Свой путь

Руда Александра

– А наши отчеты по практике,– решил развивать успех Отто, протягивая к магистру в мольбе руки. Гипс перевесил, и полугном чуть не упал со стула.

– Я все подпишу. Просто мне не хотелось вас терять. Вы хорошие ребята...– Магистр ретировался.

Мы победно переглянулись.

Ирга зааплодировал и поднялся.

– Ола, Отто, завтра мы едем в Университет. Так что я бы поторопился с написанием отчета.

– Любишь ты портить моменты радости,– вздохнула я.

Некромант

пожал плечами.

– За что я рожден левшой? – спросил у меня лучший друг, застряв на третьей странице отчета.

– Это чтобы у нас равноправие было,– охотно объяснила я.– Так бы ты отмазался от отчета, а теперь вместе пишем.

– Почему Ван кинулся к инферну? Ведь он мог обстрелять его из окна?

– Пойди спроси.– Отто поймал вдохновение, поэтому не хотел отвлекаться на разговоры.

Я поднялась в комнату к Вану и задала вопрос.

– Потому что я люблю Рави,– просто ответил он.– Ее требовалось немедленно спасать.

– Так, значит, ты был готов пожертвовать ради нее жизнью?

– Она – моя жизнь. Поэтому я не жертвовал своей жизнью, я ее спасал.

Я побежала разыскивать Иргу. Он обнаружился во дворе, где подставлял свои бледные телеса солнышку.

– Ты приехал, чтобы спасти меня?

– Нет,– зевнул некромант.– Мне приказ был дан с работы попробовать упокоить инферна. Магистр Ромон давно этого требует. Вот я и приехал. Просто так получилось, что я угодил к моменту вашего славного поражения.

– Да-а-а? – с разочарованием протянула я.

– Ничего личного. Отойди, ты мне солнце закрываешь.

Весь путь домой я дулась, но на Иргу это не действовало – он спал все два дня. Я тоже спала, но меньше, чтобы иметь возможность подуться. Отто пребывал в превосходном расположении духа. Перед отъездом он извинился перед столичными студентами за свое поведение, признав, что «вы в общем-то неплохие ребята, но ваша Академия все равно ущемляет права...». Я же попрощалась с практиками очень тепло.

...Я валялась на кровати. Через пару дней, когда поставят зачет по практике, можно будет ехать домой к родителям. А можно и не ехать, а гулять целыми днями, не отвлекаясь на учебу. Спина зажила, лето радовало превосходной погодой.

– Ты идешь со мной? – В мою комнату ввалился лучший друг.

– Мне лениво.

– Да ты даже не знаешь куда.

– Мне все равно лениво.

– Иргу городской голова награждает.

– Видеть его физиономию не могу,– оживилась я.

– Да кому голова нравится? Но Иргу поздравить надо!

– Я про Иргу говорила. Он...

Отто не слушал:

– Его награждают за рекорд скорости на расстоянии Чистяково – Форбиттеновские башни.

– Да ну?

– Это значит,

дорогая, что как только он получил приказ, а точнее, не получил, а выбил его из начальства, то несся в башни, поставив рекорд скорости.

Я не отреагировала.

– Ты что, совсем ничего не понимаешь? – рассердился Отто.– Годами, нет, веками тянулось дело с инферном. Тебя не настораживает, что именно Ирга и именно тогда, когда мы там были, получил приказ на уничтожение?

– Ну...

– Не ну! Как только он узнал историю про инферна, сразу озаботился тем, как попасть в башни. А как только получил приказ, то постарался побыстрее добраться до объекта своего воздыхания.

– Инферна?

– Тебя! – рявкнул Отто.– Он так боялся, что ты попадешься инферну в лапы, что даже домой за вещами не заезжал!

– А ловко он с ним управился.

– Ирга занимался проблемой уничтожения инферна с момента твоего выезда на практику,– ласково и медленно, как младенцу, повторил полугном.– А это значит...

– Хорошо, хорошо, не надо на меня давить. Я иду с тобой.

В студгородке царила тишина. Народ разъехался на практику и по домам. А те, кто остался, днем отсыпались от ночных гулянок.

– Почему он мне не сказал, что это ради меня? Почему он сказал, что это только по приказу сверху? «Ничего личного»,– вот как он сказал.

– А ты бы оценила? – Отто, жмурясь от удовольствия, ел абрикосы, усевая наш путь косточками.

Я покосилась на его большую сумку:

– Конечно, оценила. Так приятно, когда кто-то ради тебя что-то такое делает.

– Ты не поняла,– промямлил полугном с полным ртом. Сок потек по бороде, я дала ему платок и заметила:

– Вот до чего жадность доводит.

– Не доводит. У меня всего одна рука, и та занята абрикосами. Тебе их предложить нечем.

– Неразрешимая задача!

– Ладно. Так вот, ты не поняла,– сказал Отто, протягивая мне сумку.– Ты бы оценила это как поступок Ирги по отношению к тебе. Именно Ирги именно ради тебя. Типа Ирга очередной раз доказал свои крепкие чувства по отношению ко мне, бестолковой и тупоголовой девице.

– Он мне о чувствах ничего не сказал.

– Он не говорит, а делает, а это куда лучше.

– И я не тупоголовая.

– Именно такая, когда дело доходит до отношений.

Я остановилась, уперла руки в боки и твердо сказала:

– Отто, до тех пор пока Ирга не упадет передо мной на колени с признанием в любви до гроба и дальше, я в это не поверю.

– Разговор обо мне? – раздалось сзади.

Я заскрипела зубами.

– Ой,– сказал Отто тоненьким голосом.

Мне стало интересно, и я повернулась.