Суперзвезда
Шрифт:
Кэсс медленно подъехала к студии «Колоссал» и остановилась у входа. Одетый в униформу охранник вышел вперед:
— Чем могу служить, мисс?
— Кэссиди Инглиш. «Десмонд Филмз».
— Конечно, мисс Инглиш. — Охранник тепло улыбнулся. — Ваш пропуск еще не готов, но скоро его пришлют. Я вас отмечу. — Он нажал кнопку, и ворота открылись. — Главный корпус прямо наверху холма и направо. Меня зовут Сэм. Если понадобится моя помощь, только скажите.
Кэсс улыбнулась ему в ответ, потом медленно проехала мимо аккуратно припаркованных трейлеров, которыми пользовались, как догадалась она, писатели и режиссеры. Она сделала первый поворот направо и въехала прямо на улицу
Направившись к основному корпусу студии, она остановилась на парковке и, к своему удивлению, нашла там место с ее именем. Неплохо для начала, подумала она, догадавшись, что Роджер предупредил всех о ее приезде.
Основной корпус оказался четырехэтажным зданием с кирпичным фасадом и колоннами. Элегантность и респектабельность свидетельствовали о власти, этот особняк был совершенно не похож на отцовский бездушный офис в башне Сенчури Сити.
Кэсс поднялась на лифте на третий этаж, где была приемная. В узком холле за большой стойкой сидели трое служащих. Не успела она назвать свое имя, как из-за стойки вышла негритянка средних лет.
— Вы, должно быть, дочь мистера Турмейна. — Женщина протянула Кэссиди руку. — Я Люси Виттакер, менеджер. Позвольте мне первой вас поприветствовать у нас на борту.
Кэсс улыбнулась, протянула руку и по-деловому ответила:
— Очень приятно познакомиться.
— Если вы последуете за мной, я покажу вам ваш кабинет. — Она повела Кэссиди по коридору к большой двойной двери. Табличка на стене гласила: Кэссиди Инглиш. Достав ключ, она открыла дверь.
Комната была большая, с очень высоким потолком и огромными окнами, занимавшими почти всю стену. Кэсс увидела огромный письменный стол с кожаным креслом, кожаный диван, два стула с кожаными сиденьями, стол для переговоров и стулья для десяти человек. Три стены занимали стеллажи с книгами, четвертую украшали современные картины, на полу лежал бургундский ковер из шелкового плюша. Через высокие окна позади письменного стола комнату заливал яркий свет.
— В прежние времена этот кабинет использовали для съемок. Мистеру Пикетту нравилось, что здесь такая камерная обстановка, и я с ним полностью согласна. Вам нравится здесь?
— Это был кабинет мистера Пикетта?
— Да, — ответила Люси.
Кэссиди улыбнулась, ей было приятно, что здесь когда-то работал знаменитый основатель компании.
Люси подошла к столу и показала Кэсс кнопку.
— Если вам что-нибудь понадобится, сразу вызывайте меня. — Она посмотрела на часы. — Ваш секретарь Олли Фармстед должна скоро быть. Я видела, как она подходила к проходной, чтобы взять для вас связку ключей. Думаю, она вам понравится. Я сама принимала ее на работу.
— Спасибо, Люси, — ответила Кэсс.
— Может быть, я еще чем-то могу быть полезна?
— Нет, спасибо, вы уже и так мне помогли.
Люси направилась к двери:
— Я помогу вам освоиться. Уверена, вам предстоит многое сделать.
Кэсс подождала, пока закроется дверь, потом упала в кресло у стола. Еще раз осмотрев комнату, она поняла, что этот кабинет нравится ей все больше и больше. Она просто не могла поверить, что находится здесь. Годами она мечтала снимать художественные фильмы, но мысль о том, что ей придется
Дверь приоткрылась, и показалась головка молодой женщины:
— Здравствуйте, мисс Инглиш, я Олли.
Кэсс удивилась: секретарша оказалась красивой девушкой лет двадцати пяти со стрижеными волосами, выкрашенными перьями в голубой и желтый, в ноздре у нее виднелась дырочка для серьги.
— Вот ключи от этого кабинета, личного лифта там сзади и от столов с документами. Вам чего-нибудь принести?
Кэсс встала и, подойдя к Олли, пожала ей руку, потом взяла связку ключей.
— Нет, пока ничего не надо. Я еще не разобралась с письмами.
— О’кей… ну, если понадоблюсь, нажмите на верхнюю кнопку. — Олли показала на телефон слева на столе. — Еще есть чай, кофе, в холодильнике сок и содовая, а позади книжного шкафа бар.
— Спасибо, — тепло поблагодарила Кэсс. — Уверена, вам придется поработать, как только я освоюсь.
Когда Олли вышла, Кэсс снова села за письменный стол, чтобы разобраться с многочисленными сообщениями, расписанием совещаний глав подразделений и студий. Ей надо было проверить и одобрить места съемок и сценарии, договориться о встречах с ведущими актерами и актрисами.
— Олли, могу я взглянуть на подготовку рекламы и расходы по ней, а также отчеты по бюджетным расходам «Опасных желаний»?
Кэсс отпустила кнопку, откинулась в кресле и глубоко вздохнула. Болезнь Роджера сильно затормозила съемку фильма. Теперь надо искать замену нескольким актерам, да и художники-декораторы грозились уйти, директор взбунтовался и уволился. Ей и Рудольфо предстоит все восстановить, снова поставить на рельсы, чтобы успеть закончить фильм к концу месяца. Это почти невозможно. Слава Богу, вечером приедет Рудольфо.
* * *
В дверь громко постучали, в приемной послышались какие-то голоса. Олли твердо сказала:
— Вы не можете войти без доклада. Пожалуйста, подождите, а я доложу мисс Инглиш, что вы здесь.
За последние несколько часов Кэсс поняла, что Олли была достаточно сдержанным человеком. Поэтому, если она повысила голос, значит, в приемной происходило что-то действительно неприятное.
Так и оказалось.
Дверь распахнулась, и на пороге появилась Челси Хаттон в окружении каких-то мужчин. Олли, безнадежно пытаясь преградить им путь, встала перед столом Кэсс, словно давая понять, что им придется перешагнуть через нее.
Раздувая ноздри от ярости, Челси вышла вперед и отстранила молоденькую секретаршу.
— Пожалуйста, скажите этой женщине, кто я такая.
Кэсс встала, решительно оперлась руками о стол. На лице ее промелькнула тень раздражения. Повернувшись к Олли, она понимающе взглянула на нее:
— Все нормально. Я справлюсь сама.
Кэсс улыбнулась. Раскрасневшаяся от злости секретарша кивнула и вышла из комнаты.
Двое сопровождающих Челси вошли в кабинет танцующей походкой. Агент по рекламе сел на стул с одной стороны стола для переговоров, менеджер расположился с другой, поставив свой кейс рядом на стул. Челси картинно уселась посередине дивана, небрежно поправила разрез своей ярко-красной, до щиколоток, юбки, потом положила ногу на ногу, чтобы показать высокие, по колено, сапоги того же цвета. Как только наступила тишина, эта новая звезда вздохнула, вероятно, довольная тем эффектом, который произвел ее грандиозный выход, и сразу начала обсуждать свои дела.