Сущность
Шрифт:
Карлотта вздрогнула.
– Это Джин, – успокоил ее Механ.
Ему было жаль Карлотту. Бедная женщина уже была на грани помешательства. Он знал, что лучше всего просто продолжить работу, спокойно и методично. Это обычно помогает жертвам вернуться к реальности.
Крафт вернулся в дом.
– Можно мне стакан воды? – попросил он.
– Конечно, – ответила Карлотта.
Он зашел на кухню и налил себе воды из раковины. Прислонился к выступу раковины, размышляя о строении дома.
Краем глаза он заметил движение.
Ящик кухонного шкафа был выбит, кастрюля
– Джин! – позвал Механ. – Ты цел?
Крафт медленно опустил стакан в руке.
– Да, – ответил он.
Крафт подошел к стене, где кастрюля все еще вращалась, медленнее и медленнее. Он пихнул ее ботинком. Она замедлилась. Затем замерла.
– Вылетела из шкафа, – сказал Крафт с ноткой удивления в голосе.
Механ вошел на кухню. Он уставился на кастрюлю, затем наклонился, чтобы поднять.
– Потрогай, – попроси он.
Крафт протянул руку.
– Ледяная.
Пришла Карлотта. Они повернулись к ней; ее лицо было белее алебастра, мягко освещенное светом из гостиной.
– Видите? – тихо сказала она. – Я не врала.
– Мы знаем, что вы не врали, – сказал Крафт, а затем быстро повернулся к Механу. – Принеси камеры.
Механ побежал к машине. Крафт снова повернулся к Карлотте. Она казалась эфемерной, свет проникал сквозь ее волосы, как аура.
– Такое часто случается? – мягко спросил он.
– Постоянно.
Крафт не ответил. Он оглядел кухню. Посуда, приборы и часы на стене поблескивали в тени. Вошел Механ, неся большую камеру на штативе и металлическую скобу. Крафт установил камеру так, чтобы она была направлена в сторону кухни. Он вставил фотопластинку и снял крышку.
– Мы оставим затвор открытым, – сказал Крафт, – так что не заходите на кухню.
Механ наклонился вперед и нажал на крошечную серебряную пружинку. Карлотта услышала щелчок. Ей было странно осознавать, что камера улавливает свет, как инопланетный глаз, беззвучный и механический. Крафт и Механ вернулись с ней в гостиную.
– Что вы можете сфотографировать? – спросила она.
– Все неподвижно, – сказала Механ. – Если что-то двинется, оно будет похоже на размытое пятно. Иногда глаз пропускает очень мелкие движения.
Они сидели на диване и разговаривали до полуночи. Карлотта рассказала им о психиатре. Ученые были удовлетворены тем, что она прекратила терапию. Рассказы о Билли и девочках вызывали у них интерес. Крафт хотел сразу задать им вопросы, но Карлотта объяснила, что отправила их к подруге.
Карлотта чувствовала себя странно защищенной в тот вечер, хотя атмосфера была сухой и пропитанной аурой насилия. Растянувшись поперек кровати, полностью одетая, Карлотта слышала тихое бормотание Крафта и Механа в соседней комнате. Они привезли камеру поменьше с мотором и время от времени ее проверяли. Крафт снимал автоматическими очередями по шесть-десять кадров с разной скоростью. Щелкающий звук производил на Карлотту мягкий эффект метронома, хотя ничего поразительного не происходило.
Где-то в 2:30 Карлотта поняла,
– Над дверью, – прошептал Механ.
Раздалось несколько щелчков 35-миллиметровой камеры.
– Вы не спите, миссис Моран? – прошептал Крафт.
Карлотта видела их размытые силуэты у дверного проема.
– Ты видел? – прошептал Механ.
Карлотта медленно поднялась с кровати. Они задернули шторы. В темноте ничего не было видно. У нее было смутное предчувствие, что он поднимается из какой-то далекой, вонючей ямы. Механ с трудом закрепил у окна большую камеру и штатив на механической подставке. Объектив был направлен на верхнюю часть стены, дверь и край шкафа.
– Вы чувствуете запах, миссис Моран? – прошептал Крафт.
– Он становится сильнее, – испуганно ответила она.
В доме царила тишина. Карлотта придвинулась ближе к Крафту. Послышался мягкий металлический гул, когда открылись вентиляционные отверстия. Включился обогреватель, хотя ночь была теплой.
Затем над дверью, в непроницаемой темноте, начала формироваться синяя область. Она повисла, отбрасывая свечение на дверцу шкафа, а затем стала прозрачной и исчезла. Это произошло так быстро и тихо, что они даже не успели осознать.
– Вы уже такое видели, миссис Моран? – прошептал Крафт.
– Я… я не знаю… я…
Механ поставил новую фотопластинку. Карлотта забивалась все дальше и дальше в угол, наблюдая, выжидая. Она почувствовала, как он нерешительно движется по дальней стороне стены.
– У меня почти кончилась пленка, – прошептал Крафт.
Механ потянулся в карман и кинул Крафту новую упаковку. Крафт наклонился у края кровати, возясь с камерой.
– Так вы уже такое видели? – снова спросил Механ Карлотту.
– Может быть… я не знаю…
Крафт посмотрел на нее. Ее белое лицо дрожало в ночи, черные глаза метались от Крафта к Механу и обратно. Она была в ужасе.
– Джин! – прошипел Механ.
Крафт повернулся. На противоположной стене, над дверью в шкаф, изогнулась дугой голубая вспышка и растворилась в темноте. Затем наступила тишина.
– Ты это снял?
– Нет. Слишком быстро.
Карлотта смотрела, как Механ снова меняет фотопластинку. А Крафт делает снимки стены.
Она чувствовала его на другой стороне, он ходил от угла к углу, наблюдал.
– Джин!
Внезапно образовалось облако, лопнуло, и струйки голубого газа потянулись в дверь. Все почувствовали прилив холодного зловония.
– Ты снял?
– Кажется, да.
На мгновение повисла тишина. Карлотта почувствовала, как ее кожа становится липкой. Он был взволнован, ходил все быстрее и быстрее, желая их прогнать.
Из стены вырвался разряд статического электричества и исчез в стене прямо над головой Крафта.
– Джин! Ты в порядке?
– Меня не задело.