Сумеречный судья
Шрифт:
Дрожа всем телом, она вырвалась из моих рук и засуетилась по комнате, ища телефон.
— Что будет с малышом… Боже…
Доктор вошел в комнату, поглаживая ладонью короткую седую бороду. Он старался подбодрить собравшихся и потому старательно улыбался, но было ясно, что случившееся с леди Ти'Айлинэль он не станет вспоминать с такой же добродушной усмешкой.
— А вот и наша молодая леди, — ласково проговорил он, подходя к горничной. — Вам тоже надо отдохнуть.
— Сделайте ей укол, —
— Пойдемте, девочка, — врач обнял Аниту и, прижав к себе, осторожно повел к дверям.
— Вам надо поспать…
— Нет, доктор, я не могу отдыхать. Ведь лорд Филлип еще ничего не знает. Я должна…
— Лучше бы Филу никогда не узнать, — сухо бросил я, закрывая за ними дверь. — А это был необычный способ помощи самоубийцам, Френки. Ты должна прочитать об этом лекцию на семинаре для полицейских.
Франсуаз встряхнула головой, давая понять, что сейчас ее заботит совсем другое. Она уже вымыла руки, и теперь тщательно споласкивала их водкой из взятой на столике бара бутылки.
— Майкл, я разбила тебе губу, — сказала она, подходя ко мне и резко запрокидывая мою голову назад. — Дай посмотрю.
— Значит, теперь буду выглядеть, как заяц, — пробормотал я, чувствуя, как ее сильные чуткие пальцы пробегают по моему рту. — Не понимаю, что могло найти на Мэд — она всегда была такая благоразумная. Это даже казалось подозрительным. Будь я злопыхателем — ой, больно же!
— Мой любимый мальчик должен потерпеть, — проворковала Франсуаз. — Или ты хочешь, чтобы я отдала тебя врачикам внизу? Они сделают тебе укол и…
— Замолчи, — бросил я.
Она рассмеялась.
— Бедная Мэделайн, — покачал головой я, опускаясь на кровать и ощупывая рукой заклеенное пластырем лицо. — Теперь я вижу, что у нее на самом деле серьезные проблемы с психикой.
Мне в голову пришла новая идея:
— Ты не думаешь, что она — наркоманка? Это объяснило бы, почему она хочет избавиться от ребенка. Мэд боится, что малыш родится с отклонениями.
Франсуаз решительно покачала головой, доктор вновь вошел в комнату.
— Я уложил бедняжку спать, — пояснил врач. — Кухарка сказала, что присмотрит за ней.
— Какие у нее шансы?
— Хорошо, что вы вызвали меня, ченселлор, — сказал доктор, опускаясь в кресло рядом со мной. — Мы вовремя преломили Руну Хрустальных Гор. Бедная Мэделайн потеряла очень много крови, и первое, что ей сделают в больнице — это переливание. Что же до ребенка…
Он вздохнул.
— Нам остается только надеяться, что безумная выходка его матери не повредила малышу. Просто счастье, что у нее под руками не оказалось другого оружия, по-настоящему опасного.
— А что вы можете сказать о ее психике? — спросил я.
Доктор поднялся.
— Нормальный человек такого
— Вы не сможете, — резко сказала Франсуаз. — Привяжите ее к кровати и пусть две сиделки круглые сутки дежурят у кровати. Она станет повторять попытки к самоубийству, пока ей не удастся его совершить. Или пока мы не уничтожим причину.
Я приподнял бровь.
Франсуаз задумчиво постучала себя по губам пальцем.
— Не знаю, поможет ли это, — произнесла она. — Но упускать возможности нельзя. Как только Мэделайн привезут в больницу, пусть один из архимагов поставит защитные руны в ее палате.
Франсуаз с невинным видом стояла у окна и старательно округляла большие серые глаза.
— Френки, — мягко произнес я. — Ты хоть понимаешь, что Ти'Айлинэль может подать на тебя в суд за то, что ты выстрелила в Мэделайн?
— Конечно, — она пожала роскошными плечами. — Я же демон, а значит, прирожденный юрист.
— Ты прирожденная убийца. Нельзя было найти другой способ? Скажем, подойти и отнять бритву? Конечно, это достаточно запутанный план по сравнению с тем, чтобы просто всадить бедной женщине пулю, но…
Франсуаз скривила губы и фыркнула.
Я решительно покачал головой.
— Я уже сказал тебе, Френки — только не это.
Франсуаз подошла ко мне легкой танцующей походкой и сверкнула глазами — так, как девушка делает, когда собирается произвести на меня впечатление.
— Майкл, — сказала она. — Я чувствую, что над домом витает Зло.
Я решительно покачал головой.
— Моя сладкая. Есть только три вещи, которые ты можешь чувствовать — голод, жажду секса и желание убивать. Никакого зла ощутить нельзя, потому что его здесь нет.
Девушка решительно наклонилась и, ухватив меня, заставила встать.
— Вот, — согласно кивнул я. — Это ты умеешь.
Я положил руку на плечо Франсуаз.
— Понимаю, Френки. Ты подавлена, тебе жаль приятельницу. Но что поделать — не каждой достается такой роскошный эльф, как я. Порой разочарование…
Франсуаз нетерпеливо смахнула с себя мою руку, затем впилась пальцами мне в ладонь.
— Если бы ты хотя бы немного перестал думать о своей персоне, — прошипела девушка, — ты бы тоже понял. То, что происходит с Мэделайн Ти'Айлинэль — ненормально. И мы должны понять, в чем тут дело.
Уолдо Каннинг почувствовал беспокойство.
Он ощутил, что где-то появился человек, способный нарушить привычный ритм его жизни. На мгновение ему захотелось встать и вернуться в свою темную каморку, чтобы еще раз открыть шкатулку и потрогать ее содержимое.