Суррогаты
Шрифт:
Туда и рванул капитан с теми, кто уцелел вместе с ним. Азаровский поступил несколько разумнее. В зарослях леса проще укрыться и оставаться незамеченным, но только не тогда, когда на тебя накатывает волнами в оранжевых комбинезонах противник.
Пришлось сменить тактику, ибо нигде не укрыться, да и отлежаться, не получиться, даже на дереве в густых кронах. Везде найдут, а достанут.
— Переодеваемся! Шустрее, хлопцы… — подсказал Азаровский решение очередной насущной проблемы. Теперь им кого и стоило опасаться — своих же, поскольку никто из них не станет
— И откуда же они здесь взялись? Неужто обозлились на москалей за то, что те их кинули, депортировав из Москвы за МКАД?
— Не пори горячку, помощник, а чушь несёшь!
— Я даже согласен яйца по такому случаю, командир!
Оружие спецназа могло сыграть с ними злую шутку, так как их образца ни у кого из противников пока не было замечено.
Гастарбайтеры приближались. Они шествовали плотными рядами. И меньше их не становилось, пожалуй, только ещё больше. Можно было решить: их тут не то что полк, а целая дивизия, и все вооружены отменно.
На этот раз явились пулемётчики с ручным аналогом вооружения. Залегли, продолжая стрельбу по насыпи с контейнерами, напичканными ядерными боеприпасами. Не тот калибр чтобы пробить их плотные стенки. Что и подтвердили пули, отлетая рикошетами.
Всё-таки как стрелки гастарбайтеры оказались посредственными. По всему видать: им только недавно дали в руки оружие, показав, что жать, и куда дуло направлять.
— Мясом задавили, а продолжают валить, командир, — не унимался помощник.
— Да заткнись ты! Молчи, будь хитрым! — намекнул Азаровский ему и прочим своим бойцам на то, что противник ещё ни разу не вёл меж собой никаких переговоров посредством человеческой речи. Все гастарбайтеры без исключения выглядели как зомби, пусть и разнились на лицо. Кого тут только не было, но на наёмников явно не тянули. Благо, что приняли спецназ из Беларуси за себе подобных. Иначе бы быстро покончили с ним даже такие калеки неумеками.
Осознавать это для них было тяжело. Особенно то, что капитан продолжал держаться и, похоже, поддержки ему ждать больше не от кого и неоткуда. А боеприпасы заканчивались, поскольку он с уцелевшими бойцами перестал лупить оголтело, поливая прежде окрестность в обе стороны очередями, и перешёл на редкие, но меткие одиночные выстрелы.
— Пособить бы им, командир… — зашептал, еле ворочая губами, помощник на ухо Азаровского. — Что если нам рассредоточиться и ударить противнику в спину?
— А смысл? — последовал незамедлительно ответ.
— Эх, командир…
— Действуем, а не бездействуем! Расходимся…
И впрямь разошлись, да так, что положили порядка взвода пулемётчиков. А гастарбайтерам хоть бы хны. Появились новые на их месте, устраивая себе удобные позиции среди тел убитых пособников.
— Даже не побрезговали, — отметил Азаровский, уставившись на одного такого дурика, который пытался обустроить его телом себе бруствер. И сам лёг там вместо него.
Капитан больше не стрелял. Возможно, не осталось патронов, а если и имелись, то
Вот тут и появились элитные гастарбайтеры, как охарактеризовал их про себя, наблюдая со стороны Азаровский. Вместо РПК и автоматов, они держали то же, что и его люди — "Винты" и "Валы", разрезая ночную тьму тонкими красными лучами лазерных прицелов. Шарили в поисках мишеней под составом.
С их стороны следовали одиночные выстрелы. Похоже, не только добивали, но и проверяли те тела, что валялись под колёсами эшелона военного образца.
"Почему медлит капитан? — вертелся в голове у Азаровского один и тот же вопрос. — Неужели с ним всё — покончили? Или притаился?"
Ответ лежал на поверхности и был очевиден, но элитные гастарбайтеры не рисковали собственными жизнями, и даже общались меж собой доступными ему, как спецназовцу, жестами. Готовились двинуть на последний штурм защитников, если таковые ещё имелись в наличии подле эшелона.
В их исполнении последовали короткие перебежки, и выстрелы — не наобум, а наверняка. Кто-то из защитников реагировал на перемещения противника, как приманку, и сам становился ей для снайперов из числа гастробайтеров.
Азаровский и не заметил, как уже давно грызёт землю, набивая меж зубов и в рот траву. Сплюнул. Данное нестандартное действие с его стороны едва не стало последним в жизни. Один из элитных гастарбайтеров обратил на него своё внимание и получил за это пулю в лоб из СВУ-А.
Обошлось. Больше никто не заметил того, что сотворил Азаровский. Ему понравилось озорничать, и он сам присоединился вместо данного стрелка к элите, положив ещё парочку гастарбайтеров вблизи контейнера, а иные, похоже, решили: их завалил капитан, поэтому прекратили резвиться и залегли неподвижно.
Время шло, а ничего не происходило. Защитников подле подвижного состава осталось всего ничего, и налётчикам до вожделенного груза было рукой подать, а попробуй взять — не получается. Кусаются…
Заминку снова попытались устранить на раз и в этот раз те, кого узрел Азаровский впервые. Да и то вскользь тенями. Попробуй, попади в них. Движения столь резки и стремительны, что и не уследить, а уж взять в прицел и подавно не получиться, даже если очень долго мучаться и на открытом стрельбище. Не люди, а нелюди какие-то. Просто фантастика из области очевидно-невероятного. Замер сам, притворяясь убитым. Уж лучше так, чем иной контакт.
Оставалось надеяться, что кто-то подстрелит их, и не из его бойцов, да где там. Завязавшийся спонтанно бой был подобен на бойню — точно стреляли только тени, да вспышками, подобно ядерным взрывам в миниатюре — выжигали днища под контейнерами, платформами и дымящими вагонами или тем, что осталось от них.
Азаровский в суматохе присоединил к СВУ-А обойму на двадцать патронов, а в подствольнике и без того имелся "ВОГ", ожидая своего момента. И настал — час пробил — расплаты. И была близка. Он атаковал одну из теней, как только та мелькнула в прицеле оружия.