Святые грехи

Робертс Нора

— Да. — Тэсс присела на краешек стола. Миссис Холдермен не сводила с нее глаз. Она закусывала нижнюю губу, не проявляя ни смущения, ни беспокойства, — ее переполняла рвущаяся наружу радость. Она подошла к стулу, села и застыла в неестественной позе.

— Я заказала кофе. Хотела взять булочку, но передумала: нужно следить за фигурой, а то неинтересно будет покупать платья. И знаете, доктор Курт, тут я увидела мужчину и сразу поняла: это Он. Сердце у меня бешено забилось. — Она прижала руку к груди, словно оно продолжало так же учащенно биться. — Он такой красивый! Здесь слегка пробивается

седина. — Она прикоснулась пальцами к вискам, и тут же в глазах появилось мягкое, мечтательное выражение, которое Тэсс видела так часто, что уже потеряла счет. — Загорелый, словно он катался где-то на лыжах; скорее всего в Сент-Морице, подумала я, для Вермонта еще слишком рано. В руках у него был кожаный портфель с небольшой монограммой. Я пыталась разгадать инициалы: М.У. — Она глубоко вздохнула. Тэсс знала, что в своем воображении она уже меняет монограмму на собственных банных полотенцах. — Вы и представить себе не можете, сколько вариантов я перебрала!

— Ну и что же выяснилось?

— Максвелл Уизерспун. Чудесное имя, правда?

— Весьма аристократическое.

— Вот-вот, так я ему и сказала.

— Значит, вы разговаривали?

— Видите ли, у меня упало портмоне. — Она прижала палец к губам, пытаясь скрыть улыбку. — У девушки всегда должны быть уловки для знакомства с приятным мужчиной.

— Так вы нарочно уронили портмоне под стол?

— Оно упало прямо у его ног. Вы знаете, это портмоне — такое славное, черно-белое, из змеиной кожи. Максвелл наклонился за ним. Возвращал он его мне с улыбкой. Сердце мое замерло. Все было как во сне. Я не слышала шума за соседними столиками, не видела никого и ничего вокруг. Наши пальцы соприкоснулись, и… Обещайте, доктор Курт, что не будете смеяться.

— Разумеется, не буду.

— Он будто не пальцев — души моей коснулся.

Этого Тэсс и боялась. Она поднялась со стола и села напротив пациентки.

— Миссис Холдермен, помните Асанти?

— Ах этого! — Миссис Холдермен наморщила нос, не желая говорить о своем четвертом муже.

— Встретив его в картинной галерее, у его собственного полотна с видом Венеции, вы тоже почувствовали, что он «тронул вашу душу».

— Тогда все было иначе. Асанти — итальянец, а вы знаете, каковы итальянцы с женщинами. Максвелл из Бостона.

Тэсс подавила вздох. Да, ей предстоят долгие пятьдесят минут.

Приемная Тэсс, куда вошел Бен, полностью соответствовала его воображению. Здесь царили спокойствие и стиль, как и дома. Мягкие цвета — темно-розовый и пепельно-серый — должны успокаивающе действовать на пациентов. В горшках на подоконнике стояли папоротники с влажными листьями, будто их только что обрызгали водой. Свежие цветы и коллекция статуэток в застекленном шкафу напоминали скорее всего домашнюю гостиную, нежели приемную. По экземпляру «Bогa», лежащему открытым на кофейном столике, Бен понял, что в кабинете женщина.

Увиденное ни в малейшей степени не напомнило ему кабинет другого врача: там были белые стены и стоял запах кожи.

При входе в кабинет у него не было ни дрожи в ногах, ни испарины на затылке. Брата он здесь не мог встретить, потому что Джош умер.

Секретарша Тэсс сидела за небольшим

полированным столиком и работала на компьютере. При появлении детективов она подняла голову. Вид у нее был такой же невозмутимый и спокойный, как и у самой комнаты.

— Чем могу быть полезна?

— Детективы Пэрис и Джексон.

— О да, конечно. Доктор Курт ждет вас. Но сейчас у нее пациент. Если можете немного подождать, я приготовлю кофе.

— Мне просто кипяток, — сказал Эд и достал из кармана пакетик с чаем.

Секретарша и глазом не моргнула.

— Как прикажете…

— Ты вечно заставляешь меня краснеть, — пробормотал Бен, глядя вслед секретарше, выходящей в соседнюю комнату.

— Не собираюсь накачиваться кофеином только ради того, чтобы вести себя по правилам. — Не выпуская из рук свой пакетик травяного чая, Эд огляделся. — Ну, как тебе комната? Класс, а?

— Да. — Бен еще раз окинул приемную беглым взглядом. — Соответствует ей.

— Не понимаю, почему это тебя так задевает, — невозмутимо произнес Эд, разглядывая литографии Моне: восход на реке, приглушенные краски, едва пробивающиеся первые солнечные лучи — такая живопись ему нравилась. Впрочем, он вообще любил живопись и восхищался теми, у кого хватало воображения, терпения и мастерства заниматься ею. На весь род человеческий он смотрел примерно так же. — Привлекательная, стильная женщина с острым умом не должна устрашать мужчину, который знает себе цену.

— Боже правый, да тебе только статьи писать!

Дверь кабинета Тэсс открылась, и вышла миссис Холдермен с перекинутой через руку собольей накидкой. Увидев мужчин, она остановилась, улыбнулась и облизала верхнюю губу, словно маленькая девочка при виде вазочки с шоколадным мороженым.

— Привет!

— Привет! — Бен сжал руки в карманах.

— Пришли к доктору Курт?

— Точно.

Она немного постояла, а затем, оглядев с ног до головы Эда, удивленно раскрыла глаза.

— Ничего себе… а рост-то у вас ого-го!

У Эда запершило в горле. Он откашлялся и произнес:

— Не смею спорить, мэм.

— От крупных мужчин… я просто без ума. — Она подошла к нему поближе и, хлопая ресницами, принялась буквально пожирать его глазами. — При них чувствуешь себя такой беспомощной, такой слабой… А какой у вас рост, мистер…

Ухмыляясь и все еще не разжимая кулаки в кармане, Бен пошел к двери в кабинет, предоставив Эду самостоятельно выпутываться из сложившейся ситуации.

Тэсс сидела за столом, закинув голову и прикрыв глаза. Волосы были собраны в пучок, но недоступной она не выглядела. «Устала, — подумал он, — и не только физически». Она потерла висок — начиналась головная боль.

— Похоже, вам не помешает таблетка аспирина, доктор.

Тэсс открыла глаза и опустила голову — расслабляться она позволяла себе только наедине. Тэсс была небольшого роста, но все в интерьере кабинета ей идеально подходило — и стол, и диплом в черной рамке за спиной.

— Не люблю принимать таблетки.

— Только прописываете? Она подняла голову еще выше:

— Надеюсь, вы недолго ждали. Погодите, сейчас возьму портфель. Она начала было подниматься, но Бен поспешно подошел к столу.