Свой выбор
Шрифт:
— Люмос.
Раздражение мужчины было столь велико, что магического света с лихвой хватило, чтобы перебудить часть портретов и рассмотреть сидящего на рюкзаке мальчика. Тот тихо спал, сложив руки на коленях и уложив на них голову. Лишь по отвороту мантии и было ясно, что перед Северусом рейвенкловец.
— Поттер! — сделал вполне очевидную догадку зельевар, мысленно перебрав нынешний курс воронят.
Мальчишка секундой позже вскинулся и уставился на Снейпа, а потом на его губах задрожала радостная, но совершенно печальная улыбка.
—
— Что вы забыли в коридорах школы после отбоя, Поттер? — хмуро потребовал ответа мужчина, не спеша ругаться. — Сейчас почти полночь! Отбой был два часа назад!
Обычно студенты не смотрели на него с такой надеждой, если он ловил их ночью. Им полагалось вздрагивать, убегать, а потом долго и безуспешно врать.
— Я бы очень хотел попасть в гостиную Рейвенкло вовремя, — едва не плача прошептал мальчик. — Тут холодно и темно. А там камин, кровать… Я спешил в башню, когда перепутал лестницы, а эта повернула сюда… И тут же отодвинулась, не позволяя вернуться и пойти правильным путем. И никого не было. А там этот жуткий коридор, куда запрещено ходить…
Снейп вздернул бровь, слушая сбивчивый рассказ мальчишки, и шагнул вперед, к лестнице. Та тут же повернулась, позволяя профессору подняться к Поттеру.
— Вы утверждаете, что не могли пойти в башню Рейвенкло потому, что вам не позволила это сделать лестница? — с легкой издевкой уточнил зельевар, прежде чем ступить на нужную площадку.
Мальчишка быстро закивал и вскочил, но не попытался убежать, когда представилась такая возможность, а замер, ожидая вердикта Снейпа. Внезапный скрип за спиной вынудил мужчину обернуться, а студент нервно выдавил:
— Она снова отвернулась! Опять!
Теперь с Северус мог насладиться видом лестницы, которая вела себя очень необычно, будто сознательно отрезала путь тем, кто случайно попал на площадку третьего этажа.
— И как же быть? — прошептал Поттер себе под нос и с надеждой покосился на учителя.
Тот несколько секунд хмурился, прежде чем бросить перед собой диагностические чары. Те ничего не выявили, но Снейп и не удивился, зная, что директорское воздействие они не покажут, как и любой иной приказ чарам Хогвартса. Но оставался вопрос, что же за условие выставил лестнице Альбус.
Северус перевел взгляд на мальчишку и хмуро спросил:
— Вы просидели тут два часа?
— А где еще? — опешил Поттер. — Не полезу же я в запретный коридор? Я еще слишком молод и слишком многое хочу узнать, чтобы рисковать собственной жизнью. А нам ведь обещали мучительную смерть! Кто в здравом уме решится хоть шаг туда сделать?
Мужчина хмыкнул и едва не начал перечислять фамилии, но сдержался. Список вышел бы уж слишком длинным.
— Да и вообще, зачем было сообщать об этом коридоре на пиру? — опустив взгляд, шепотом добавил вороненок. — Это предупреждение только привлекает внимание. Надо было не говорить, а просто хорошенько спрятать вход сюда. В школе ведь полно скрытых проходов, о которых разве что старшекурсники знают.
Снейп
Еще раз взглянув на мальчишку, декан Слизерина шагнул в коридор и направился к спрятанной в глубине двери. Словам Поттера он не особо верил, но проверка показала, что никто не пытался открыть проход как минимум с обеда.
Обернувшись, мужчина увидел, что Гарри Поттер за ним не отправился, лишь немного высунулся в коридор, не сделав и шагу внутрь.
— Профессор, а теперь лестница повернулась и замерла! — сообщил мальчишка.
Северус недовольно поднял глаза к потолку, надеясь, что его проклинающий взгляд достигнет комнат Альбуса и не позволит ему этой ночью спать спокойно, а потом отправился обратно к лестницам.
— Идемьте, Поттер, — велел он, выйдя на площадку.
Не задавая вопросов, мальчишка доплелся за Снейпом до подземелий. И там, уже в гостиной декана Слизерина, безропотно сел в указанное кресло, опустив на пол у ног свой рюкзак. Даже в приглушенном свете выглядел Поттер бледным и измученным.
Хмуро глянув на мальчишку, зельевар быстро приложил ладонь к его лбу, оценивая состояние, и направился к шкафу, не замечая, как Поттер вздрогнул от прикосновения.
Пусть Северус был суровым учителем и не менее суровым деканом, но за здоровье детей он радел не меньше, чем Поппи. А потому в его покоях всегда хранился экстренный запас самых необходимых лекарств.
Вызвав хогвартского эльфа, Снейп велел принести чашку какао и несколько бутербродов. А потом под вялым взглядом Поттера накапал в какао укрепляющего и вылил флакон с витаминным зельем.
— Ешьте, — велел мужчина строго.
Этого ребенка вообще хотелось постоянно кормить, хотя за последние дни Поттер и перестал напоминать тощего доходягу. Сказывались прописанные Помфри зелья и то, что Поттер неукоснительно соблюдал их прием. Кроме этого вечера, разве что.
Поттер не стал спорить и о чем-либо расспрашивать. Молча вцепился в чашку и придвинул к себе тарелку с бутербродами. Такое поведение весьма способствовало анализу ситуации, чем Северус и занялся, устроившись в кресле напротив.
И чем больше волшебник думал, тем меньше ему нравилось происходящее. Он-то прекрасно знал, что таил в себе коридор на третьем этаже, и ни капли не сомневался, что спрятанная там тварь слишком опасна не только для школьников, но даже для взрослого мага. Дамблдор заверял, что никакой опасности нет, ведь псина сидит на цепи и слушается только Хагрида, который ее вырастил. Но Снейп не обманывался на счет полувеликана, тот был слишком глуп и болтлив, чтобы удержать в себе хоть какие-то сведения. А рассчитывать на то, что дети успеют убежать до того, как трехголовая тварь вцепится в кого-нибудь из них? На это мог надеяться только директор, который, похоже, растерял остатки здравого смысла или позабыл, что дети не всегда ведут себя так, как думают взрослые.