы найти нового Хицугаю, как Хицугая когда-то искал её. Но что потом? Карин – уже взрослая женщина, наверняка замужем, а Хицугая – вновь мальчишка. Если суть активации связи именно такова, какой её описывал основатель института, то… То это самый лучший вариант, если подумать, ведь просто секс никого ни к чему не обязывает. Только были у Кёраку подозрения, что этого недостаточно. Впрочем, проблемы нужно решать по мере их поступления.
– Нанао, – устало позвал он, выглядывая из-под своей шляпы. – Нанао, позови Куросаки.
– Кого именно? – женщина обеспокоенно смотрела на капитана.
– Всех, – вздохнул Кёраку и закрыл было сёдзи, но потом снова высунулся и исправился: – А, впрочем, чего мелочиться, собирай и остальных капитанов.
Две шеренги друг напротив друга. Капитаны Готей-13 – сильнейшие из проводников душ, олицетворение богов смерти. Они спокойно и бесстрастно слушали отчёт, который зачитывала лейтенант первого отряда. Кёраку наблюдал за подчинёнными из-под шляпы, отмечая малейшую реакцию. Впрочем, откуда ей взяться, если отчёт вымаран и выбелен, там лишь Сюнъодан и Хицугая, иначе, подозревал Сюнсуй, Совету пришлось бы выбирать нового командующего для Готея.