Суеверие

Амброуз Дэвид

Также есть версия, что будучи в Париже Адам злоупотреблял поддержкой Лафайета. Он женился на девушке, которая состояла в родстве с маркизом, но при этом то и дело заводил новые романы и якшался с весьма сомнительными людьми. Помимо прочего, ходили слухи, что они занимаются черной магией. В нескольких справочниках имя Виатта упоминается рядом с маркизом де Садом, графом Сен-Жерменом и особенно часто — со старым мошенником Калиостро, который прославился еще и тем, что угодил в Бастилию после известного скандала с алмазным ожерельем.

Суть этого дела сводилась к тому,

что Виатт и Калиостро обещали некоему кардиналу Роану помочь заручиться политической поддержкой королевы. От кардинала требовалось купить очень дорогое алмазное ожерелье от лица королевы — сама она якобы считала нескромным это делать, когда на улицах люди умирают от голода. Кардинал попался на удочку и передал ожерелье любовнице Виатта, которая во время тайной встречи изображала Марию Антуанетту. Предполагают, что Калиостро опоил или загипнотизировал кардинала, и потому тот не заметил обмана. Нет необходимости говорить, что больше этого ожерелья никто не видел. Кардинал считался человеком весьма состоятельным и по замыслу аферистов, предпочел бы выложить деньги, чем признаться, что его одурачили. Но оказалось, что он разорен и не может уплатить ювелиру. Когда запахло жареным, Виатт каким-то образом ушел от ответственности, а Калиостро попался. Вероятно, они заключили сделку, и Виатт, используя свои связи при дворе, добился того, что Калиостро не казнили, а отправили в изгнание. Калиостро уехал в Италию, а Виатт оставался в Париже со своей многострадальной женой, пока революция не даровала ей смерть.

Существует мнение, которое я разделяю, что он убил свою жену-англичанку, а возможно, и ее брата, — но прямых доказательств этого нет.

Одним словом, типичный американский герой, правда? Кстати, если ты собираешься о нем писать, любопытно было бы выяснить, где сейчас его потомки и какую они носят фамилию. Я попросила Дженни, которая мне иногда поможет, провести генеалогическое расследование — при условии, что ты не станешь совать мне за это медяки и серебро. Буду держать тебя в курсе.

С любовью, Г.

Глава 40

Слуга Уорда приготовил на обед омлет и салат. За обедом Сэм рассказывал о работе исследователя по имени Гельмут Шмидт, который ставил эксперименты по предвидению случайных событий, вроде тех, которые показывал Джоанне Сэм, когда они только познакомились. Согласно результатам этих экспериментов, субъект способен оказывать влияние на события, записанные на пленку, через несколько месяцев после того, как они произошли. Если это правда, сказал Сэм, то вот вам эксперимент с Адамом в миниатюре.

— У писателя Алана Уотса есть эссе о времени, — сказал Уорд, — в котором рассматривается эта идея. Он говорит, что мы привыкли все, включая самих себя, воспринимать как порождения прошлого. Но это иллюзия. На самом деле, наоборот, прошлое происходит из настоящего. Мы наблюдаем это каждый день. Например, если я говорю «с той стороны», то вы не поймете, что означает «с той», пока я не произнесу «стороны». Вы не будете знать, какая это часть речи и как это пишется.

— Но ведь Адам, которого

мы придумали в настоящем, был честным человеком, — возразила Джоанна. — Значит, это прошлое его изменило.

— Мы создали человека, которому пришлось приспосабливаться к тому миру, в который он угодил, — ответил Уорд. — И мы научили его, как это сделать.

— Мы не учили его воровать и убивать, — сказала Джоанна.

Сэм отложил вилку. У него явно не было аппетита.

— Помните, как Мэгги не понравилось, когда мы втянули нашего милого, чистого, юного Адама в компанию Сен-Жермена и Калиостро? Похоже, у нее для этого были все основания.

— Боюсь, это моя вина, — произнес Уорд. — Это я назвал их имена.

— Но и только, — нетерпеливо сказала Джоанна. — Это ведь всего лишь имена. Как они могут обладать такой силой?

Уорд снова слабо улыбнулся.

— Говорят, в этом корень всей магии. Зная истинные имена вещей и людей, ты получаешь над ними власть. А если тебе известны истинные имена богов, они должны наделить тебя своей властью.

Телефон Джоанны, который лежал возле нее на столе, зазвонил снова. Без вступления Гизела затараторила:

— Так, генеалогическое древо, о котором мы говорили. Дженни нашла любопытные имена. А одно — просто оч-чень интересное. Весьма уважаемое семейство, история их богатства уходит в века.

Уорд и Сэм увидели, как побледнела Джоанна. Она молча дослушала до конца, потом положила телефон и уставилась на недоеденный салат.

— Джоанна?.. Дорогая?..

Она не откликнулась, и Сэм коснулся ее руки. Джоанна так и подскочила на стуле.

— Что такое? — встревоженно спросил Сэм.

— Прости... Все в порядке... Просто...

Она повернулась, и он увидел в ее глазах изумление и страх.

— Скажи мне.

— Одна из внучек Адама вышла замуж за человека по фамилии Казабон. Этот брак соединил две очень влиятельные семьи.

— Казабон, — пробормотал Уорд. — Я знаю этот род, во всяком случае одну из его ветвей. Они ведут происхождение от гугенотов, которые бежали из Франции в конце семнадцатого века.

Джоанна посмотрела на него:

— Вы знаете Ральфа Казабона?

— Ральфа Казабона? — Уорд на секунду задумался, потом покачал головой. — Кажется, нет.

— Кто этот Ральф Казабон? — спросил Сэм с ноткой подозрения в голосе.

Джоанна снова повернулась к нему:

— Он был со мной возле могилы Адама. Я познакомилась с ним накануне по чистой случайности... — она смотрела на Сэма, но уже не видела его, поглощенная воспоминаниями. — А сегодня утром он мне звонил.

— Звонил? — переспросил Сэм. — Чего ради?

— Он хотел... Сказать «привет», — Джоанна сделала неопределенный жест. — Приглашал пообедать...

Она собиралась сказать, что не приняла приглашения, но Сэм ее перебил:

— У тебя есть его телефон?

— Нет, я... Он у меня дома.

— Его фамилия должна быть в справочнике, — он потянулся к трубке. — Позволь?

— Пожалуйста.

Сэм набрал справочную и назвал имя и адрес, который сумела припомнить Джоанна. Человека с такой фамилией по этому адресу не значилось.