Сводные. Дилогия

Майер Жасмин

— Вы так тепло о ней отзываетесь.

— О Лее? — хмыкает Платон. — Так она… хорошая девушка. Всегда улыбается. Даже когда злится. И эти ее непослушные кудряшки во все стороны… В один из вечеров Юля решила заплести ей африканские косички, так после них Лея еще несколько дней выпутывала из волос все эти резинки и заколки, хотя такая прическа с ее волосами это просто ужас… У Юли не было брата или сестры, и вот в Лее, как мне кажется, она нашла и мать, и подругу. Два в одном. Со временем их разница в возрасте, конечно, сгладилась. Юле уже

восемнадцать, и Лея для нее как старшая сестра. Жаль, что Лея все еще в своем Тель-Авиве… Будь она рядом, могла бы уберечь мою дочь от многих ошибок.

Уже не уберегла.

Бросаю кривой взгляд в сторону запертой двери и нервно сглатываю. Кажется, я знаю, почему Юле срочно требовалось поговорить со своей лучшей подружкой. Вот только, если Юля гарантировано все выбалтывает Лее, в честности самой Леи я уже уверен не был.

Снова смотрю на Платона.

Полное равнодушие во взгляде. Воспоминания о подруге дочери ничего не всколыхнули, ничего не возродили и он не предается никаким воспоминаниям, кроме тех, о которых рассказал мне.

Платон либо не знает правды, либо очень хорошо скрывает общее прошлое.

Думаю, скорее первое.

В то, что Платон будет крутить роман с подругой детства собственной дочери за ее же спиной, мне все-таки не очень верится. А вот в то, что сама Лея не устояла перед взрослым мужчиной, верится уже больше.

Я ничего не смыслю в мужчинах, но, наверное, Платон далеко не худший экземпляр из многих других. У него нет лишнего веса, уродливых черт лица или непропорционального тела.

Мама не зря его ревнует к каждой. Но из тех ли Платон, кто ходит налево при каждом удобном случае, я все еще не знаю.

Жаль, что Лея живет в Израиле. Юля говорила, что подруга может вернуться в Питер, но, учитывая обстоятельства и мою мать, думаю, сейчас Лея предпочтет остаться в Тель-Авиве.

А еще, может, она из тех, кто не меняет даже самые старые пароли. И тогда все мои домысли уже ничего не значат. 

Глава 12

Лея трясет головой, и курчавые волосы разлетаются непослушными локонами, пружинят и искрятся под яркой лампой дневного света в ее израильской казарме.

— Подожди, подожди, — перебивает она меня. — Ты так и не сказала, как его зовут? Я рада, что у тебя появился парень, но откуда он вообще так внезапно взялся?

Ох. Внезапно.

Для Леи, конечно, это внезапно. Я не рассказывала ей о Кае до этого, да и теперь не договариваю. Впервые понимаю, каково было Каю, когда он просил признаться отцу, но я отказалась.

Сейчас мне приходится лгать даже лучшей подруге, от которой я не могу утаивать и дальше, что у меня был мой в первый раз. Меня распирало все это время от желания обсудить это с Леей, и теперь она наконец-то свободна.

Мы часто шутили, что раз Лея пережила это раньше, то она проинструктирует и меня, когда придет время, и я могу

быть спокойна. В итоге все прошло за спиной Леи, а я не спросила у нее заранее, к чему готовиться и чего ждать. Может быть, тогда я бы взяла с собой хотя бы запас прокладок.

— Это ведь не мой брат?

— Нет, он вообще… не из Академии, — отвечаю. — Он… Он мой сосед! Да, мы познакомились здесь, в спортзале комплекса.

— Сосед? В карантин удачнее и не придумаешь, — смеется Лея, накручивая на палец локон-пружинку. — И как его зовут?

— Не скажу. Вдруг нас подслушают?

— Кто? «Моссад»*?

— Я серьезно, Лея, мало ли папа узнает… Он же его убьет.

— О да, — кивает Лея. — Но ведь Платон все равно узнает. Рано или поздно. Что ты будешь делать тогда?

Я не знаю. Врать оказалось не так просто, как я себе представляла.

— Пока я счастлива… А дальше посмотрим, — пожимаю плечами.

— Не очень дальновидно, но тебе видней. У вас все серьезно или это был парень для первого раза? У меня был именно такой. Я просто хотела лишиться девственности, а встречаться с ним и не собиралась.

Не представляю, почему Лея решилась на этот шаг. И тогда не понимала, и тем более теперь, но она сказала, что у нее будет только так, а не иначе. Ей было уже двадцать, когда это произошло, и Лея сказала, что устала верить, что все может быть иначе.

— И ты не скучала потом за этим парнем? Он же… Был первый!

— Нет, я ничего к нему не чувствовала, зачем мне по нему скучать?

Лея легкомысленно пожимает плечами, но я вижу, как стекленеют на миг ее глаза. Так всегда бывает, когда она думает о том женатом мужчине, кому уже очень давно отдано ее сердце. На миг представляю, что у Кая есть другая, а я просто люблю его годами, не имея возможности даже коснуться.

— Как ты, Лея? — спрашиваю тихо.

— Нормально, Лю, — отзывается она, сбрасывая оцепенение. — Все нормально, не переживай. Давай вернемся к тебе. Итак, твой первый раз. Тебе понравилось?

Прячу лицо в ладони и качаю головой.

— Добро пожаловать в реальный мир, — смеется Лея. — Ничего, дальше будет лучше.

Кай сказал так же.

— Это правда? Потом уж не будет так больно? Неужели от этого можно вообще получать удовольствие?

Лея смеется.

— Ты не поверишь, но да. Все впереди. Только будь осторожна.

— Почему? Что может случиться?

— Ты серьезно? Да все, что угодно, начиная от беременности и заканчивая травмами и болезнями! Не пей, не кури в непроверенных компаниях и не спи с кем попало в том состоянии, когда не можешь себя контролировать.

— Ах, ты об этом! — отмахиваюсь. — Не переживай, я не собираюсь теперь менять парней, как перчатки. Ты спрашивала, все ли у нас серьезно… Ну, кажется, я влюбилась, Лея…

— В соседа, — заканчивает за меня Лея. — Ты уверена? Это как-то быстро и неожиданно. А сколько ему? Твоего отца хватит удар, если он будет сильно старше!