Святой
Шрифт:
— Дорогая, почему бы тебе не подождать со своей сестрой, и мы приедем за тобой, как только закончим.
Я неохотно киваю, выхожу из комнаты в коридор. Однако в ту секунду, когда я поворачиваюсь к комнате Тессы, знакомое лицо останавливает меня.
Картер стоит там с букетом цветов в руке, слабо улыбаясь. Я делаю глубокий вдох, прежде чем подойти к нему.
— Привет. Что ты здесь делаешь?
Он пожимает плечами. — Мой отец рассказал мне, что произошло. Я беспокоился о тебе.
Это мило, правда, но он заслуживает того, кто может ответить взаимностью
— Картер, — начинаю я, но он перебивает меня.
— Я знаю, ты выбираешь Нокса, — говорит он. — Я понимаю. Я не могу конкурировать с кем-то, кто на самом деле получил пулю за тебя. Я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке. — Его руки тянуться ко мне, нежно обнимая. — Он действительно счастливый парень, Делейни. Я надеюсь, что у тебя все получится.
— Спасибо.
С этими словами он оставляет цветы на стойке и уходит, оглядываясь только один раз, чтобы улыбнуться мне, прежде чем войти в лифт. Я тоже надеюсь, что все получится.
***
Стул рядом с кроватью Нокса вряд ли можно назвать удобным, но ни одна часть меня не собирается уходить. Писк его кардиомонитора — единственное, что убеждает меня, что он все еще с нами. В остальном он такой же безжизненный, каким был, когда его вытащили из машины скорой помощи.
— Как сегодня наш парень? — Спрашивает Зет, входя в комнату.
Я пожимаю плечами. — Никаких улучшений, но и ничего негативного. То же, что и вчера.
И за день до этого. И за день до того.
Нокс был в коме почти неделю без изменений. Врачи продолжают напоминать мне, что его тело прошло через многое, и что все еще есть хороший шанс, что он проснется, но каждый день, когда я не слышу его голоса, я все глубже погружаюсь в свой страх и горе.
— Его мама была сегодня?
— Пока нет. — Я смотрю вниз и проверяю время на своем телефоне. — Она сказала, что ее смена заканчивается в три. Она придет прямо из закусочной.
Зейн кивает, подходя к Ноксу. — Привет, приятель. Почему бы тебе не попробовать разбудить свою ленивую задницу сегодня, хорошо?
Я хихикаю, зная, что он просто дурачится. Зейн был плечом, на которое можно было опереться во всем этом. На самом деле, у всех парней это есть. Когда мои родители узнали — они взбесились, и это справедливо, но мой отец отложил свои разногласия с "правонарушителями" в сторону ради своих дочерей. Истон забирал Тессу в школу по утрам, так как она, похоже, не может оставаться одна, и ему действительно разрешают входить в дом, когда у нее бывают случаи, когда кошмары просто не прекращаются.
Тем временем Грейсон и Саванна приносили мне все мои школьные задания. Если Нокс проснется и узнает, что я потеряла звание лучшего выпускника, потому что была слишком занята, сидя с ним, он будет так зол на меня. Поэтому я провожу все свои дни, занимаясь у его постели. Это сложный график, но я заставляю его работать. Я всегда заставлю это работать.
***
Мой телефон жужжит на стойке — три сообщения от Зейна приходят одно за другим. Я заворачиваю
Зейн: Делейни.
Зейн: Тебе нужно попасть сюда.
Зейн: СЕЙЧАС ЖЕ!
— Черт!
Страх наполняет мой желудок. Это оно.
***
Пока я бегу по больнице и вхожу в лифт, в моей голове прокручиваются все возможные сценарии наихудшего развития событий. Я слишком опоздала. Он умер без меня. Ему нужна еще одна операция. Врачи и его мать хотят отключить его от системы жизнеобеспечения.
Мой палец нажимает на кнопку, а затем несколько раз нажимает на ту, которая закрывает двери. Я все время нервничаю, наблюдая, как растут цифры на экране. Когда он, наконец, открывается на этаже отделения интенсивной терапии, я проклинаю его, выходя из лифта и проходя через двойные двери.
Проходит всего несколько секунд, прежде чем я добираюсь от лифта к двери Нокса, но когда я это делаю, я не могу в это поверить. Два великолепных голубых глаза смотрят на меня в ответ, уголок его рта приподнят в ухмылке. Я даже не могу признать всех парней в комнате. Здесь только он и я.
— Привет, Бэмби. — Слезы наворачиваются так быстро, что становится трудно видеть. Нокс смотрит на Гейджа и Стоуна, которые сидят по бокам его кровати. — Вы, ублюдки, классные и все такое, но если вы не подвинетесь, чтобы моя девушка могла подойти сюда, у нас возникнут некоторые проблемы.
Все хихикают, когда они оба вскакивают. Наши взгляды остаются прикованными, когда я подхожу к краю его кровати и кладу свою руку в его. Он действительно здесь. Он действительно проснулся.
В ту секунду, когда я оказываюсь достаточно близко, он хватает меня сзади за шею и притягивает к себе, накрывая своими губами мои собственные в столь необходимом и давно назревшем поцелуе. Гейдж издает какой-то неприятный улюлюкающий звук, но только для того, чтобы кто-то другой его шлепнул, судя по звуку и скулежу, который раздается после. К тому времени, как мы отстраняемся, я прошла через страх и восторг, и теперь я просто зла.
— Ты чуть не умер у меня на руках.
— Ага.
Я поворачиваюсь к Зейну и бросаю в него пачку влажных салфеток. — Ты мудак! Ты написал это так, как будто он, блядь, умирал!
Он смеется. — Он сказал мне доставить тебя сюда как можно скорее. Я подумал, тебе понравится сюрприз.
Оглядываясь на Нокса, я игриво смотрю на него. — Ты знал об этом?
— Возможно, и так. — Он одаривает меня своей лучшей невинной улыбкой.
Я закатываю глаза. — Ты хуже всех.
— Я предупреждал тебя держаться подальше.
— Пошел ты.
Он лучезарно улыбается. — Я тоже тебя люблю.
Мое дыхание прерывается, и все во мне оживает. Всего в четырех коротких словах каждая унция душевной боли становится стоящей того. Все эти неприятности. Весь этот хаос. Вся эта боль. Я бы сделала все это снова в мгновение ока, только чтобы вернуться сюда.