Суррогаты
Шрифт:
— Скоро уже будем на родине, — отреагировал майор на своих подопечных, сверяясь по навигатору с проложенным маршрутом, и любое отклонение фиксировалось тут же. В такие моменты он становился сам не свой. Но обходилось. Неточности с погрешностями для вбитой информации в электронную карту обычное дело — головотяпство военных топографов, а возможно, что, скорее всего, исключать не стоит и гражданских лиц привлечённых с данной целью. Либо просто данные устарели, не поспевая за ходом времени и изменениями. Менялись железнодорожные пути, а соответственно и ветки.
Напряжение росло.
Железо порой не выдерживало, а люди и подавно не металл, хотя многие закалены и прошли школу выживания, но мирная жизнь порой играла злую шутку и расхолаживала. Всё-таки не в зоне боевых действий, и риск минимален. Ни один кретин не станет пытаться ограбить военный эшелон посреди ночи да ещё на ходу.
Конечно, бывали случаи воровства, но чаще на станциях, где всё было повязано. Одно слово — криминал. Без него в нашей повседневной жизни никуда. Но здесь не просто бойцы — элита российских войск, да и из Беларуси аналогичное подразделение, пусть и малочисленно и скорее приданное для галочки, но всё же не стоило сбрасывать Азаровского с его людьми со счёта.
Всех интересовало, что конкретно они переправляют, какой именно вид ядерных боеголовок и к чему — тактическо-баллистическим ракетам или для снарядов к САУ. Ответ наверняка знал один-единственный человек, а точнее два. Первый — полковник Российской Армии, с коим успел познакомиться Азаровский, а второй — в месте конечного пути следования эшелона в Беларусь. Даже тёзка по званию и командир Азаровского был не в курсе толком про секретный груз. Вся информация, которая была доступна ему и его бойцам — лишь в каких именно контейнерах находятся деактивированные ядерные боеголовки.
И то хлеб, пусть и без масла.
…Азаровский проголодался, ему о том подсказал заурчавший желудок. Из съестных припасов была тушёнка и буханки белого кирпичного хлеба, как в былые "совковые" времена. Правда, ещё красное мясо — килька в томате. Хотя и не страдал ностальгией, как и к данному блюду.
Последовало резкое движение рукой при открытии банки тушёнки. В жесть воткнулся клинок с воронёным лезвием, и в следующее мгновение он принялся чавкать с нескрываемым наслаждением, откусывая от хлебного кирпича приличного размера куски.
Аппетит у Азаровского был подстать его жилистой фигуре. Не амбал и не культурист-бодибилдер, но что-то среднее меж ними. Да и ростом не обижен — чуть за 185 сантиметров. А уж в плечах и подавно не обделён. Природа хорошо одарила его, поколдовав над генами. И это притом при всём, что родители не являлись акселератами. Мать чуть выше 160 см, а отец и вовсе дрыщ несусветный и того ниже, так ещё и весу три пуда, если нажрётся — и не еды.
Прикончив банку тушёнку и кирпич белого хлеба, Азаровский запил это дело холодным кофеем из фляжки.
Бойцы последовали его примеру, но не все и сразу, а в порядке живой очереди — на всякий случай парочка из них всегда была начеку и при оружии. Это он привил им сразу, поскольку не у всех имелся опыт горячих точек. Многие после
Просрать такую огромную державу ещё уметь надо было. А ведь смогли. Поэтому и здесь сейчас могло случиться что угодно. Да и год по высказываниям СМИ был апокалипсическим. Но вроде бы до 21 декабря имелось ещё время — почти полгода. Но лиха беда начала. Кому-то же понадобилось вернуть ядерное оружие в мирную страну. А тут ещё под боком Самостийная Украина. Стукнет там кому-то в голову и…
Азаровский отвлёкся от сумбурных мыслей, роящихся в голове самопроизвольно. Эшелон тряхнуло как никогда, и состав едва не встал. Он поспешно глянул наружу в оптический прицел ночного наблюдения, держа СВУ-А на предохранителе. Вроде нигде ничего, а точнее никого подозрительного. Обычный полустанок со стрелочником. Стоит себе в оранжевом жилете и держит жезл, сообщая мол: всё под контролем. Что ни могло не вызвать улыбку сарказма на устах майора.
— Хэх, охрана, в такую их…
Перевёл взгляд на навигатор, сверяясь с данными прибора космической привязки на местности. Они снова чуток отклонились с пути следования. Пришлось поспешно вызывать штаб.
— Твою мать, Азарных… — не сдержался дежурный офицер. Похоже, что там у них сейчас было сонное царство, а он нарушил их идиллию.
— Азаровский я — моя фамилия!
— Чё надо, майор?
— Ты с навигатором сверялся?
— И чё?
— Да ничё — отклонились мы!
— Скажешь тоже — всего ничего — идём параллельным курсом! Подумаешь, погрешность маршрута составляет пару сотню метров! Так не километр же!
— Рядом Украина!
— Нам её всё одно не минуть, придётся одним глазком заглянуть. Кстати там к нам присоединиться сотрудник СБУ для дальнейшего нашего сопровождения! Поэтому всё путём — ситуация под контролем!
— Про остановку речи ни шло! У меня ничего в сопроводительных документах не сказано о том!
— А кто их знает, может он впрыгнет на ходу, — ухмыльнулся дежурный в трубку, сильно сопя.
Спорить или ругаться с ним отпал всякий смысл, как и требовать начальника эшелона. Рядом с ним находился непосредственный командир Азаровского, хотя и пускать ситуацию на самотёк не хотелось.
— Ох, и не нравится мне это всё…
— Что, командир? — откликнулся один из бойцов Азароского.
— Эта прогулка. Та ещё поездочка — и выйдет боком! Нутром чую!
Отсюда и такой зверский аппетит у него — нервы разыгрались. Снова приложился к фляжке с кофеем. Напиток был крепкий — и прилично. Он не пожалел туда набухать что-то около десяти чайных ложек на литр жидкости, и теперь цедил сквозь зубы.
Спать не хотелось, да и как тут уснёшь, когда и дремать запрещено. Значит, стоило отвлечься — подумать о чём-нибудь приятном. Вспомнилась Мария.
Азаровский прикрыл глаза, стараясь воспроизвести её по памяти — платье, облегающее стройный женский стан. Красивые ноги, открытую грудь из-за большого выреза и не только спереди, но и сзади. Спина. А волосы и лицо! Что уже отмечать про глаза. Как вспомнил, так и утонул в них.