Свадьба
Шрифт:
Получая каждую из фотографий, я пытался припомнить день, в который она была сделана. Поначалу моя память сама походила на снимок – яркий, но изолированный образ, – но стоило закрыть глаза и сосредоточиться, как время начинало течь вспять. Я вспоминал даже собственные мысли.
Напротив каждой фотографии я записал все, что помню об этих моментах – или, точнее, о тебе.
Альбом называется «То, что я должен был сказать».
Некогда я принес тебе клятву и сегодня, тридцать лет спустя, приношу еще одну. Отныне и навсегда я стану таким,
Уилсон.
Заслышав звук шагов, я поднял голову. Джейн стояла на верхней площадке, падавший сзади свет смазывал ее черты. Касаясь рукой перил, она медленно начала спускаться.
В круге сначала появились ноги, талия, затем, наконец, лицо. Остановившись на полпути вниз, Джейн встретилась со мной взглядом. Даже издалека я заметил в ее глазах слезы.
– Поздравляю с годовщиной, – сказал я, и мой голос эхом отозвался в комнате.
Продолжая смотреть на меня, жена наконец сошла с последней ступеньки. С ласковой улыбкой она направилась ко мне, и я вдруг понял, что нужно сделать.
Я привлек жену к себе. От Джейн исходило знакомое тепло, ее лицо было мокро от слез. Мы стояли в старом доме, через два дня наступит тридцатая годовщина нашей свадьбы, я держал Джейн в объятиях и от всего сердца молился, чтобы время остановилось – отныне и навсегда.
Мы долго стояли рядом, прежде чем Джейн наконец шевельнулась. По-прежнему обнимая меня, она посмотрела мне в глаза.
– Спасибо, – прошептала она.
Я слегка сжал ее в объятиях.
– Пойдем. Кое-что хочу тебе показать.
Я провел ее через гостиную в заднюю часть дома, толкнул дверь, и мы шагнули на террасу, где стоял столик.
Хотя луна светила ярко, в небе над нами отчетливо виднелся Млечный Путь, похожий на россыпь драгоценных камней, а южнее появилась Венера. Слегка похолодало; когда подул ветерок, я ощутил волнующий запах духов Джейн.
– Я подумал, что можно поужинать здесь. Кроме того, неохота трогать столы в гостиной.
Джейн взяла меня под руку и взглянула на столик.
– Это чудесно, Уилсон.
Я сделал усилие: отошел от жены, чтобы зажечь свечи и взять шампанское.
– Вина?
Мне показалось, что Джейн не слышала моего вопроса. Она завороженно смотрела на реку, и ее платье легонько трепетало на ветру.
– С удовольствием.
Я вытащил бутылку из ведерка со льдом, взялся за пробку и потянул. Раздался хлопок. Наполнив два бокала, я подождал, пока уляжется пена, и долил оба доверху. Джейн придвинулась ближе.
– И как долго ты готовился?
– Весь год. Это самое малое, чем я мог искупить свою забывчивость.
Она покачала головой:
– Я не могу себе представить ничего прекраснее сегодняшнего вечера. – Джейн помолчала, – Когда я нашла альбом и твое письмо… Это самое удивительное, что
Я снова заговорил о том, что это самое малое и так далее, но она перебила.
– Трудно выразить словами, как это для меня важно, – негромко сказала Джейн, а затем с хитрой улыбкой потянула меня за лацкан. – Ты чертовски хорош в смокинге.
Я вполголоса засмеялся, ощутив, как спадает напряжение, а потом взял ее за руку и слегка пожал.
– Мне очень жаль покидать тебя на этой высокой ноте.
– Но?…
– …но мне нужно взглянуть, как там ужин.
Она кивнула, чувственная и прекрасная.
– Тебе помочь?
– Думаю, уже почти все готово.
– Ты не против, если я побуду здесь?
– Нет, конечно.
Приготовленная на пару спаржа уже остыла, поэтому я включил плиту, чтобы ее подогреть, и помешал соус, потом открыл духовку и проверил, как там рыба. Через пару минут можно было подавать.
По радио передавали джазовый концерт; я потянулся к выключателю, когда неожиданно раздался голос Джейн:
– Оставь, пожалуйста.
– Почему ты не наслаждаешься природой?
– Без тебя все по-другому, – сказала она и в своей излюбленной манере облокотилась о стол. – Что, эту музыку ты тоже заказал специально на сегодня?
– Играют уже часа два. Подозреваю, под нее пройдет весь вечер.
– С ней связано много воспоминаний, – заметила Джейн. – Папа любил слушать джаз. – Она медленно провела рукой по волосам и задумалась. – Знаешь, они с мамой любили танцевать на кухне. Только что мыли посуду, а потом обнимались и начинали танцевать. Мне было лет шесть, когда я впервые это увидела. Тогда я ничего не поняла. Когда мы с Кейт подросли, то подсматривали за ними, хихикали и показывали пальцем, но родители только улыбались и продолжали танцевать, как будто на свете никого не было, кроме них двоих.
– А я и не знал.
– В последний раз они танцевали здесь за неделю до того, как переехать в Крик-Сайд. Я заглянула к ним в гости, заметила их через окно кухни и не смогла сдержать слез. Поняла, что вижу это в последний раз… У меня чуть сердце не разорвалось. – Она помолчала, а потом помотала головой, словно отгоняя видение. – Прости. Наверное, я испортила тебе настроение.
– Совсем нет, – ответил я. – Ной и Элли – часть нашей жизни, и это их дом. Честно говоря, я бы удивился, если бы ты не думала о родителях. Кроме того, сейчас самое время о них вспомнить.
Джейн задумалась над моими словами. Я вытащил рыбу из духовки и поставил ее на стол.
– Уилсон… – негромко позвала жена. Я обернулся.
– Если верить твоему письму, с этого дня ты попытаешься стать романтичным мужем. Это правда?
– Да.
– Значит, я могу рассчитывать на повторение сегодняшнего вечера?
– Если захочешь.
– В таком случае сюрприза не получится. Придется тебе придумать что-нибудь новенькое.
– Это не так трудно, как кажется.
– Да?