Святая преданность
Шрифт:
Чарли вошел в кухню, когда она несла кофейные чашки к столу. Он поставил маленький чайник на плиту, только затем обратился к доктору с приветствием.
– Здравствуйте, сэр. Меня зовут Чарли Френк. – Парень подошел и пожал руку мистеру Хендриксу. – Смит просит передать, чтобы вы шли в кухонную хижину на обед.
– Спасибо. У меня есть время закончить кофе?
– Да, конечно… Билли сохранит обед горячим.
– Я надеюсь, ты принесешь еду для дамы?
– О Боже! Вилла, вы не завтракали? Смит снимет с меня голову. Он сказал
– Не беспокойся об этом, Чарли. Мы ничего не скажем ему.
– В кастрюле есть куры и клецки. Билли подумал, что для тети Мод это будет очень хорошо.
– Миссис Иствуд твоя тетя?
Вилла сидела тихо, пока Чарли объяснял мистеру Хендриксу, почему и как он прибыл на ранчо. Мальчик осторожно опустил обстоятельства, которые привели Виллу к ним.
– Ты собираешься остаться здесь? – с интересом спросил доктор. Его любопытство]было вызвано необычной историей парнишки.
– Видимо, ненадолго. По крайней мере, до тех пор, пока тетя Мод не встанет на ноги.
– Это не скоро случится. Процесс выздоровления продлится долгие месяцы.
– Чарли! Черт побери! – Джо Белл ворвалась на кухню. Руки на бедрах. Игнорируя и доктора, и Виллу, она принялась колотить брата в грудь. – Почему ты вытащил сундук Стар из телеги? Там ее вещи!
Чарли схватил сестру за запястье и с силой потащил к дверям. Он заговорил только тогда, когда она оказалась на крыльце, но голос мальчика все же проникал на кухню.
– Потому что… мне так захотелось! Ты что, не знаешь, как себя вести? Не делай из себя посмешище! Я вытащил и еду. Нет никакой необходимости, чтобы вещи портились и прели в телеге. Мы не собираемся в ближайшее время их использовать.
– Не грабь эту телегу! Я поеду в Шеридэн, как только найду мужчину, который отвезет меня туда.
– Джо Белл! Я буду ругаться, у тебя куриные мозги. Ты не возьмешь эту телегу и не отправишься с первым попавшимся мужчиной. Теперь, черт побери, слушайся меня, иначе тебе придется туго.
– Это ты так думаешь, безмозглый простофиля. Дурак! Я не останусь здесь и не возьму ни крошки, брошенной этой безобразной старухой, и я не стану раболепствовать перед Смитом! Я поеду в Шеридэн и поговорю с одним из юристов. Так бы сделал и папа!
– Она снова причиняет тебе неприятности? – раздался голос Смита. – Я, кажется, говорил тебе, маленькая дрянь, оставаться в той комнате и держаться подальше от барака!
– Ты мне не хозяин! – голос Джо Белл повысился и перешел в крик. – Это дом не твоего дяди. Ты только работник здесь! И я не собираюсь делать то, что ты скажешь!
– Нет?!
– Нет… ааа… Отпусти меня! Черт тебя побери! Смит открыл дверь и вошел в кухню с Джо Белл, висевшей на плече. Он придерживал рукой ее за бедра. Девчонка брыкалась и била кулаками по спине своего обидчика. Смит прошел через кухню к двери, ведущей в прихожую.
– Открой дверь, Чарли. Я говорил твоей сестре оставаться в коморке. И первый раз
– Все, и ты, и Чарли заботитесь об этой… голодранке. Я ненавижу ее! Я ненавижу ее!
– Заткнись! – Смит ударил Джо Белл по ягодице. Девчонка закричала и разразилась слезами. Ухмыляясь, Чарли открыл дверь, подождал пока пройдет Смит, а потом последовал за ним и своей сестрой. Джо Белл продолжала биться в истерике.
Вилла пристально смотрела в свою чашку и быстро моргала. Она не будет плакать! Она не позволит непристойному зрелищу заставить ее заплакать.
Доктор Хендрикс оттолкнул стул назад и встал.
– Думаю, теперь я могу пойти в кухонную хижину и поесть немного. Вам тоже стоит пообедать, мисс Хэммер. Ваш желудок думает, что вы совсем забыли про него. – Он посмотрел сверху вниз и увидел две слезы, выскользнувшие из глаз Виллы и катившиеся по щекам. – Вы устали… и ослабли, – сказал он нежно и с заботой.
– Я… очень смущена, – промолвила она так тихо, что Джон Хендрикс едва понял слова.
– Почему? Вы думаете Боумен оскорбляет эту девушку?
– Нет. Ее… невозможно урезонить. Смит боится, что она внесет раздор между мужчинами. Она очень… красивая.
– Да? А я и не заметил… Теперь встряхнитесь. – Он положил руку на ее плечо. – У вас будет много работы по уходу за миссис Иствуд. Другие смогут сами решить свои проблемы.
Вилла, бледная и измотанная, с видом растрепанного котенка, вытерла кулачком глаза. Так унизительно: сидеть здесь и быть не в состоянии контролировать свои чувства. Она страстно, безудержно желала спрятаться в темную дыру и поплакать вволю. Но разве могла она позволить это себе сейчас?
– Вы хорошая сиделка, – доктор нежно сжал ее плечо. – Вы должны в первую очередь заботиться о себе, иначе вы не сможете в полной мере ухаживать за больной. Вам просто не хватит сил… Сохраняйте же свои силы. Ешьте и отдыхайте. Тогда все будет в порядке.
– Я знаю… Я прошу прощения за… скандал.
– Если вам будет нужна работа, когда вы закончите здесь, найдите меня в Баффэло. Мне необходим человек, который будет заменять меня в офисе, когда я уезжаю. В ваши обязанности будет входить накладывание шин, мазей и раздача таблеток.
– Спасибо. Я запомню это.
Смит, как вкопанный, остановился на входе в кухню, когда увидел руку доктора на плече Виллы и прислушался к тихой беседе. Он почувствовал ревность, простую ревность, потрясающую своей напряженностью и интенсивностью. Он хотел ударить доктора в лицо за то, что тот положил руку на ее плечо, понял, как она устала и старался успокоить.
«Я должен ударить его ей-богу», – со злостью думал Смит.
Но Смит спрятал свои чувства, когда доктор обернулся и посмотрел спокойно на него. Однако, гнев и обида не ушли прочь, они будоражили Смита. Теперь он точно знал, что произошло с ним. Но это не делало его жизнь проще.