Святой
Шрифт:
Я напеваю, не доверяя своему голосу, чтобы вообще что-то сказать. Нокс издает хриплый смешок. Он осторожно выходит из меня и избавляется от презерватива, прежде чем вернуться в постель, поворачивая меня так, чтобы моя голова легла ему на грудь. Его губы оставляют поцелуй на моих волосах, пока он проводит успокаивающими кругами по моей коже.
Пока я лежу здесь, слушая, как звук его сердцебиения смешивается с моим собственным, ясно одно — даже герой не сможет спасти меня сейчас.
Глава 13
НОКС
Я
Я сижу на кровати, прислонившись к изголовью, и смотрю, как она крепко спит рядом со мной. Мирное выражение ее лица, то, как ее волосы разметались по подушке, мягкое дыхание, исходящее от ее идеальных губ, — это все, в чем я мог потеряться, и это пугает меня до чертиков.
Опасно впускать ее. Тот факт, что она и я никогда не сможем быть чем-то большим, чем просто интрижка в выпускном классе, — это суровая правда, с которой я не готов столкнуться. Однако, если это выбор между тем, чтобы иметь ее в течение нескольких месяцев или не иметь ее вообще — ответ прост. Это почти гарантия того, что по крайней мере один из нас выйдет из этого разбитым на большее количество кусочков, чем можно собрать вместе, но я эгоистичный сукин сын. Если она никуда не денется, я тоже.
***
Ясное утро начинает заполнять комнату, и мне становится легче видеть, что я делаю. Я провожу карандашом по блокноту для рисования в умелой и отработанной манере, стараясь передать мягкость кожи Делейни. Последнее, чего я хотел, это видеть кошмар, когда она спит рядом со мной, поэтому я решил вообще не спать. Не похоже, что это было в первый раз. Бессонница — нежеланный, но почти постоянный гость в моем мире.
Когда Лейни начинает шевелиться, я закрываю блокнот и убираю его в ящик тумбочки. За эти годы я столько раз останавливался в этой комнате, что она практически моя собственная.
— Доброе утро, — шепчет она.
Я ложусь обратно и поворачиваюсь на бок лицом к ней. — Хорошо спалось?
Она кивает. — Прости, что я на тебя разозлилась. Я должна была дать тебе шанс все объяснить.
— Нет, — возражаю я. — Мне жаль. Хейли похожа на черную дыру, и я думаю, что после того, как ее брат попросил меня о помощи, меня просто засосало обратно. Она чертовски хорошо манипулирует и точно знает, как добиться своего.
— Ты когда-нибудь был влюблен в нее?
Сам вопрос удивляет меня, но еще больше меня удивляет тон ее голоса, когда она задает его — как будто она искренне боится ответа.
Я
Я даже не уверен, почему я говорю ей это. Если бы кто-нибудь еще спросил меня о моем и Хейли неудачном прошлом, я, вероятно, сказал бы им, чтобы они пошли нахуй. Но опять же, там идет Делейни — пробивает мои стены и заставляет меня сомневаться во всем.
— Хватит о ней. Одевайся, — мягко требую я. — Я слишком долго провел без тебя на прошлой неделе, и я пока не готов тебя отпустить.
Широкая улыбка растягивается на ее лице, и она делает именно то, что я прошу. Только спустившись вниз, мы натыкаемся прямо на Тессу и Истона. Я надеялся, что они все еще спят, но, видимо, нет.
— Лейни? — Она спрашивает, сбитая с толку. — Я думала, ты ушла домой прошлой ночью. — Именно тогда ее взгляд останавливается на мне. — Боже мой.
— Тесс, — предупреждает Делейни. — Мы поговорим об этом позже. Пожалуйста.
Она не хочет прекращать тему, это ясно написано на ее лице, но, к моему облегчению и облегчению Делейни, она это делает — пока, во всяком случае. Я беру наши куртки из шкафа и помогаю ей надеть ее.
— Ладно, говнюки. Я ухожу. Увидимся, ублюдки, позже.
Зейн поднимает один палец, допивая свое утреннее пиво. — Не забудь об игре сегодня вечером.
— Игра? — Спрашивает Тесса. — Разве сезон не закончился больше месяца назад?
Я стону и закатываю глаза. — Да, но твой придурок футбольный капитан ведет себя как неудачник. Он фактически потребовал импровизированного противостояния. Школа Норт-Хейвен против школы Хейвен Грейс. Никаких судей. Никаких правил. Просто тотальная война.
— Что-то подсказывает мне, что это не столько о футболе, сколько о ревности. — Тесс смотрит на свою сестру, ожидая, пока она соберет кусочки вместе.
— Я не знаю, почему вы все, кажется, думаете, что у него ко мне такие большие чувства, — ворчит Делейни. — Он этого не делает. Я для него просто завоевание. Единственное, чего он хочет, это то, чего ему не дают.
— Черт возьми, это не так. — Я хватаю ее за руку и притягиваю к себе. — Но я действительно не думаю, что дело только в этом. Он… по-другому относится к тебе. Очень территориально.
Она закатывает глаза. — Ну, это не имеет значения. Он просто друг, и меня больше ничего не интересует.
Ее слова успокаивают меня больше, чем должны, и Зейн замечает, как все мое тело расслабляется. Он ухмыляется, бросая на меня понимающий взгляд, и если я не вытащу Делейни отсюда в течение следующей минуты, я пожалею об этом.
Когда мы выходим за дверь, я замечаю красивый Lamborghini, стоящий на подъездной дорожке. Часть меня шокирована, что она принесла это сюда. Это не самая приятная часть города. С другой стороны, у ее семьи, похоже, достаточно денег, чтобы позволить себе лучшую из возможных страховок.