Супермаркет
Шрифт:
Сасима приходил к Итимуре домой второй раз. Первый его визит Итимура хорошо запомнил. Дело было года полтора тому назад — днём, в какой-то праздник. Грузный, толстый Сасима сидел перед ним в гостиной. Случилось так, что он заманил девушку, сотрудницу административного сектора, на свидание и в машине силой ею овладел. И теперь, если бы потерпевшая Сакико Нисидзё обратилась в полицию, его могли бы привлечь к уголовной ответственности по обвинению в изнасиловании, и тогда уж деваться ему было бы некуда.
— Да она сама этого хотела. Немного сопротивлялась поначалу — вроде
— Идиот! — рявкнул на него Итимура и в бешенстве не удержался, наотмашь хлестнул Сасиму по пухлой левой щеке.
— Ох! — только и проронил не ожидавший такого поворота гость, когда здоровенная лапа Итимуры ухватила его за шевелюру.
— Я тебе побалагурю, мразь! — снова прорычал Итимура, отвесив ему ещё одну оплеуху.
На сей раз удар был хорошо рассчитан и пришёлся прямо в цель. Сасима, не проронив ни звука, рухнул на пол, так что вся гостиная сотряслась от грохота.
— Будешь знать, тварь!
— Ох, простите, виноват!
— Да как тебя, подлеца, после этого человеком считать?!
До сих пор Сасиме ещё никогда не доводилось терпеть побои от старшего по положению сотрудника. Он принадлежал к поколению, которое такого уже не знало.
— Извините великодушно! — весь дрожа, молил Сасима.
Здоровенный, с виду дородный детина на поверку оказался ничтожнейшим слабаком, стоило только дать ему затрещину.
— Пошёл вон отсюда! — бушевал Итимура. — Такие грязные подонки, как ты, только дом оскверняют. Проваливай, и чтобы я тебя больше не видел!
— Простите, не выгоняйте! — молил Сасима.
Губы у него тряслись, зубы мелко стучали, а в слезливом голосе звучало отчаяние. От полученной оплеухи в уголке губ слева сочилась кровь.
— Господин Итимура! Сжальтесь! Помогите мне, пожалуйста! Признаю, виноват! Никогда в жизни больше такого не сделаю! Я исправлюсь! Буду работать!
Гнев Итимуры понемногу развеялся. Когда к нему вернулась способность трезво рассуждать, он вошёл в положение этого молодого человека, молившего о снисхождении, оказавшись на краю гибели.
— Садись, — сказал Итимура, но Сасима не двинулся с места и остался простёртым на полу. — Садись, тебе говорят! — прикрикнул на него Итимура, и на сей раз злополучный гость, наконец приподнявшись, сел на колени.
— Помогите, очень вас прошу! Дайте мне ещё один шанс! — умолял Сасима, низко склонив голову.
Итимура видел, что малый искренне раскаивается.
Несколько минут прошло в гнетущем безмолвии.
— Ладно уж, молод ты ещё… — наконец проронил Итимура.
С того самого дня Сасима стал его верным вассалом.
Итимура был рад, что сумел спасти этого молодого человека от неминуемой катастрофы. Ещё чуть-чуть, и подающий надежды юноша расплачивался бы за случайную блажь, за нашедшую на него однажды ночью по молодости дурь — всю жизнь. Как учитель старается найти особый подход к отбившемуся от рук ученику, так и Итимура с того дня стал относиться к Сасиме с особым чувством, окружая его отеческой опекой.
И вот теперь этот самый Сасима ещё раз явился домой к Итимуре и всю ночь напролёт до самого рассвета изливал душу, жалуясь на происки «клики Кодзимы». С его слов вырисовывалась такая картина.
Кодзима, прельстившись наживой, принял приглашение своего двоюродного брата Сэйдзиро Исикари, исполнительного директора «Исиэй-стор», но, придя в фирму, был неприятно поражён одним открытием, а именно тем, что в действительности опорой фирмы являются вовсе не братья Исикари, а управляющий Итимура. При таком раскладе, когда уже есть человек, обладающий большим влиянием, Кодзиме завоевать авторитет и склонить на свою сторону сотрудников было сложно.
Тогда он начал беситься. Раздул скандал из-за какой-то пустяковой опечатки в листовке, стал ратовать за справедливость и под этим предлогом напечатал листовку, на которой тиснул своё имя, — надо же было себя пропиарить. А ведь какой от этого фирме вышел ущерб!
Но такими дурацкими ребяческими демонстрациями всё равно никого не обманешь. Тогда Кодзима стал придумывать более эффективную тактику нападения. Решил придраться к просчётам Итимуры на работе. Конечно, на самом деле ничего такого вообще не было. Да если бы даже и было, не важно — не в том дело. В общем, так или иначе, Кодзима прицепился к этим просчётам и хочет теперь Итимуру из компании выжить, а уж дальше всё пойдёт, как он и задумал.
Высосав все проблемы из пальца, он, Кодзима, теперь утверждает, что на складе в отделе одежды есть неликвидный товар. И ведь до чего дошла наглость! Одно время у входов и выходов в Центральном кое-кто тайком следил за всеми отправлениями и поступлениями. Не иначе, по наущению Кодзимы. Что он там ещё замышляет, трудно сказать, но конечная цель у него одна — избавиться от Итимуры.
Сасима вёл свой рассказ долго, сопоставляя всевозможные примеры.
— Это ты, брат, что-то напридумывал, нагородил, — возразил Итимура, но голос его звучал подавленно.
Обо всём рассказанном Сасимой он и сам догадывался.
Типичным примером был недавний случай, когда расстроились сделки с приобретением участков земли под новые филиалы в Мукояме и Цуноуре — якобы по инициативе владельцев участков. Ещё тогда, на заседании правления, Итимура почувствовал в объяснениях фальшь и заподозрил неладное, а когда сам встретился с владельцами участков, выяснились совершенно неожиданные обстоятельства. В обоих случаях инициатива по расторжению сделки исходила скорее не от них, а от фирмы «Исиэй-стор». В обоих случаях начальник сектора развития Кито заявил противной стороне, что появились непреодолимые препятствия для сделки и потому она не может состояться. Оба владельца участков были обозлены.