Супер-эротика

Мушкин Виталий

– А Вы?

– Я уже поела, спасибо.

– А Дима?

– Я покормлю его на кухне.

– Дима, садись сюда, – я пододвинул ему стул.

Мальчик схватил горбушку хлеба.

– Подожди таскать хлеб, сейчас налью супа, – цыкнула на него мать.

Димка быстро поел, сел на диван, полистал книжку, да и заснул. Я сидел за столом, смотрел на мальчика и слушал звуки, доносящиеся с кухни. Вот оно, простое человеческое счастье. Собственный сын, желанная красивая жена, в доме спокойствие и уют.

У нас с Валентиной детей

не было. Поначалу, еще до женитьбы, она забеременела. Но потом сделала аборт, хотя я и был против. И это, возможно, было причиной нашего супружеского бесплодия. Мы ходили по врачам, сдавали анализы, проходили обследования. Сначала нам сказали, что дело во мне, потом, что дело в ней. А после мы просто махнули на это рукой. Ну нет детей, так нет.

В комнату заглянула Надежда. – Батюшки, да он спит!

– Не будите его, пусть поспит, набегался парень.

Надя присела на стул. – Ну как Вам обед?

– Вы просто мастер в кулинарии! Наверное, специально учились?

– Нет, я самоучка. Просто люблю готовить. И даже не для себя, а для близких людей.

– У Вас есть муж, Надя?

– Был.

– Умер?

– Не знаю.

Дальше я не стал расспрашивать.

В этот день я с дачи не уехал. Не уехал и в следующий. Черт возьми, может же быть у меня когда-нибудь отпуск? Позвонил на фирму, дал руководящие указания, предупредил, что буду через неделю. Позвонил Валентине, та не очень расстроилась моему отсутствию.

– Бабу себе нашел, что ли?

Говорить о том, что я нашел себе бабу, было рановато. Но к Наде меня тянуло все сильнее.

Строители между делом сколотили мне прекрасную деревянную беседку, ставшую моим любимым местом на даче. Утром я сидел в ней за ноутбуком и пил кофе. Пришла Надя, одна.

– А где Дима?

– Что-то рассопливился, оставила его дома. Марья Сергеевна за ним присмотрит, она сегодня выходная.

– Марья Сергеевна ваша хозяйка?

– Да, мы снимаем у нее комнату.

– Скоро будет готов Дом, и вы с Димой можете переехать сюда, в гостевой домик.

Летнее утро как-то сильно меня расслабило. Я сидел в одних только шортах и настроение было праздничным.

– Надя, давай на ты?

– Хорошо.

– Ты останешься у меня работать, в новом доме?

– Да, конечно, спасибо.

– Но там будет больше работы.

– Работы я не боюсь.

– Садись, поболтаем. Чайник еще горячий, выпьешь чаю или кофе?

Надя села рядом. Она была одета в свое обычное простенькое платье с коротким рукавом. Простое платье, простая прическа, простой макияж, точнее, его отсутствие. Но почему меня так к ней влечет? Сопротивляться я не мог.

– Надя.

– Что?

Она посмотрела на меня своими волнующими глазами.

– Ты мне нравишься.

Она не ответила. Я прикоснулся к ее руке губами. Надя не отодвинулась и не отдернула руку. Я дотронулся губами до ее шеи. Надя затаила дыхание. Я чувствовал губами ее пульс. Потом я поцеловал

ее в щеку. Надя повернула голову и наши губы встретились. Мы обнялись и слились в долгом поцелуе. Чудо произошло. Я реально ощутил, что эта женщина – моя судьба. Как будто бы я странствовал долго по свету, испытывая лишения и несчастья. И вот вернулся домой. Туда, где меня ждут. Где мне рады. Где ждет меня счастье. Где ждет меня Любовь.

Я расстегнул платье Нади. Господи, какая гладкая и нежная кожа. Как она меня возбуждает! Как я хочу эту женщину! Я сунул руку за спину Нади, пытаясь найти застежку лифчика. Сейчас эти страстные и зовущие груди будут свободны и будут моими!

– Не надо, Андрюша, здесь могут увидеть.

Я совсем потерял голову. Рабочие со стройки были совсем недалеко.

– Да, пойдем в дом.

Мы пошли в дом. Когда добрались до спальни, я снял с Нади платье. Потом, уже не спеша, расстегнул лифчик. Вот они, большие белые женские груди, в которых я хочу утонуть. Я снимаю с женщину трусики. И она остается совсем голой. Мне снимать нечего, одни шорты. Я встаю перед Надей на колени. Моя жемчужина, мое сокровище, моя самая большая в мире драгоценность! Я прижимаюсь лицом к ее паху. Вот источник, из которого я утолю величайшую жажду. Вот Исток моего Дома, к которому я вернулся.

– Любимая, – шепчу я. – Я так тебя хочу.

– Я тоже, – отвечает Надя.

В этот момент звонит телефон, ее телефон. Надя дотягивается до него и подносит к уху. Мы так и стоим посредине комнаты. Надя с телефоном в руке, положив вторую руку мне на голову. И я, на коленях, уткнувшись лицом ей в пах. Оба голые.

– Але, да, да, сейчас буду.

– Что случилось? – я поднимаю голову вверх.

– Приехал Гена, папа Димы, скандалит. Марья Сергеевна просит прийти, опасается за мальчика.

– Ты пойдешь?

– Да, надо идти.

– Может, мне подвезти тебя?

– Не надо, я дойду пешком.

Надя одела трусики, лифчик, платье и убежала. А я остался дома, дрожа от вожделения. В этот день Надя больше не пришла.

Не пришла она утром и следующего дня. Прибежал Димка и сказал, что мама прийти не может, заболела.

– Чем она заболела?

– Болезнью.

– Какой?

– Не знаю. Сказала, что не может прийти.

– А что папа?

– Он мне не папа.

– А кто?

– Бывший мамин муж.

– И чего он хочет от мамы?

– Он хочет денег на водку.

– А что он говорит?

– Ругается на маму. Говорит, что убьет ее.

– Убьет? Ну пойдем, отвезу тебя до дома.

Мы с Димкой забираемся в мой большой внедорожник и едем в поселок.

Вот и дом Марьи Сергеевны. Заходить, не заходить? Я решаюсь заглянуть внутрь.

– Здравствуйте! А Надя дома?

За столом сидит здоровый, небритый детина в майке. Перед ним бутылка самогона и закуска.