Светлый мир

ЙаКотейко

— В Темной империи, — усмехнулся Анвар и, взяв горсть песка, стал пересыпать ее из одной руки в другую, следя за песчинками.

— Темный! — непонятно чему обрадовался Коба. — Хороший воин, сылный и быстрый. Хорошо, что я с ным нэ билса, толко с тобой.

— С ним?

— Да, дэмон. Был гладыатор.

— Демон? — опешил Анвар и уточнил, — демон гладиатором был?

— Да.

— Откуда? Он еще там?

— С мора. Его продат, кто нэ говорыл, ругалса толко. Хорошо дралса. Убил лубимый гладыатор сынатар. Тот дал много дэнег и дэмон былся в послэдний битва. — Коба говорил с гордостью, будто лично участвовал

в воспитании демона как воина и закончил печально, — Хороший воын, долго дэржалса и хышный рур побэдыл и болшой нак, дажэ мэлкий ваар много убыл. На саки проиграл, раныл его ваар, нэ успэл от жало уйты.

Кто такие нак, ваар и саки Анвар не знал и знать не хотел. Демонов он не любил, но такое поклялся наказать. Шанс должен быть у всех, у рогатых в том числе.

Назавтра Анвар остался один. Ашту бился в бреду, скребя скрюченными пальцами песок и постоянно сбивая с себя одеяло. Коба лежал молча, лишь дышал тяжело, со свистом. Свист этот приметой был плохой, после него должен был прийти кашель, убивающий надежду.

К полудню Анвару стало казаться, что он сидит здесь вечность. Солнце, жара, рябящее в глазах марево и бред бессознательных друзей сводили с ума. Оттого, когда на вершине соседней дюны показалась маленькая темная фигурка он даже не пошевелился, решив что разыгралось воображение. Успел еще напоить обоих больных и бездумно разобрать сумку. Вода подходила к концу, для лошадей уже не осталось. Нужно было что-то придумать и либо искать воду по пескам, что с учетом знаний Анвара скорее всего закончится плохо. Или идти в обоз, вот только там могли еще остаться люди и нервировать их своим здоровым видом не лучшая идея. Да и что, отбирать воду у выживших и убивать их в случае сопротивления?

— Ох, не зря меня ноги сюда тянули! — неожиданно раздался за спиной веселый старческий голос.

Дернувшись Анвар вскочил с песка, развернув разложенные на коленях вещи, и уставился на спешившуюся, ласково улыбающуюся старуху, словно на оживший сон. Да и разве может быть правдой одинокая кочевница в огненной пустыне Айваны. Без табора, без сопровождения, лишь с небольшой сумкой перекинутой через плечо.

— Береника? — резко севшим голосом зашептал Анвар, протянув к старушке дрожащие руки. — Уходи! Уходи сейчас же, — опомнившись отпрянул он.

— Да не дергайся ты, бестолочь, — отмахнулась Береника, спокойно подходя ближе.

— Да ты свихнулась, старая. Не видишь, больные. Серая гниль!

— Да уж не боле тебя! Не слепая чай, вижу, — язвительно ответила старуха, обходя застывшего в нерешительности Всадника и присаживаясь у лежанки Кобы. Поводила руками над едва заметно вздымающейся грудью великана и недовольно покачав головой перешла к Ашту. — О как! — округлив глаза, вглядывалась Береника в бледное лицо Несущего хаос. — А этот чего? — удивленно спросила она у Анвара, но ответа ждать не стала, вновь заводила руками над телом.

— Береника, тьма возьми, что ты здесь делаешь? — наконец отмер Анвар, делая шаг ближе к старухе. — Как ты здесь и… ты сможешь помочь?

Береника вновь хотела съязвить, но не смогла. Слишком много надежды было в этом вопросе и так жестоко над ней пошутить она не могла.

— Помогу, мальчик мой, помогу. Закипяти воды, будем доставать великана этого. — Кивнула Береника на Кобу.

— А Ашту? — удивленно вскинул голову Анвар, бросившийся выполнять просьбу старухи когда

та еще до конца не прозвучала.

— А дружок твой сам во Тьму отправился, я его оттуда достать не смогу, — поджав губы, призналась Береника.

— Сам? Но зачем?

— Кто ж его знает, — задумчиво протянула старушка, изучая лицо Ашту пристальным взглядом. — На то он и Несущий хаос.

Уточнять, как Береника узнала его суть, Анвар не стал, сосредоточившись на задании.

Береника, ожидая воду, подошла к воткнутому в небольшой холмик мечу и, осторожно огладив его руками, шепнула:

— Извини. Хотела я поспешить, да задержали. Не успела.

Анвар, расслышав тихие слова, оглянулся, посмотрел долгим взглядом на замершую у могилы женщину.

«Спешила. Неужели и вправду сможет помочь.»

Глава 38

Ишкамо стоял опустив голову, ожидая приказа, а Свет сверлил взглядом зеленые стены дворца.

Планы рушились один за другим. Мальчишка — носитель Тьмы — ускользал. Посланные за ним отряды погибли, одни в схватке с его защитниками, другие изломанные силами, неподвластными Свету. Не справились ни светлые, ни темные.

Боги не принадлежали ни Свету и Тьме, ни Пустоте. Они порождения мира. Как и многие другие сущности, в том числе и Смерть, Страх, Боль и Хаос. Да, сильнейшие из них, младшие дети Вечности. Стоило создать первый мир, появились Порядок и Смерть, а с ними Время. С рождением второго мира появились Хаос и Расстояние. Когда пустота заселила жизнью мир, родились и Страх с Болью. Но только после того как Свет и Тьма наделили мир индивидуальностью, подарив свою искру, стала появляться вера, а вместе с ней и низшие сущности, они же боги. Чем сильнее была вера, тем мощнее получался бог и тем больше сейчас от него проблем. Но самое главное, ни один из них не подвластен ни Первозданным, ни Первородному.

Зло зашипев, Свет резко повернул голову к стоящему перед ним эльфу.

— Он двинулся, оставаться на заходнем берегу Вечи не станет, он обречен и Тьма это знает, — Свет, вроде как и обращался к эльфу, но отсутствующий вид показывал, что господин далеко от дворца с его залами. — Пойдете к нему на встречу, — резко сфокусировав взгляд на эльфе, велел он.

— Повелитель, — рискнул влезть в разговор застывший по правую руку от трона Неущий страх. Он хорошо помнил, чем закончились такие бега за Несущим смерть.

— Говори, — полюбовавшись напряженной фигурой темного, велел Свет.

— Тьма в ребенке и я уверен, прекрасно понимает всю опасность такого состояния. Могу предположить, что, зная ваше желание его достать, рисковать он не станет и попытается убраться с Этнаи. Так что, возможно, лучше ловить его в Коорхане? Других портов способных принять крупные корабли, на том побережье нет.

Свет прищурил глаза, задумавшись. Толк в словах Всадника был. Прятаться в лесах отец не станет, знает, чем грозит. Но и противостоять Свету он, как минимум пока, не способен, а значит будет избегать встречи. Тем более и беглецы из Светограда и остальных светлых городов, расположенных у эльфийского леса, кинулись как раз в ту сторону. Бежали и укрылись в Коорхане — Тьма об этом должен знать. Насколько Тьма сохранил свои способности в человеческом теле, Свет не знал, не довелось ему так прятаться. Но свои искры он должен ощущать даже будучи при смерти.