Супермен должен умереть-2

Мусаниф Сергей Сергеевич

— Хрен редьки не любознательней, — сказал я.

— А это что еще значит?

— Непереводимая игра слов.

Ицхака мы нашли на заднем дворе.

Он ничего не жег, не паковал и не разбивал, просто сидел в плетеном кресле и потягивал холодное пиво из банки. Видимо, руководил.

— Съезжаете? — поинтересовался Гарри. — Или просто уборку затеяли?

— Съезжаем, — сказал Ицхак. — Не думал, что снова вас увижу.

— Ты как будто и не особенно рад, что ошибся, — заметил Гарри.

— Я

рад, что вы выжили, — сказал Ицхак. — Рад, что Джокер прокачал свой скилл.

— Но, — сказал Гарри.

— Что "но"?

— Не знаю. Ты мне расскажи.

— Мир не крутится вокруг вас двоих, Борден, — сказал Ицхак.

— Как бы мне хотелось, чтобы это было правдой, — сказал Гарри, усаживаясь в соседнее кресло. — И куда вы держите курс?

— Домой, — сказал Ицхак.

— В пустыню? — уточнил Гарри.

— Да.

— Мне казалось, время разбирать завалы еще не пришло.

— Мы едем туда не для того, чтобы разбирать завалы, — сказал Ицхак.

— А что еще там можно делать?

— Мстить.

— О, — сказал Гарри. — Похоже, мы многое пропустили.

— Ветер Джихада в Иерусалиме, — сказал Ицхак. — Точнее, в том, что от него осталось.

— Интересный ход с его стороны, — сказал Гарри. — Как вы об этом узнали?

— Из надежного источника.

— И он там один?

— Конечно же, нет.

Гарри посмотрел на меня. Я пожал плечами.

— Сколько еще людей об этом знает? — спросил Гарри.

— Больше, чем нужно.

— И вы планируете боевую операцию?

— Да. В обстановке полной секретности, как ты уже мог заметить.

— Я заметил и оценил, — сказал Гарри. — Собираетесь, как в последний путь. По сути, у меня остался только один вопрос. Почему ж ты нам об этом рассказываешь?

— Ты знаешь, почему.

— Я знаю, — согласился Гарри. — Но мне хотелось бы услышать это от тебя.

Ицхак бросил взгляд на запястье, где по здоровенному циферблату "Касио Джей-шок" бежали цифры обратного отсчета.

— У Моссада есть сорок три часа, чтобы уладить проблему, — сказал он. — Сорок три часа и двадцать две минуты, если быть точным. Если по истечении этого срока Ветер Джихада все еще будет жив, американцы сбросят на Иерусалим ядерную бомбу.

— Тогда там нечего будет восстанавливать, — сказал Гарри.

— Это будет удар, после которого наша нация может уже не оправиться, — сказал Ицхак.

— Мне кажется, ты свою нацию недооцениваешь, друг, — сказал Гарри. — Меня же удивляет, что американцы дали вам столько времени, а не ударили сразу.

— Это было нелегко, — сказал Ицхак. — Мы использовали все методы убеждения, чтобы получить эту отсрочку.

— Но тут снова возникает вопрос о том, кому пришла информация о местонахождении Ветра Джихада, —

сказал Гарри.

— Всем, — сказал Ицхак. — Нам, американцам, вашим, русским, китайцам даже… Всем, кто играет в эту игру и двигает фигурки по доске.

— Я не могу не обратить твоего внимания, что это очень нетипично для разведданных, — заметил Гарри. — Это либо слив, либо…

— Ловушка, — сказал Ицхак. — Но на кого?

— Возможно, на всех, кто сунется, — сказал Гарри. — Или же сам Ветер Джихада хочет спровоцировать ядерный удар по остаткам Иерусалима.

— Вот поэтому американцы медлят, — сказал Ицхак. — Большей частью, именно поэтому. Они ждут подтверждения.

— Способ доставки? — спросил Гарри.

— Сначала транспортные самолеты, потом джипы и легкие танки.

Борден покачал головой.

— Это самоубийство, — сказал он. — Вы не пробьетесь.

— Если мы не пробьемся, это как раз и будет подтверждение, что он там.

— Где-то там, — сказал Гарри. — Не факт, что в городе.

— У американцев не одна ядерная бомба.

Я едва успевал следить за разговором, но главное для себя вынес.

Ветер Джихада сейчас находится на территории Израиля, и у Моссада есть сорок с чем-то часов, чтобы уничтожить его конвенционными способами. Если же они облажаются, то приплывут американцы и превратят обычную пустыню, в которую превратился Израиль, в пустыню радиоактивную. Возможно, и соседям достанется.

Мы так хотели остановить апокалипсис, что устроили Третью Мировую войну…

— Ладно, — сказал Гарри. — Второстепенных деталей я уже услышал достаточно, теперь можем перейти к главному. Говори.

Ицхак допил пиво и смял пустую банку в руке.

— Мне очень не нравится то, что я сейчас скажу, — признался он. — тяжело просить о помощи тех, кому ты когда-то в помощи отказал.

— Ну, не так все было плохо, — сказал Гарри. — Ты ж на службе и в своих решениях не вполне свободен.

— Как бы там ни было, я прошу вас о помощи, — сказал Ицхак. — Точнее, я прошу о помощи лично тебя, Джокер. Ведь ты уже достаточно прокачался, чтобы выйти против него?

— Кто знает, — сказал я. — Один раз мы его уже недооценили.

— Но я все равно тебя попрошу.

— Как-то все очень стремительно закрутилось, — сказал я. — А ты что думаешь, Гарри?

— Я думаю, что это исключительно твое решение, — сказал он. — Но я поддержу тебя, что бы ты ни решил. Как и обещал.

— Заметано, — сказал я. — Когда вылетаем?

***

Если ты однажды уже путешествовал на борту военного транспортного самолета, то следующий перелет вряд ли тебя удивит.